Патриарх Константинопольский Варфоломей в интервью кипрской газете Politis пожаловался на «неблагодарность» русских, которых Константинополь сделал христианами и цивилизовал – а теперь они подвергают критике действия Фанара на Украине. Что ответить на это?
Если сказать одной фразой, то мы не сомневаемся в заслугах константинопольских патриархов прошлого. Мы сомневаемся в том, что патриарх Варфоломей эти заслуги наследует.
В самом деле, христианство (а вместе с ним и все богатства средиземноморской культуры) пришло на Русь благодаря усилиям православных миссионеров из Восточной Римской империи, которую потом на Западе стали называть Византией. Сами жители империи называли себя ромеями, то есть римлянами, хотя говорили уже не по-латыни, а по-гречески. Тысячу лет назад Константинополь был столицей православной империи и величайшим городом мира, светочем истинной веры и центром утонченной интеллектуальной культуры.
Восточные славяне действительно приобщились правой вере и античному культурному наследию благодаря грекам. Для православного русского круг его чтения составляли греческие святые отцы и жития греческих святых. Мы до сих пор совершаем литургию, восходящую к святому Иоанну Златоусту, архиепископу Константинопольскому, все наши богослужебные книги переведены с греческого.
Восточная Римская империя, ее история и ее наследие – часть нашей собственной истории и идентичности. Именно через нее мы вошли в культурное пространство Европы, которое определяется библейским откровением, греческой традицией философской мысли и римским юридическим гением. В сердце каждого русского православного живет братская привязанность к благочестивому греческому народу.
Именно потому, что нам так близка и дорога история Второго Рима, Константинополя, мы хорошо знаем, что кафедру этого великого города занимали разные люди. Среди них были дивные святые, которых мы вспоминаем за каждым богослужением. Были люди и далеко не столь великих достоинств. Были и лжеучители (по-церковному говоря, еретики), впоследствии осужденные Церковью. Например, преподобный Максим Исповедник мужественно выступал против занимавшего в то время константинопольскую кафедру еретика Пирра.
Таким образом, само по себе пребывание на кафедре этого славнейшего города не делало человека лично непогрешимым – и пример сопротивления недостойным патриархам нам показывают сами же греческие святые. Заслуги достойных патриархов никак не умаляются грехами недостойных. Но и недостойные не могут приписать себе заслуги святых. Слово «Константинополь» обладает в глазах православных огромным символическим капиталом – несмотря на то, что Восточной Римской империи давно уже не существует, а сам город населен другим народом, исповедующим другую религию.
Нынешний патриарх Константинопольский мог бы сохранить и приумножить этот капитал, проявляя верность Церкви, мудрость и заботу о людях. Авторитет человека мудрого и благожелательного приобрел бы ему больше влияния, чем грубые притязания на власть. Но, увы, он предпочел пустить авторитет своей кафедры по ветру. Власть любого руководителя требует доверия людей. Для духовной власти, которой нечем подкупать и нечем принуждать, доверие – это единственный ресурс, на который она опирается. У нее нет другого ресурса, кроме слова, и это слово должно быть веско и основательно. За ним должны стоять века традиции, а не сиюминутные расклады.
Главная проблема патриарха Варфоломея в том, что он обесценил свое слово – и даже слова своих предшественников. До кризиса 2018 года он признавал митрополита Онуфрия законным митрополитом Киевским, затем – по просьбе светских политиков – перестал его считать таковым, а объявил новым епископом на этой кафедре Сергия (Епифания) Думенко, человека, который не имел даже действительного рукоположения. Сначала он признавал законной анафему, наложенную на самозваного «патриарха Киевского Филарета», а затем принял его в общение и признал совершенные им «рукоположения».
Наконец, он отменил решение Константинополя 1686 года о передаче Киевской митрополии Московскому патриархату – которое все его предшественники признавали столетиями. Признавал, до недавнего времени, и он сам. Когда человек может отозвать назад любые свои слова и даже соглашения, заключенные его далекими предшественниками – его слова теряют всякую ценность и значение.
Даже в миру вы не стали бы вести дел с человеком, который ведет себя таким образом. Принять его в качестве духовного авторитета еще более затруднительно. Особенно учитывая то, что его действия на Украине не только не исцелили раскола (чем он их оправдывал), но и придали ему глобальный характер, посеяв семена раздора как между поместными церквями, так и внутри их самих. А предприняты эти действия были по просьбе внешних по отношению к Церкви сил – более того, таких сил, как Демократическая партия США, принципиально и идеологически враждебных любой форме традиционного христианства.
На этом фоне непрестанные восхваления своих благодеяний и требования благодарности производят несколько странное впечатление. Древние константинопольские патриархи, греческие Отцы Церкви, святые и подвижники греческого мира – действительно наши отцы и благодетели, мы поминаем их за богослужением с великим почтением и благодарностью. Того же был бы достоин и патриарх Варфоломей – если бы подражал их добродетели. Увы, это не так.