Рождеству Христову уже больше двух тысяч лет – и этот праздник обращает нас к событиям, произошедшим в мире, который выглядел совсем по-другому. Если бы мы жили тогда, весь известный нам мир, «вся вселенная», как пишет Евангелист, сводилась бы к Римской империи – неслыханно могущественному и долговечному государству, во главе которого стоял император. Подданные воздавали ему почести, как божеству и спасителю.
Рим был невероятно грандиозным достижением военного и государственного гения; юридическая система большинства современных государств до сих пор восходит к римскому праву. Он объединял под своей властью множество народов от Африки до Британии, и везде люди стремились подражать римскому образу жизни и римской культуре.
Гениальные поэты воспевали могущество Рима, художники, скульпторы и архитекторы запечатлевали его величие в мраморе и мозаике. Но этот мир ушел; звучный язык древних римлян остался только в памяти специалистов – на нем больше никто не разговаривает, разве что некоторые традиционалисты в Западной церкви продолжают молиться на латыни.
Теперь Рим – столица небольшого европейского государства, от его древней славы остались романтичные развалины, которые за прошедшие века были полуразобраны на камень для строительства чего-то еще. От его могущества не осталось вообще ничего; кости его «божественных императоров» давно истлели в земле, грозные мечи его легионеров рассыпались от ржавчины.
Самым важным, живым, действенным и могущественным событием той эпохи оказалось то, что современники едва ли заметили – в бедной семье в далекой провинции империи родился Младенец. Большинство из нас видели эту картинку – как ее рисовали множество художников во всем христианском мире. Мать, Младенец, пожилой мужчина – Иосиф, волхвы и пастухи, которые склоняются перед Младенцем, а в небесах – ангелы.
Историю, которая стоит за всем этим, знают меньше людей – и ее стоит кратко напомнить. Она начинается с того, что Бог – Святая Троица, Отец, Сын и Святой Дух – очень-очень счастлив. «Блажен», как говорят в Церкви. От переизбытка щедрости он творит мир – в котором некоторые из Его творений, ангелы и люди, обладают свободной волей. Они призваны войти в общение с Богом, стать членами его семьи, разделить с ним его вечную и блаженную жизнь.
Но часть ангелов – а вслед за ними люди – злоупотребили своей свободной волей и отвергли своего Создателя. Так в мир вошел грех – страдание, вражда, бессмыслица, смерть и ад. Но Бог не оставил сотворенный Им мир. Сын Божий сошел с небес и стал человеком по имени Иисус – эмбрионом в утробе пресвятой Девы Марии, потом младенцем у нее на руках (именно это Рождение мы и празднуем), мальчиком, юношей, мужчиной – человеком, во всем подобным нам, кроме одного: он безгрешен.
Земная жизнь Христа завершилась тем, что он умер за наши грехи, воскрес из мертвых и вознесся к Отцу. Через его смерть и воскресение Бог дарует нам прощение грехов и жизнь вечную. Мы принимаем этот дар покаянием и верой, которая проявляется в хранении его заповедей и участии в таинствах церкви, которую он установил. Праздник Рождества и передает это послание: каждый человек, вы и я, создан для вечной жизни, Бог любит нас несмотря ни на что и приходит спасти – и если мы отзовемся, мы будем спасены. С нами в конечном итоге всё будет настолько хорошо, что мы и мечтать не смели.
Некоторые считают это послание ложным, а само Рождение – мифом, который вот-вот изгладится из активной памяти людей, как мифы про Осириса или Мардука. Более того, история знает попытки – иногда очень упорные – избавиться от Рождества. Первая из них описана еще в Евангелии, когда «Ирод искал Младенца, чтобы убить Его», потом были римские императоры, которые хотели задушить Церковь в младенчестве, потом – многие столетия спустя – французские революционеры с их программой «дехристианизации». Самая масштабная попытка искоренить Рождество была предпринята в нашей стране. Как писал в 1930 году поэт-авангардист Введенский:
Только тот, кто друг попов,
Елку праздновать готов!
Мы с тобой – враги попам,
Рождества не надо нам.
В декабре 1929 года была запрещена продажа елок и «елочной дребедени» «для использования в связи с религиозными обычаями и обрядностями». Убедившись в невозможности отучить людей от обычая украшать елку, власти в 30-е годы сменили тактику и стали поощрять елку уже в качестве новогодней, а не рождественской. Я сам родился и вырос в мире, где не было Рождества – хотя на Новом годе еще лежал какой-то рождественский отсвет.
В наши дни похожую тактику выбирают современные борцы с Рождеством – которые, как в недавней (и в последний момент отозванной) директиве Евросоюза, требуют говорить о «зимних праздниках» и о чем угодно еще, только не о Рождестве. Делается это под тем предлогом, что не все жители ЕС являются христианами, а упоминание Рождества как-то обидит меньшинства – подобно тому, как у нас говорят о «многонациональной и многоконфессиональной стране». При этом сами представители меньшинств не требуют ничего подобного. Единственное вероисповедание, которое оскорбляется Рождеством – это, как и у нас, воинствующие секуляристы.
Но Рождество Христово пережило римских императоров, французских революционеров, советских коммунистов – и, очевидно, переживет Евросоюз с Демпартией США. Почему? Потому что есть то, что совершенно не изменилось со времен Римской империи – человеческое сердце, о котором блаженный Августин сказал, обращаясь к Богу: «Ты создал нас для Себя, и мятется сердце наше, пока не успокоится в Тебе».
В человеке невозможно выхолостить жажду блаженной вечности – поэтому история о Боге, который стал Младенцем, чтобы спасти людей для вечной жизни, будет возвращаться снова и снова.