Эта Америка сломалась, несите новую. Make America Great Again. США политических свобод и борьбы за гражданские права превратились в карикатуру на революционную Украину. Что случилось, осмыслить сложно. Кажется, и там никто ничего не понимает, но в век интернета мы все – свидетели того, что происходит в любом конце земного шара.
Я, конечно, и на этот раз далек от апокалиптических настроений: хочется верить, что хотя бы власть сумеет сделать нужные выводы там, где общество сошло с ума. Но произошедшее – столь очевидный симптом, что важно диагностировать болезнь. «Эта американская бойня не прекращается. Эта страна нездорова», – пишет консервативный британский Spectator.
«Мирные протестующие выступают против полицейского произвола. Радикальное крыло выступают за это же, но считает, что надо использовать насилие. Антифа просто за всеобщее насилие, но их цели не имеют ничего общего с протестующими. Белые супремасисты тоже за насилие, но и у них свои абсолютно противоположные цели. Мародеры за насилие и анархию, потому что это позволит им грабить и мародерствовать. У них нет идеологии. У анархистов и белых супремасистов одинаковые методы (хаос, насилие), но они придерживаются разных конечных целей и идеологий: анархия, марксизм у одних; белый супремасизм (идеология превосходства – прим. ВЗГЛЯД) у других.... Мародерам вообще всё равно, им просто надо грабить. Членам антифа грабежи на руку. Белым супремасистам тоже грабежи и беспорядки на руку, потому что это дискредитирует движение по гражданским правам. У вас уже закружилась голова? Именно поэтому я еще раз повторяю: любой, кто пытается весь этот бедлам и хаос показать, как нечто однородное – врет вам», – пытается объяснить ситуацию живущий в Нью-Йорке либеральный блогер из Киева.
Что же это за болезнь? Механизм передачи заразы описывает сценаристка Лиля Ким: «Массовая аудитория – это избиратели, покупатели, фолловеры. Хочешь быть сверху и богатым – говори им то, что они сами о себе думают и хотят услышать. И поскольку все твои конкуренты делают то же самое – изобретай новые способы «отражать и выражать» массовую аудиторию. Потому что охотнее всего она покупает свои собственные заблуждения и оправдания… из-за ковровой бомбардировки массовой аудитории лестью от всех, кто хотел денег – теперь это мир, где полицию заставляют вставать на колени, потому что мародеры и им сочувствующие – это большинство избирателей».
Но симптомы и пути заражения – это не сама болезнь. Вся история политики основана на популизме, и с этой точки зрения ничего нового не произошло. Разве что популизм теперь из вертикально интегрированного превращается в сетевой: властителями дум оказываются любые бобчинские и добчинские, а не политики, интеллектуалы и популярные телеведущие.
США строились как свободное общество: по крайней мере, это декларировалось даже в эпоху рабства и уничтожения коренного населения. Быть свободным – значит признавать права других, но с этим американцам удалось справиться только к 70-м годам прошлого века, когда было покончено с расовой дискриминацией; признания прав сексуальных меньшинств пришлось ждать еще дольше.
А потом маятник качнулся в другую сторону: потомки униженных и оскорбленных решили взять реванш над потомками палачей. Собственно, примерно это можно видеть и в ЮАР, где конец режима апартеида стал началом эпохи насилия черных расистов.
Это знакомо и нам – по революционным временам. Кто был ничем, стал всем и обнаружил не жажду социальной справедливости, а лишь стремление превзойти своих недавних угнетателей. Это – вполне логичное проявление присущей массам и их угодникам психологии ресентимента: потребность искать виноватых, а не решение проблем, которые создают безвыходный замкнутый круг насилия. Убийство белым полицейским черного рецидивиста вызвало волну совершенно справедливого негодования. Но такое уже бывало не раз, как и синхронные вспышки разбоев. Сегодня проблема не в протестующих против полицейского произвола и даже не в черных мародерах – а в белых либералах, которые всем сердцем и всей душой слушают музыку погромов.
Фильм «Джокер» очевидно неслучайно стал лидером кассовых сборов: сегодня его можно расценивать, как пророчество. Он попал в больной нерв аудитории. Предыдущий приступ американской болезни был связан с выборами Трампа. Удивительным образом относительно толерантное общество раскололось на два смертельно враждующих лагеря. Избиратели несменяемых элит демократов и республиканцев никогда друг друга особо не жаловали, но нацию сплачивали единые ценности. Капитализм довольно уродлив, но он не навязывал единства взглядов, и это казалось залогом гражданской стабильности.
Теперь же «либеральный» демократический лагерь оказался самым непримиримым. Пресловутую толерантность словно не забыли, а закопали. Истеричное навязывание единственно верного учения стало основой предвыборной кампании людей с хорошими лицами. «Кто не с нами, тот против нас» – сограждане с другими политическими взглядами превратились в идеологических врагов, словно вернулись времена маккартизма, или осуществился реэкспорт «революции достоинства». Болезнь современного американского общества – это «либеральный» тоталитаризм, который к либеральным ценностям никакого отношения не имеет: в наше время самые дикие оксюмороны становятся привычной реальностью.
Еще недавно я иронизировал над отечественными «либералами», которые защищают права и свободы от граждан, которые их недостойны. Но поразивший их вирус успешно преодолевает границы, и теперь американские «либералы» защищают правоту мародеров от людей, которые хотят спокойно пользоваться в своей стране своими конституционными правами: «запирайте етажи, нынче будут грабежи!» Мотивированы ли они ненавистью к Трампу и его избирателям-реднекам, или психозом, развившимся на почве коронавируса, совершенно неважно (хотя давеча они паниковали и требовали карантина, а нынче решили, что посредством массовых демонстраций зараза не передается). Кипит их разум возмущенный, и в смертный бой вести готов.
Если раньше речь шла о равных правах для всех, то теперь – о правах обладателей правоты. Если «левые» правы, то «правые» – виноваты. Они должны стоять на коленях. Перед кем – непринципиально: интеллектуальные мародеры используют любой повод, чтобы навязать обществу свою повестку. В данном случае подвернулся протест против полицейского произвола. Конечно же, Америка пожинает плоды собственного расизма, сексизма и прочей нетерпимости – как и Россия пожинала плоды крепостного права и черты оседлости. Конечно же, пока непонятно, кому эта ситуация в итоге сыграет на руку – демократам или республиканцам: выборы покажут.
Но проблема в том, что дальше. Выборами эта история не закончится. А выводы из нее делать придется. После 11 сентября либералы жаловались, что США превращаются в полицейское государство. Сегодня оно стоит на коленях перед мародерами. Это – свобода? Перспектива у такой «свободы» одна – то же полицейское государство, только в худшем изводе. За безопасность надо платить. Разве что в новом полицейском государстве одних черных будут политкорректно держать в узде другие. Вопрос в том, будет ли это государство защищать свою конституцию, или идеология политкорректного единомыслия поглотит всё. То, что мы видим сегодня, опасно не разгулом бандитизма, а кризисом оснований демократии. Не валяй дурака, Америка!