Имя шотландца Джона Ло, жившего в конце XVII – начале XVIII века, к сожалению, неизвестно многим профессиональным историкам, да и даже финансистам знакомо далеко не всем. Да и среди тех, кто о нем читал или слышал, весь масштаб его деяний часто не осознается в их величии. А ведь его влияние на историю Европы и развитие финансовых институтов трудно переоценить.
Этот прогрессивный экономист и по совместительству успешный карточный игрок в свое время был одним из первых пропагандистов идеи о том, что главной проблемой экономики является недостаточное количество денег. И искренней веры в то, что если деньги печатать в неограниченных количествах, то их всем и на всё хватит, а свободный рынок как-нибудь сам всё отрегулирует. С этой идеей он побывал во многих государствах, благо тогда всяких герцогств и княжеств было в Европе как блох на собаке. И в родной Шотландии с планом эмиссии пытался снискать поддержку, и даже к нашему Петру I, по некоторым данным, подкатывал со своими прожектами. Но тот, хоть и был любителем разных европейских новшеств, от предложения отказался, как и от вечного двигателя, который ему тоже презентовали.
Так бы и остался мистер Ло обычным странствующим чудаком, которого то и дело просили то из одной страны, то из другой за его удивительные таланты в опустошении карманов аристократов за карточным столом, но наконец ему повезло. Во Франции приказал долго жить Людовик XIV. И мало того, что до этого он опустошил своей жизнью на широкую ногу и военными авантюрами казну и наделал долгов, так еще из законных наследников оставил только малолетнего правнука. Так что регентом стал герцог Орлеанский, большой друг Ло, сам не чуждый азарта.
Так сбылась мечта прогрессивного экономиста – он основал Главный банк, вскоре ставший государственным. И начал печатать бумажные деньги, которые фактически не были обеспечены ничем. Первое время истощенная безденежьем и закредитованностью французская экономика реально расцвела на этом допинге. Но чем дальше, тем больше эти шальные деньги разгоняли инфляцию и раздували пузыри на рынках акций и недвижимости. Тогда Джон Ло нашел, как решить проблему: он создал самый главный рыночный пузырь – Миссисипскую компанию, которая обещала вкладчикам золотые горы от эксплуатации североамериканских колоний, которые у Франции тогда еще были. И на фоне этих обещаний, а также искусственного раздувания курса эта компания оттянула с рынка огромную долю легких денег.
Впрочем, деревья не растут до небес, а тут еще и обстоятельства для компании сложились не лучшим образом – и пузырь лопнул. А вслед за ним и Главный банк. Сотни тысяч французов и иностранцев потеряли все свои сбережения. Но Джону Ло удалось избежать серьезного наказания. И нужно полагать, не только благодаря своим покровителям на высшем уровне, вероятно не бескорыстным, но и потому, что за время существования банк успел выкупить большую часть оставленных «королем-солнце» долгов, и даже золото с серебром удалось за время, пока Ло был министром финансов, подкопить. То есть государственная казна устояла, ну а спекулянты – кто же будет о них жалеть? Более того, те, кто сохранил в этом безумии реальные активы – даже те самые государственные расписки, стали обеспеченными людьми.
Так Джон Ло внес свой вклад в историю первых бумажных денег, одной из первых финансовых пирамид и в историю Франции, революция в которой без его усилий могла бы произойти лет на 50-70 раньше. Ведь именно необходимость увеличить налоги обычно становилась главной причиной того, что европейские монархи начинали уступать политическое влияние буржуазии.
Более подробно блестящую биографию нашего героя вы, при желании, можете изучить в интернете. Меня же заставили о нем вспомнить новости из США, где одно за другим начали сыпаться банковские учреждения, крупнейшими из которых на текущий момент стали Silicon Valley Bank и Signature Bank.
И хотя пока эти события не приобрели размаха настоящей катастрофы за счет активного вмешательства американских властей, привыкших заливать любой финансовый пожар бензином денежных вливаний, эти банкротства могут стать прологом событий, очень схожих с историей Джона Ло, только в гораздо более серьезных масштабах. Обе эти солидные финансовые компании объединяет одно – они активно инвестировали в бизнес, связанный с криптовалютами. В стартапы на этом направлении, а также в конвертацию виртуальных денег в фиатные валюты. И хотя пока главными причинами их проблем объявляют стремительное повышение процентных ставок ФРС США и другими центробанками, не исключено, что дело не только в удорожании рефинансирования.
Ведь этой череде банкротств предшествовали несколько аналогичных историй с крупными криптобиржами. Да и динамика курса крупнейших криптовалют, и в первую очередь биткоина, в течение последнего года была отнюдь не радужной. От максимумов в районе 65 тыс. долларов, достигнутых в конце 2021 года, он упал более чем втрое. Да, он знал и пропорционально большие просадки, но это было в те благословенные времена, когда регуляторы держали ставки на околонулевых уровнях и активно выкупали с рынка облигации, так что просадки быстро выкупались, на что сейчас рассчитывать трудно – и так в Европе двузначная инфляция, да и в США она выше учетной ставки. Так что вполне логично предположить, что сейчас стремление спекулянтов выйти в реальные деньги будет расти, а взять их в таком количестве криптобиржам и работающим с ними банкам негде.
Но прелесть ситуации для США и Европы в том, что криптовалюты не имеют к ним никакого отношения, государства по ним не отвечают, они не принимают их в уплату налогов и даже как реальное средство платежа они использовались очень незначительно – менее 10% для биткоина, а для другой крипты и того меньше. Так что разорение всех криптоинвесторов, майнеров и прочей шушеры, которая вилась вокруг этого бизнеса, на реальную финансовую систему, рынки акций, недвижимости и реальный бизнес окажет относительно небольшое влияние. Более того, любой актив, более надежный, чем крипта (то есть просто любой), сейчас будет пользоваться огромным спросом у желающих спасти свои виртуальные богатства спекулянтов. На этом фоне даже американские гособлигации, которые при том количестве, сколько их выпущено относительно объема американской экономики, выглядят весьма солидными бумагами, так что Вашингтон сможет продолжить и дальше наращивать долги.
Но есть и еще одна параллель с историей Джона Ло. Избыточную ликвидность, как Миссисипская компания в XVIII веке, аккумулировали многочисленные компании сектора высоких технологий. Все эти эпплы, гуглы, майкрософты, теслы. Их стоимость так же мало обеспечена реальными доходами, как и стоимость компании Ло. И их крушение так же мало повлияет на реальный бизнес в странах Запада. Не так уж много американцев и европейцев в них занято – основные сотрудники в Азии, от индийских программистов и операторов до китайских сборщиц айфонов, да и налоги они предпочитают платить в других юрисдикциях.