В московской школе в честь наступающего Дня Победы детей отправили возлагать цветы к памятнику Тухачевскому. Как известно, маршал был расстрелян за четыре года до начала ВОВ.
Понятно, что училки об этом либо забыли, либо, во что верится больше, не знали.
Когда им указали на ошибку, они стали оправдываться чисто училковским способом (то есть продолжать делать вид, что правы, а это мы, дети, ничего не понимаем – училки, даже самые лучшие, всегда так делают, это я как педагог в третьем поколении вам говорю).
«Давайте расценивать это как дань уважения военачальнику. Произошла некорректная формулировка со стороны классного руководителя. Дети, живущие в этом микрорайоне, обязаны знать людей, в честь которых названа улица и установлен памятник, это самое главное, однозначно», – заявила школа.
Конечно, в интернетах училкам за всю эту историю «напихали». Но я бы хотел высказаться в их защиту. Дело в том, что школьные учителя должны закладывать детям базу. Основы. Самый минимум знаний, навыков, поведенческих паттернов. А база и основа – это нечто максимально простое и понятное. Ну, например. Есть памятник военному – к нему надо возлагать цветы. Что может быть проще.
Но когда дети подходят к памятнику Тухачевскому – они сталкиваются со всей цветущей сложностью русской истории.
– Марья Ивановна, а что это за дядя такой?
– Ох, дети, давайте я расскажу вам с самого начала. Во-первых, он герой ПМВ, так лихо бился за царя, что за полгода получил сразу пять орденов (ответила Марья Ивановна, если бы могла).
– А-а-а, понятно!
– А еще он попал в плен к немцам и с пятой попытки бежал!
– Круто!
– А потом, когда началась гражданская война, он громил царских генералов направо и налево.
– Э-м-м. Вместе с которыми сражался до этого?
– Да. Ведь он теперь воевал за рабочих и крестьян.
– Против всяких там дворян, да?
– Ну, грубо говоря.
– Ясно. А дальше?
– А потом жестоко подавил крестьянское восстание, травил вооруженных вилами повстанцев газом, бомбил авиацией, брал их семьи в заложники и убивал.
– Погодите, он же был за рабочих и ...крестьян. Он что, был рабочим?
– Нет, вообще-то он потомственный дворянин...
– Так, стоп! То есть дворянин травил газом крестьян, и это называлось подавление «антисоветского восстания»?
– ...В общем, он был самым крутым советским военачальником.
– Почему же его тогда расстреляли?
– Есть версия, что именно поэтому (закончила Марья Ивановна, оттирая с лацканов взорвавшиеся юные мозги).
Поэтому проблема не в училках, их вины здесь нет. Виноваты те, кто, во-первых, этот памятник туда поставил, во-вторых (и в-главных), – те, кто его оттуда до сих пор не убрал.
Монумента маршалу и улиц в его честь не должно быть хотя бы из-за Тамбова. Этого УЖЕ вполне достаточно.
Но даже если допустить, что и это – вопрос дискуссионный (я так не считаю, но допустим), то уже сама спорность, неоднозначность делают существование памятника и топонима в честь таких фигур неприемлемыми.
Ведь у памятников и топонимов – такая же функция, как и у училок. Создавать культурный остов для существования гражданина и общества. Поэтому месседжи, которые они должны нести, обязаны быть максимально простыми и доходчивыми.
И я, как и любой диванный «интернет-белогвардеец», мечтал бы однажды пройтись по улице Деникина, свернуть на Колчаковскую и на Каппелевской улице постоять под каплями дождя. Я действительно считаю, что города с такими улицами были бы куда лучше, чем сейчас.
Но – нельзя. По той же логике – неприемлемости неоднозначности – называть улицы и города в честь любых участников гражданской войны не представляется целесообразным. Потому что этот раскол не завершен и не завершится в обозримом будущем. И пусть он пока проходит на диванах – как показывают украинские события, однажды наши глупые мечты к нашему ужасу могут стать былью, и ряженые казаки, дроздовцы, красные партизаны, петлюровцы и прочие ролевики могут начать стрелять друг в друга из настоящего оружия.
Поэтому если у руководителей России когда-нибудь появится политическая воля для создания структуры, подобной украинскому «институту национальной памяти», который занимается декоммунизацией и дерусификацией (у кого они сперли идею? у поляков?), то пусть она будет называться «Институтом национального будущего».
Пусть она уберет с карты имена Тухачевского, Ворошилова, Урицкого, Кирова, Калинина.
Ленина.
Но взамен не будет искать российского аналога Бандеры, а добавит к улицам Пушкина, Гагарина новые имена поэтов, пилотов, строителей, изобретателей, врачей, учителей, ученых, музыкантов. Пусть в городах будет увековечено больше имен регионального и местного значения. Недостатка в кандидатах не будет.
В идеале эта структура введет мораторий на имена политиков, особенно тех, что так или иначе участвовали в гражданских столкновениях.
В конце концов, пусть будет больше улиц Виноградных и Тенистых. Это всяко лучше Тухачевского. Это, пожалуй, лучше, чем имя любого из людей – потому что никто из людей не идеален, а виноград, бывает, что и да.
Память не сможет объединить нас, а у будущего есть шанс.