Посмотрев широко разошедшийся ролик с выступлением Максима Галкина* в Израиле, я задумалась над вопросом: почему покидающие Россию звезды столь стремительно скатываются в профессиональную убогость?
Я даже не про суть сказанного Галкиным, а про форму, общий антураж и качество исполнения. Кто ему ставил представление, и были ли там вообще сценарист и режиссер-постановщик? Кто ему писал? Кто его одевал, в конце концов?
В марте из России уехала суперзвезда с отполированными до зеркального блеска перфомансами. Три месяца спустя мы наблюдаем исполнителя, чей профессиональный потолок – корпоративы для малого и среднего бизнеса да стендапы в клубах попроще.
И это ведь не исключение из правил, а обычное дело. В последние два десятилетия мы пачками такие истории наблюдаем. Помню, какой шок и трепет (перешедшие в громкий хохот) я испытала, впервые увидев Евгения Киселева и Савика Шустера в качестве ведущих украинского ТВ. А куда подевался остроумный и увлекательный беллетрист Борис Акунин? Вместо него теперь невероятно унылый лондонец Григорий Чхартишвили. Тут злые языки, конечно, могут охаять покинувших родные осины знаменитостей за их тотальную бездарность, а также делание карьеры по блату, через постель и прочие сомнительные методы.
Однако я вовсе не считаю упомянутых и многих других уехавших граждан сплошняком бесталанными. К тому же во все времена для успеха в творческой и околотворческой среде одного дарования было недостаточно. Не меньшую роль играли и играют работоспособность, целеустремленность, банальная удача и множество иных факторов, включая полезные связи.
Проблема мне видится в ином: в том, что уровень одаренности отъехавших категорически недостаточен для самостоятельного раскрытия и функционирования в отрыве от того, что называется великой русской культурой.
Никакой иронии и преувеличения тут нет. Величие русской культуры не только в наивысших ее образцах и многочисленных шедеврах, а в очень высоком среднем уровне. Причем общественное культурное пространство и этот самый средний уровень культивируется многие поколения – в первую очередь благодаря государственному финансированию. В результате даже в самом отдаленном поселке у нас можно обнаружить муниципальный клуб с детскими студиями и любительским театром. А крупные города просто нашпигованы творческими сообществами пишущих, играющих, танцующих, сочиняющих – и так далее – людей от детсадовского до пенсионного возраста. Ну, а Москва, как и Петербург, являются, бесспорно, одними из главных мировых культурных столиц.
Это, разумеется, находит свое отражение не только в высоком искусстве, но и в массовой культуре, в шоу-бизнесе. Именно поэтому на привычных к размаху российского ТВ зрителей производит угнетающее впечатление своей скудностью, скучностью и бедностью телевидение большинства европейских и не только стран. И ничего удивительного в этом нет: за успехом, деньгами и славой в Москву едут самые-самые, в результате чего именно тут концентрируется мощнейший пул профессионалов самых разных творческих и околотворческих профессий – от визажистов до бэк-вокалистов, от редакторов до продюсеров, от артистов кордебалета до звукорежиссеров. Именно эти люди совместной работой создают продукты, в которых сияют наши звезды. Ну, а с деньгами на эти цели в Москве никогда проблем не было.
Возможно, в Лос-Анджелесе, Лондоне и Шанхае подобные пулы профессионалов творческих специальностей местами будут покруче, чем в Москве. Вот только их специалисты – не для российских звезд, которые для тамошней публики – пустое место. Так что наши, покидая родину, оказываются в профессиональной среде Киева, Праги и Тель-Авива. Люди там, может быть, и хорошие, вот только в итоге имеем то, что имеем – и вместо рафинированного первоклассного шоу по российским меркам получается какой-то провинциальный любительский капустник.
Тем более что по уровню таланта наши отчалившие звезды все-таки действительно не Рахманиновы, не Шаляпины и не Анны Павловы, чей гений сиял в любом антураже, в том числе в эмиграции.
Впрочем, остается вопрос. Ну, ладно певцы, актеры, шоумены и прочие творческие специальности, требующие содействия и «обслуживания» многих других людей. Но есть же, например, писатели, журналисты, которым для работы не нужен никто другой. Сиди и пиши – жги сердца людей глаголом. Тургенев и Герцен, например, прекрасно и очень успешно работали, живя за границей, оставаясь кумирами для российской аудитории. Что же мешает нынешним творцам?
Безусловно, играет свою роль политический фактор. В отличие от XIX века, когда для российской публики Европа была светочем прогресса и землей обетованной, а эмиграция (особенно политическая) была окутана романтическим флером, современное российское общество смотрит на эту тему куда более трезво, если не сказать цинично. К тому же от репутации Запада как пространства свободы, демократии и всеобщего благополучия остались ошметки. Так что отъезд из страны по политическим мотивам теперь зачастую действительно воспринимается как предательство, а человек популярный теряет львиную долю общественной симпатии. Для представителей творческих профессий подобное, разумеется, означает карьерный крах.
Ну и пресловутая ностальгия, тоска по Родине, на самом деле, частенько встречается у русских эмигрантов – что у представителей творческих специальностей может принимать своеобразные формы, в том числе профессионального упадка. Видимо, русский человек вне Родины перестает быть талантливым.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом