То, что мы живем в мире с непредсказуемым будущим, очевидно. Непредсказуемое прошлое – тоже хорошо знакомый феномен: историю так часто переписывают или переписывать запрещают, что работа историка скоро превратится в декодировку смыслов. Но теперь и погружение в реальность представляет собой квантовый эксперимент, в котором состояние окружающего мира всякий раз зависит от наблюдателя.

Главная новость – соглашение о прекращении огня в Нагорном Карабахе. Факт победы Азербайджана, который вернул часть захваченных у него 30 лет назад земель, очевиден. А дальше начинаются интерпретации. У человека неподготовленного голова может пойти кругом: все смешалось в доме Облонских.

Дежурные князья курбские – Бабченко и Муждабаев – в шоке от очередной победы Путина, которого теперь может остановить только великий полководец Байден; а великий полководец Стрелков сетует на то, что Россия в очередной раз все слила. Патриотическому диссиденту вторит либерал Шлосберг, который рассказывает о том, как Россия предала Армению. И тут же – внезапным диссонансом – оппозиционный профессор Зубов заявляет, что Путин продиктовал Алиеву ультиматум.

Азербайджанские блогеры проклинают Россию, которая встала на пути их блицкрига, патриотически настроенные армяне (в моей ленте, как правило, из-за границы) пишут о России, которая предательски остановила их сопротивление. Ну и вообще предала (видимо, не отправившись на войну вместо них). Искать виновников собственных проблем где угодно, кроме как в зеркале, свойственно всем. Однако этот случай интересен особенно.

Разве не логично: за 30 лет не суметь договориться с разгромленным и униженным соседом о взаимоприемлемом компромиссе, разворовать армию и разрушить национальное единство во внутриполитических склоках, чтобы после вторжения жаловаться на коварство реваншистов и равнодушие всего мира, не признавать Арцах, не отправлять туда войска, бросив добровольцев на произвол судьбы, и гневно требовать помощи от России?

И как не обвинить ее в предательстве после того, как Путин добился мира перед неминуемым взятием Степанакерта? И кто, кроме России, виноват в том, что пассионарные патриоты не стояли насмерть в Шуше, а штурмовали правительство в Ереване? Ненависть к России, наверное, можно понять: без ресентимента не выудишь и рыбку из пруда. Но совершенно изумительно читать взрослых людей, которые искренне убеждены, что Россия просто обязана лечь костьми ради защиты их интересов – притом что сами они ради них и пальцем пошевелить не готовы. Разве что по клавиатуре.

Дружба народов – настолько затасканный мем, что все постоянно забывают о его содержании, в манипуляционных целях вдохновляясь романтикой советского лозунга. Характерный исторический пример судьбы одного карабахского хана приводит в написанной больше века назад статье «Первые добровольцы Карабаха в эпоху водворения русского владычества» русский военный историк генерал Потто: «Угрожаемый с одной стороны русскими войсками, с другой – персиянами, питавшими к нему непримиримую ненависть со времени Ага-Магомет-шаха, Ибрагим буквально очутился между наковальней и молотом.

#{related}Он понимал, что час его самостоятельности пробил, что ему необходимо искать сюзерена в лице или русского императора, или персидского шаха. Выбор для него не мог подлежать сомнению. Персияне уже стояли на границах его земли и угрожали занять Шушу своим гарнизоном. А случись это, они, конечно, предали бы его за старые грехи или смерти, или, по меньшей мере, лишили бы наследственных владений. Все это заставило хана призадуматься над своим положением и обратиться к Цицианову за помощью, обещая ему усердствовать России и хранить ей верность.

«Хотя по поведению вашему, – отвечал Цицианов хану, – не следовало бы мне вступаться и брать вас в защиту от персиян, которые по своему обыкновению выкололи бы вам глаза или отрезали бы нос и уши, хотя, повторяю, мне следовало бы, напротив, предать вас им в руки, и потом уже отнять у них Шушу и Карабах, но, подражая неизреченному милосердию моего государя, который, подобно светлому дневному солнцу красному, греет, питает, благотворит и освещает всех желающих наслаждаться им, объявляю вам священным, громким и преславным именем Императора и Самодержца всея России, что Он соизволяет даровать вам прощение, предает все забвению и приемлет вас в блаженное Всероссийской Империи подданство с тем, чтобы вы соблюли верность непоколебимую, утвердив то своей присягой, отдали бы крепость русскому войску, дали бы в аманаты старшего вашего сына, и для оказания подданства платили бы дани 8 тысяч червонцев ежегодно».

Любая страна защищает в первую очередь свои интересы. Либо очень наивные люди, либо очень наивные манипуляторы убеждены, что Россия должна была ввязаться в конфликт – чтобы вместо трех контрагентов получить двух врагов и одного союзника на час. Если в свое время Россия без войн и упреков распустила нерушимый союз, это не значит, что она должна в ущерб себе решать проблемы бывших заклятых братьев. Весьма вражески к нам настроенный азербайджанский публицист констатирует:

«Советские народы, кое-кто тихо и бесшумно, но большинство с руганью и криками, но разошлись. Среди тех, кто выходил со скандалом, отличились кавказские народы: грузины, армяне и азербайджанцы. Уж эти горячие кавказцы! Никак не могут без скандала и выпендрежа. Прибалты вышли тихо и скромно, без большого шума и без всяких территориальных потерь. Кавказцы же передрались между собой и вышли с большими потерями. Грузины потеряли Абхазию и Южную Осетию, азербайджанцы потеряли Карабах, а армяне – потеряли Армению. То есть она стала формально независимой, а де-факто – неоколонией России. Чему армяне, с одной стороны, несказанно рады, потому что Россия гарантирует ей безопасность, которую они понимают как безнаказанность за оккупацию Карабаха, а с другой, чрезвычайно недовольны, потому что русское ярмо все время натирает шею, и по этой причине армянскому народу больно. Иногда больно до слез. Но терпят. Из-за Карабаха».