Декабрь – это время подведения итогов и только на первый взгляд кажется, что пандемия коронавируса выбила 2020 год из жизни, а потом все вернется как было. Не вернется. Не только потому, что мир изменился – это, конечно, тоже есть, но не в таком масштабе, чтобы определять судьбу великой державы. Появилась возможность посмотреть на многие вещи спокойно и без неизбежной в международных делах гонки. В этом смысле пандемия дала то, чего всегда не хватает – время.
Несмотря на то, что жизнь как будто замерла, а контакты перешли в режим видеоконференций, уходящий год оказался очень значимым в истории российской внешней политики. В силу своей специфики эта область государственной и интеллектуальной деятельности не предполагает очевидной конечности проектов и отношений. В некоторых случаях это действительно так: сколько не руби головы религиозного экстремизма, они неизбежно вырастают опять, а олигархический империализм США всегда будет создавать проблемы для остального человечества. Это – две вечные темы. Но в более мирных случаях вынужденное торможение 2020 года – возможность перевести дух и оценить результаты. Сейчас мы действительно можем подводить итоги – и в ряде случаев это очень полезно и своевременно.
Поворот России к Азии, он же «поворот на Восток», был одним из наиболее важных дел последние лет 10–12. Азия, как и Европа, важнейший сосед России и направление национальной внешней политики. С Европой в 2020 году многое стало ясно. Но и на Востоке, где у России много друзей и нет врагов, сейчас есть возможность подвести итоги политики последних нескольких лет. Главный из этих итогов – поворот на Восток в том виде, как он начинался 10 лет назад, закончен. И закончен успешно.
Поворот и новое появление в азиатской международной политике были для России с самого начала очень трудным делом. В первую очередь потому, что не предполагали героизма, воинского или трудового подвига. Россия создавала новую армию, противостояла давлению всего Запада после кризиса на Украине, победила религиозный радикализм в Сирии и привела эту страну к миру, добилась, уже в последние месяцы, мира между Арменией и Азербайджаном. Все это время поворот на Восток развивался кропотливо, но медленно и незаметно для общества, часто становился объектом критики, связанной с его незначительной зрелищностью и завышенными ожиданиями.
Прогресс поворота на Восток измерялся не военными победами или спасенными человеческими жизнями, а повышением доходов от экспорта и качества деловой среды – достаточно мещанские категории для традиционного российского восприятия. Разнообразными «плюшками», по меткому определению одной коллеги, а «плюшки» в России никогда не были мерилом достижений, ради которых стоит идти на сверхусилия.
Главная цель, которую ставили в 2010–2012 годах – это повышение качества жизни на российском Дальнем Востоке и включение страны в региональные экономические отношения. Для этого нужно было создавать в Приморье новые условия для инвестиционной деятельности, привлекать туда российские и зарубежные компании. С этой задачей российский государственный аппарат успешно справился. Последовательная политика президента, колоссальная энергия вице-премьера Юрия Трутнева и работа Министерства по развитию Дальнего Востока принесли свои плоды.
Сейчас на Дальнем Востоке очень хороший инвестиционный климат, создаются новые производства, растет экспорт в страны Азии сельскохозяйственной продукции. На национальном уровне доля стран Азии в российской внешней торговле составляет теперь немного больше одной трети от всего объема. Еще 10 лет назад Европейский союз был практически монопольным торговым партнером России и это очень раздражало. Сейчас доли Европы и Азии практически уравнялись. По результатам поворота Россия уже не является однобоко развернутой на Запад страной. Важнейшие торговые партнеры на уровне отдельных стран – это Германия и Китай, одна страна на Западе и одна на Востоке, в точном соответствии с направлением взглядов орла на нашем национальном гербе.
Россия участвует во всех региональных политических и экономических форумах. В рамках Евразийского союза действуют соглашения о свободной торговле с Вьетнамом и Сингапуром. Несколько лет работал Восточный экономический форум, превративший Владивосток в один из региональных центров обсуждения крупных экономических инициатив. Пленарные заседания ВЭФ по приглашению российского президента стабильно посещают главы всех ведущих азиатских держав. При этом в последние годы все более заметным становился диссонанс между большим региональным вниманием к России и тем, что наш подход к форуму оставался сосредоточенным на себе. Видимо, после 2020 года, когда придет время создавать повестки уже очных встреч на самых разных уровнях, пора менять стилистику и содержание разговора с региональными партнерами. Россию сейчас видят, как крупного азиатского игрока, а она, за исключением северокорейской ядерной проблемы, скромно говорит только об ожидании иностранных инвесторов.
Однако с переходом к новому качеству политики были и остаются проблемы. Как спаситель и миротворец, Россия в Азии пока не востребована, а именно это она умеет делать лучше всего. Будем, конечно, надеяться, что так и останется, но отсутствие запроса на основной вид российской силы – военную, всегда имело для нас очень расхолаживающий эффект. Азия становится эпицентром нового глобального конфликта Китая и США, а между странами региона существуют нерешаемые территориальные проблемы.
Но пока азиатские государства делают все что могут для того, чтобы эти проблемы не переходили в состояние военно-политических кризисов. В отличие от Ближнего Востока и пространства бывшего СССР, все азиатские игроки – это состоявшиеся государства. Они добились большого экономического успеха в последние десятилетия и не хотят лишать себя его плодов ради внешнеполитических амбиций. Для азиатов экономическое развитие было решением проблемы выживания в качестве самостоятельных государств. России этот вопрос всегда в своей истории приходилось решать другим способом. В Азии нет агрессивных группировок государств, как НАТО в Европе, стремящихся подчинить себе всех остальных. Это, конечно, хорошо для мира в регионе, но вызов для российской внешней политики, привыкшей к решению действительно экзистенциальных проблем.
При этом и в торгово-экономической области Россия за 10 лет «поворота» вышла на результаты, которые были возможны. Постоянно растет экспорт в страны Азии, в первую очередь – Китай, не только продукции энергетического сектора, но и результатов роста российского сельского хозяйства, других отраслей, где требуется много водных ресурсов. И возникает понимание, что больше, чем постепенное открытие азиатами рынков для необходимой им и конкурентоспособной российской продукции мы там вряд ли получим. Никто не будет создавать на Дальнем Востоке производства – конкуренты собственным технологическим мощностями в Корее, Японии, Китае или странах Юго-Восточной Азии.
То, что России нужно от Азии сейчас для развития Дальнего Востока, Азия дать не может, сколько бы успешными не были наши усилия по созданию там возможностей для инвесторов. Поэтому уже в 2019 году порядка 80% всех инвестиций на Дальнем Востоке имели внутрироссийское происхождение. Наиболее вероятный сценарий для новой эпохи – постепенное улучшение качества жизни для дальневосточников с опорой на собственные силы и ресурсы. Поворот к Востоку, как национальный проект, достиг своих целей и в этом качестве завершен.