Обстоятельства, при которых проходит нынешняя Олимпиада, невольно заставляют вспомнить другие Игры, от которых нас отделяют уже 13 лет.
В мае 2008 года – за три месяца до Олимпиады в Пекине – произошло страшное землетрясение в Сычуане. Погибло почти 90 тыс. человек, около 300 тысяч пострадали, разрушения были колоссальными.
Тогда можно было услышать мнение, что прямо-таки безнравственно проводить грандиозное спортивно-развлекательное мероприятие на фоне подобной трагедии, что Китай просто обязан отказаться от проведения Игр, а освободившиеся средства направить на преодоление последствий катаклизма.
Правда, голоса, озвучивавшие эту точку зрения, были немногочисленны и принадлежали людям, слишком уж откровенным в своей синофобии. Так что ничего удивительного, что они не нашли поддержки ни в самом Китае, ни в мире в целом. Но причина такого положения вещей была далеко не только в слишком уж очевидной пристрастности и лицемерии антикитайских критиков.
Человечество, включая китайское общество, верило в принципы, положенные в основу современных Олимпийских игр. Оно верило в солидарность, стойкость и преодоление тяжелых испытаний через сверхусилие. Проведение Олимпиады, несмотря на случившуюся трагедию, воспринималось – как внутри самого Китая, так и за его пределами – как мужество, несгибаемость и готовность справиться с любыми вызовами. Происходящее ныне, конечно, являет собой разительный контраст с теми событиями.
Социология зафиксировала настолько негативное отношение японцев к проведению Игр, что генеральный спонсор Олимпиады – Toyota – отказался от телерекламы на время их проведения. А чтобы усилить эффект дистанцирования от мероприятия, генеральный директор концерна не присутствовал на церемонии открытия. Аналогично поступили и некоторые спонсоры помельче. А уж если бизнес (большой бизнес) стал шарахаться от Олимпийских игр – значит, дела у них обстоят совсем печально.
Так что нет никакой необходимости возмущаться, алармировать или злорадствовать (в зависимости от того, кто что предпочитает) по поводу обнародованного на днях опроса, согласно которому 97% жителей России понятия не имеют, кто будет представлять нашу страну в Токио. Данный результат целиком и полностью укладывается в общемировой тренд, в котором проходящая в Токио Олимпиада глубоко не интересна большинству людей.
Причем все попытки списать это равнодушие, а местами раздражение, на переживаемую миром пандемию («люди массово умирают, а тут спортсмены на стадионах глупостями занимаются») – глубоко ошибочны. Ведь обычно в сложные жизненные и исторические периоды люди, наоборот – особенно тяготеют к незамысловатым развлечениям, будь то кинематограф или поддержка своих команд на спортивных соревнованиях. Хороший способ отвлечься от мрачных и угнетающих будней.
Что же пошло не так с Олимпиадой в этот раз? На самом деле ничего такого, о чем бы много и часто не предупреждали последние годы – хотя правильнее сказать, что серьезные проблемы назрели не столько у Олимпийских игр, сколько у большого спорта в целом. А предупреждения эти сводились, собственно, к очевидному: большому спорту не стоит пилить сук, на котором он сидит, а если он продолжит это делать, имеет смысл быть готовым к неизбежным печальным последствиям. Безусловно, «русское допинговое дело» внесло свою внушительную лепту в данный результат, но процесс куда масштабнее и сложнее.
Он – большой спорт – является продуктом и плотью от плоти глобальной системы, созданной по итогам Второй мировой войны. Он не идеален (и никогда таким не был), полон пороков и грязных тайн. Но тем не менее у него было несколько важнейших и по-настоящему выдающихся достоинств, которые заставляли миллиарды людей на планете ощущать свою сопричастность ему и сопереживать событиям в нем.
Главным из достоинств было то, что большой спорт представлял собой сбалансированную систему, в которой ни одна из главных мировых сил не имела безоговорочного преимущества. В результате чего никто не имел возможности навязывать и требовать от других неприемлемых для них условий. И неважно, идет ли речь о наказании целой страны по «допинговой статье», преклонении колен перед BLM-идолами или допуске мужчин (прошедших процедуры трансгендерных изменений) к женским соревнованиям.
Именно этот фундамент современного олимпийского движения был разрушен, затем процесс вышел из-под контроля его инициаторов, а теперь мы наблюдаем, как быстро сыплются несущие конструкции всей системы. Ирония судьбы: организовав травлю российского спорта, Запад активно затряс собственным грязным бельем – и нескончаемым потоком на публику полились откровения его спортсменов о расизме, фэтшейминге, коррупции, психологическом абьюзе, сексуальном насилии и так далее.
В результате за несколько считанных лет образ большого спорта претерпел радикальные изменения в глазах человечества: место таланта, тяжелого труда, стойкости, взаимопомощи и проявления лучших человеческих качеств заняли грязь, пороки, коррупция и самые отвратительные преступления.
Странно удивляться тому, что японцы не жаждут рисковать здоровьем собственного общества ради такого «букета», а весь остальной мир едва замечает идущие в Токио Олимпийские игры. Откровенно слабая церемония открытия и поступающие новости о творящемся абсурде только усиливают градус отторжения у одних, а равнодушия – у других. Россия в этом ряду выделяется разве что тем, что у нас – в силу известных причин – процесс начался раньше и зашел дальше, чем у большинства стран. Но остальные идут ровно той же дорогой.
Означает ли все происходящее скорую и неизбежную смерть большого спорта в целом и олимпийского движения в частности? Необязательно. Однако выживание, а вернее, возрождение большого спорта потребует его реального реформирования и пересборки. И можно уверенно сказать, что изменение олимпийского девиза на «Быстрее, выше, сильнее – вместе» в данном контексте возымеет эффект не больший, нежели замена обычных кроватей на антисекс-койки в Олимпийской деревне.