История вокруг сексуальных домогательств Леонида Слуцкого к журналисткам парламентского пула дурно пахнет – причем вовсе не потому, что глава международного комитета Госдумы, как выясняется, любит приставать к девушкам.

Нет, вся эта история выглядит очень некрасиво в первую очередь потому, что она плохо характеризует самих его обличителей.

Я не удивлен тому, что Слуцкий распускал язык и даже руки, – я удивлен тому, что этому удивляются девушки и уж тем более взрослые обитатели политико-журналистского мира столицы.

Мужчины, как и женщины, бывают разные: одни скромны, другие – как Рыбка и Собчак. Но нормальному человеку достаточно нескольких минут, чтобы понять, с кем он имеет дело. И если он видит перед собой похотливого самца или самку, у него есть выбор. 

Первый вариант – ответить на «ухаживания» и включиться в ту систему координат, которую ему предлагают. Это можно сделать просто потому, что вы сами придерживаетесь таких же «свободных взглядов» на отношения мужчины и женщины, или потому, что вам что-то нужно от вашего собеседника: информация, деньги, связи. 

Вариант второй – вы можете проигнорировать приставания, словесные или физические, или же прямо дать понять, что они вам неприятны. Переменив тему, не заметив намеков, нахамив в ответ, ударив по рукам – способов множество.

Если же вы этого не сделали – ну просто растерялись, например, – то вы можете высказать ему (ей) свое возмущение при следующей встрече или специально позвонив. Ну или, если вы совсем не в себе от обиды и возмущения, подать на него в суд, написав об этом у себя в «Фейсбуке» или в газете. То есть устроив публичный скандал.

И все – вариантов поведения в ответ на сладострастные намеки или прямые приставания только два: принять или отвергнуть. Если мы, как в нашем случае, говорим об общении журналисток с политиком на его рабочем месте или же даже в неофициальной обстановке. Все остальное – от лукавого. 

То же самое касается и последствий.

Если вы поддались на похотливые призывы или же сами спровоцировали их (не будем забывать и о таких вариантах) – ваш личный выбор. Если же вы дали однозначный отпор – вряд ли человек полезет к вам еще раз.

Поэтому все разговоры спустя годы о том, что «он ко мне домогался», не вызывают никакого доверия – люди совершенно справедливо не верят в искренность ваших разоблачений и неподдельность вашего возмущения. 

Точно так и происходит в истории со Слуцким. Он, скорее всего, именно таков, как и говорят о нем его «жертвы», вот только и в их невинность, увы, совсем не верится.

И если его легко можно снять с должности главы международного комитета Госдумы (добытой для него Жириновским наглостью и нахрапом – лидер ЛДПР буквально выклянчил ее у Путина) – никакой потери для нашей внешней политики и парламента в этом не будет, то как заставить журналисток быть честными? Увы, никак.

Еще раз, речь не о конкретных журналистках, обвиняющих Слуцкого, а о тысячах представителей как прекрасного пола, так и обычного, либерального, возмущающихся «такой наглостью». 

Именно их возмущение выглядит максимально неискренне – и шансов побороть эту неискренность нет.

Наверное, потому что эти люди привыкли к двойным стандартам: публично возмущаться «сексуальной агрессией» у других, но позволять ее самим себе.

А то, к чему приводят попытки игнорировать или даже стереть различия между мужчиной и женщиной, мы прекрасно видим на примере западного мира: с женственными мужчинами, мужеподобными женщинами и в конечном счете бесполыми существами.

Нам это нужно? Конечно, нет.

Так что с 8 марта, милые и честные!