Писатель Владимир Сорокин в своей фантастической антиутопии «День опричника» иронизировал над выбором товаров в магазинах тоталитарной монархической Руси будущего:
«Стандартный набор продуктового ларька: сигареты «Родина» и папиросы «Россия», водка «Ржаная» и «Пшеничная», хлеб черный и белый, конфеты «Мишка косолапый» и «Мишка на Севере», повидло яблочное и сливовое, масло коровье и постное, мясо с костями и без, молоко цельное и топленое, яйцо куриное и перепелиное, колбаса вареная и копченая…. Мудро это и глубоко. Ибо народ наш, богоносец, выбирать из двух должен, а не из трех и не из тридцати трех. Выбирая из двух, народ покой душевный приобретает, уверенностью в завтрашнем дне напитывается, лишней суеты беспокойной избегает, а следовательно, удовлетворяется. А с таким народом, удовлетворенным, великие дела сотворить можно».
То, что для русского – фантастика, для американца – объективная реальность. Испокон веку американцы выбирали между Севером и Югом, рабством и аболиционизмом, Чарли Чаплином и Бастером Китоном, Мэрилин Монро и Одри Хепберн, пепси-колой и кока-колой, Гарвардом и Стэнфордом, «Роллинг Стоунз» и «Пинк Флойд», автомобилем «Форд» и всеми остальными… Макдональдс или Бургеркинг, Apple или IBM, Starbucks или безымянные кофейни у дома... Пиво простое или пиво крафтовое, пицца или бургеры – и так далее и тому подобное.
Но, разумеется, самая главная бинарная оппозиция – это американские выборы. За редчайшими и совершенно не меняющими суть исключениями, это всегда борьба между двумя кандидатами – республиканцем и демократом. И как апофеоз выбора из двух позиций – президентская кампания.
Если до недавнего времени мы могли верить в то, что у американцев действительно есть выбор, пусть и ограниченный лишь двумя позициями, то вскоре после нежданной победы Дональда Трампа в 2016 году стало понятно: выбора на самом деле нет. Абсолютно не важно, как проголосуют американцы и что будет обещать новый президент. Ему дадут сделать лишь то, что устраивает вашингтонский истеблишмент.
Напомню инаугурационную речь Дональда Трампа, смелую и порывистую:
«...сегодня мы не просто передаем власть от одной администрации другой или от одной партии другой. Мы переносим власть из Вашингтона и отдаем ее вам – народу.
Слишком долго небольшая группа в столице нашей страны пожинала плоды правления, а народ платил за это. Вашингтон процветал, а народ не разделял с ним это изобилие. Политики благоденствовали, но рабочие места уплывали, а фабрики закрывались. Истеблишмент защищал себя, а не граждан страны. Их победы не были вашими победами. Их триумфы не были вашими триумфами…
Мы будем стремиться к дружбе и доброй воле с другими народами, понимая при этом, что все страны имеют право ориентироваться в первую очередь на собственные интересы. Не стремясь никому навязывать свой образ жизни, мы позволим ему светить своим примером: мы будем источником света для всех, кто за нами последует. Мы будем укреплять старые союзы, формировать новые и объединять цивилизованный мир против радикального исламского терроризма, который мы полностью сотрем с лица земли».
Даже самый искренний и фанатичный сторонник Трампа, ложащийся спать и просыпающийся со словами «сделаем Америку снова великой», будет вынужден согласиться с тем, что эти пункты своей программы американскому президенту выполнить не дали.
Истеблишмент объединился и показал, что один в поле не воин. Сколько бы раз Трамп ни повторял о своем желании поладить с Россией, столько же раз истеблишмент находил, что ответить. На каждую мирную инициативу найдется решение Конгресса, ограничивающее внешнеполитические права президента, а также пучок скандалов и аресты среди ближайшего окружения Трампа.
Справедливости ради надо отметить, что если бы победила Хиллари Клинтон и, допустим, единолично решила бы отправить американские войска штурмовать Дамаск или защищать линию разграничения в Донбассе, то, скорее всего, Конгресс остановил бы и ее. Ведь Трампа очень жестко взнуздали после убийства генерала Сулеймани – даже удар по американской военной базе остался безнаказанным, что в любое другое время – абсолютно ненаучная фантастика. Одно дело – показать силу, и совсем другое – затяжная война. Истеблишменту такого не надо, а значит – такого не будет. Не будет, пока интересы истеблишмента не изменятся.
И если для самих американцев небольшая разница между персоналиями все-таки есть (разные президенты могут установить разные режимы налогообложения, медицинских страховок и так далее), то для внешнего наблюдателя, в первую очередь России, различий нет вообще никаких.
Сандерс или Буттиджич, Трамп или Блумберг, Байден или очередной представитель клана Бушей, или даже отпрыск Клинтонов – любой из них может повлиять на российско-американские отношения в случае победы на выборах президента США не больше, чем орловский рысак Жиголо или орловский рысак Померанец в случае победы на скачках на Московском ипподроме.
По большому счету американский президент превратился даже отчасти в трагическую фигуру: огромные, фантастические возможности, которые предоставляет крупнейшая экономика мира и мощнейшая армия мира – и полная, опустошающая невозможность всем этим воспользоваться. Междусобойный разговор с президентом страны-сателлита оборачивается попыткой импичмента. Актеры кроют тебя матом. Спикер нижней палаты парламента рвет твою победную речь.
Вот и остается Трампу только переругиваться в Twitter с журналистами и иронизировать над демократическими кокусами, в ходе которых социалист Берни Сандерс пока что тотально доминирует над обамовским вице-президентом Джо Байденом.
Американские СМИ наперебой обсуждают, поддерживает ли Россия Сандерса или, наоборот, он станет неудобным президентом для Путина. То есть нас, как и в 2016 году, опять пытаются делать непосредственным участником кампании, и делают это сами американцы, а не воображаемые «хакеры ГРУ».
Скорее всего, Трамп победит любого из демократических кандидатов. Но даже если он каким-то образом уступит, то определять политику США по отношению к России будет не сам победитель, а все тот же вашингтонский истеблишмент, сменить который снаружи можно только прямым ударом ядерной бомбы, что, впрочем, тоже маловероятно – бункеры под Капитолием глубокие.
Значит ли это, что Россия обречена на вечное противостояние с США, выход из которого – только война или новая позорная сдача с нашей стороны? Разумеется, нет.
Да, именно наша страна в конце 80-х годов прошлого века отлично продемонстрировала миру, что в условиях отсутствия социальных лифтов и реальной смены элит кажущийся стальным колосс может в любую минуту превратиться в глиняный и стремительно рухнуть под грузом внутренних противоречий без какого-либо серьезного воздействия извне.
Но теперь не наша очередь. США слишком долго разрабатывали методы бескровных и не очень бескровных революций, чтобы эти методы не вернулись на родину. Пока что договариваться внутри себя удается, но это не может длиться вечно. Все империи рушились, и США никак не могут стать исключением.
Ничего хорошего от их краха ни для нас, ни для других стран мира, которых США включают в число своих геополитических противников, не будет, как и, разумеется, для союзников Америки. Вашингтон многие годы делал все, чтобы сделать свою экономику неотъемлемой частью общемировой. Но и чрезмерно волноваться тоже не стоит, крах европейских империй столетней давности был мрачным и кровавым, однако человечество выкарабкивалось и не из такого.
А пока этого не случилось, будем с интересом наблюдать за президентской гонкой в США. Главное – помнить, что нет никаких принципиальных различий между дебатами Сандерса и Байдена и забегом орловских рысаков Жиголо и Померанца.
Ну и после дня голосования снова вспомним бессмертные строки Дмитрия Александровича Пригова:
Вот избран новый Президент
Соединенных Штатов
Поруган старый Президент
Соединенных Штатов
А нам-то что? – ну Президент
Ну Съединенных Штатов
А интересно все ж – Прездент
Соединенных Штатов.