Одним из позитивных итогов уходящего года в связи с продолжающимся конфликтом на Украине стал прогресс в деле обмена пленными и иными насильственно удерживаемыми лицами. К сожалению, обменять удалось далеко не всех, и многие остаются пока что отбывать полученные сроки, причем нередко в условиях самого строгого режима.

В этой связи хотелось бы подвести некоторые итоги происходящего вокруг войны на Донбассе, причем опираясь не на данные той или иной заинтересованной стороны, но на очередной ежеквартальный отчет специальной комиссии ООН.

Несмотря на многочисленную критику этой организации, этот отчет, по моему мнению (мнению человека, который непосредственно живет в ДНР), отличается высоким уровнем объективности и достоверности.

Причем в нем приводятся не только голые цифры, но и небольшие психологические зарисовки настроений тех, кому не повезло вот уже несколько лет жить в прифронтовых районах, а также подробные описания тех методов, которые применяют силовые органы Украины к собственным гражданам.

Но начнем с цифр. Хотя Минские соглашения нередко критикуют, но при всех их недостатках эти соглашения продолжают сдерживать размах насилия. Приведенные данные ООН свидетельствуют, что если в месяцы наиболее ожесточенных боевых действий число погибших среди гражданского населения достигало более 700 человек в месяц, то начиная с марта 2015 года среднее число погибших колеблется на уровне десять человек в месяц по обе стороны фронта.

Учитывая волнообразность усиления обстрелов, иногда это число возрастает, иногда, наоборот, снижается до двух-пяти человек. С этими данными можно ознакомиться на представленном графике, из которого следует, что на данный момент число погибших среди мирного населения достигает 2800 человек, из которых более 2000 погибли в период до заключения Минских соглашений. Кроме того, как признают наблюдатели ООН, к этому числу, возможно, стоит добавить от 1 тыс. до 1,5 тыс. человек, пропавших без вести преимущественно летом 2014 года.

Таким образом, очевидно, что Минские соглашения хотя и привели только к заморозке конфликта, все же позволяют сохранить многие сотни, а возможно, и тысячи жизней мирных жителей Донбасса.

Если говорить о прошедшем годе и об интенсивности боевых действий, то тут отмечается некоторая его активизация в первой половине года и значительный спад начиная с мая 2017 года. В частности, в отчете ООН сказано следующее:

«В период с мая по сентябрь 2017 года наблюдалось постоянное снижение интенсивности боевых действий, в октябре оно стабилизировалось, а в начале ноября произошла резкая активизация, что еще раз свидетельствует о непредсказуемой динамике вооруженного конфликта на востоке Украины».

#{bigimage=1254046}Подобная динамика хорошо просматривается на числе пострадавших. Так, если с января по начало июня, то есть за первые пять месяцев года, погибли 59 человек, а 268 были ранены, то за последующие пять с половиной месяцев (вплоть до выхода отчета в середине ноября) по обе стороны фронта погибли 39 человек мирных граждан, еще 180 получили ранения.

Эти же данные показывают и разницу в подходах обеих сторон конфликта.

В отчете содержится и локализация пострадавших относительно линии фронта. Если за три месяца, с середины августа по середину ноября, от обстрелов артиллерии и легкого оружия на территории республик погибли четыре человека, то на территории, контролируемой правительством, только один человек. Соотношение раненых – 24 на территории республик и 6 на территории правительства Украины.

Вообще, как сказано в самом документе, соотношение жертв мирного населения по обе стороны фронта иногда достигает 1 к 10, то есть число жертв от действий украинских силовиков в разы превышает аналогичные потери от огня республиканских вооруженных сил.

Однако основные жертвы, как среди военных, так и среди гражданского населения, уже давно происходят не от огня артиллерии и стрелкового оружия.

Во-первых, население прифронтовых районов в большинстве своем уже покинуло места своего проживания. К примеру, в поселке Спартак, который находится рядом с аэропортом Донецка и по окраинам которого проходят позиции республиканских сил, из 2 тыс. довоенного населения на данный момент остается лишь около 70 человек.

Во-вторых, обстрелы происходят в большинстве случаев не спорадически, но почти исключительно в темное время суток. Привыкнув к такому графику, люди заблаговременно прячутся в укрытиях. В отчете ООН приводится даже мрачная сторона подобной привычки в виде цитаты одного из местных жителей: «Если обстрел не начинается в 22.00, то я уже не могу спокойно заснуть».

Что же касается основных потерь, как убитыми, так и ранеными, то они приходятся прежде всего на подрывы на минах, щедро и довольно беспорядочно размещенных вдоль линии фронта, либо при попытке разобрать для добычи цветного металла неразорвавшиеся боеприпасы.

Всего от этих причин за последние три месяца, согласно отчету ООН, погибли 10 и были ранены 52 человека, что составляет 60% от всех пострадавших. Причем эта цифра остается стабильной вне зависимости от степени интенсивности обстрелов основными видами вооружений. И естественно, здесь потери пропорционально распределены на обе стороны фронта.

Таким образом, как видно из данных, приводимых ООН, которые в свою очередь формируются из отчетов сторон, текущее число жертв среди мирного населения, если можно так выразиться, сравнительно невелико.

Всего с начала года по обе стороны погибли около 100 человек и до 500 получили ранения. К примеру, за тот же период на территории Украины около 9 тыс. человек покончили жизнь самоубийством, а около 10 тыс. стали жертвами преднамеренных убийств.

Однако жертвы есть, и, что самое главное, война продолжает оказывать как экономическое, так и психологическое давление на население региона. ООН оценивает эту ситуацию следующим образом:

«Как рассказали нашим специалистам представители групп населения, пострадавшего от конфликта, идет четвертый год конфликта, а совокупные последствия причиненного им вреда и перенесенных ими трудностей становятся просто невыносимыми.

Эта ситуация обострялась ухудшением социально-экономического положения, политикой, лишившей граждан их пенсий, и отсутствием возможности реституции имущества, поврежденного или уничтоженного в результате конфликта, или получения компенсации за него. Эти условия углубляют раскол, ставят под угрозу социальную сплоченность, усложняют перспективы будущего примирения и затрудняют усилия, направленные на его достижение».

Нельзя не признать полную справедливость этих данных.

Однако отчет ООН содержит, естественно, не только данные непосредственно о потерях в районе линии фронта. Широко представлена здесь и преступная деятельность СБУ в городах и районах, приближенных к конфликту.

Областные отделения этой службы в Краматорске, Северодонецке и Харькове развернули настоящий террор против тех, кого они считают неблагонадежными, или тех, кто представляет собою опасность для реализации преступных схем контрабанды, рейдерства и т. д.

В отчете полностью раскрывается механизм, согласно которому представители добровольческих батальонов похищают и пытают жертв с целью получения признаний и самооговоров, после чего их доставляют в СБУ, где окончательно оформляют дело.

Стоит процитировать такой типичный пример из отчета ООН:

Его отвезли в подвал, находившийся, по его мнению, на окраине Покровска (ранее – Красноармейск), где его держали без связи с внешним миром в неудобном сидячем положении, прикованным к металлическому сейфу. Во время допросов его пытали, поливая водой лицо, применяя электрический ток и избивая по спине и почкам.

Его заставили подписать документы и сняли его признание на видеокамеру. 21 апреля 2015 года его доставили в управление СБУ в Краматорске, где дали на подпись еще несколько документов.

В ноябре 2015 года он был признан виновным в терроризме».

Здесь проиллюстрирована стандартная схема работы СБУ и их подручных из числа «патриотов».

Показательно, что совершенно аналогичная схема применяется и в отношении самих националистов, которые перешли дорогу сотрудникам СБУ в деле установления контроля над торговыми потоками через линию фронта.

Собственно, в этом небольшом отрывке приводится типичная ситуация, через которую пришлось пройти многим из тех, кого сегодня удалось освободить из украинских тюрем. В отчете ООН приводится множество совершенно аналогичных случаев. Всего же, по моим данным, через подобные пытки и издевательства прошли уже несколько тысяч человек.

В заключение стоит сказать, что, несмотря на то что конфликт имеет низкую интенсивность, он все же продолжает ломать и калечить судьбы сотен и тысяч наших сограждан. Причем на этом фоне

в силовых ведомствах Украины укрепляются методы, характерные скорее для колониальных государств, нежели для стран Европы.

Причем чем дальше, тем чаще эти методы обращаются уже не против лиц, заподозренных в сепаратизме или антигосударственных действиях, но против самых что ни есть ярых украинских патриотов, которые просто посмели какое-то слишком активное и заметное противодействие установившемуся режиму.

Те методы, которые они так приветствовали несколько лет назад, начинают пожирать их же. Отныне любое сопротивление, не прикрытое американским посольством, обречено столкнуться с похищениями, пытками и так называемым упрощенным правосудием.

Причем неважно при этом, ненавидишь ли ты Россию или горячо приветствуешь, схема работы будет одинакова. И в этом даже есть некая мрачная справедливость.