С начала лета начали поступать сообщения, что российские чиновники стали неадекватно относиться к ополченцам ДНР и ЛНР, находящимся в России по нероссийским паспортам: то арестуют за нарушения с регистрацией, то депортируют их из страны, а некоторых и вовсе требуют передать киевскому режиму.

Сражавшиеся в Донбассе защищали не только его, но и российские интересы, весь русский мир

В последние дни в СМИ и интернете появился ряд эмоциональных статей об этих фактах со спекуляцией на тему «Кремль сливает Донбасс».

На проблеме не замедлили поиграть и оппозиционеры всех мастей, и украинские свидомые. Их цель ясна – лишить сторонников ДНР и ЛНР всякой веры в Россию и убедить россиян в «сдаче» Донбасса.

Нельзя давать им такого удобного повода. Нельзя относиться к защитникам Русской весны как к бесправным наемникам и преступникам. Это недопустимо и несправедливо.

То, что это не выдуманные вбросы, а реальные судьбы, подтверждает один из первых руководителей донбасского ополчения Александр Бородай:

«На самом деле проблема есть, и случаи подобной депортации не единичны. Просто о них не говорят. Я могу назвать как минимум десяток похожих инцидентов. Мы делаем все, чтобы остановить этот процесс и оставить наших товарищей в России уже на законных основаниях».

По данным Союза добровольцев Донбасса (СДД), под судом находятся 17 ополченцев самопровозглашенных республик – им грозит депортация и тюремный срок на Украине.

Однако не надо делать скоропалительные выводы о предательстве и «сливе».

Проблемы ополченцев Донбасса и политических беженцев с Украины, номинально остающихся украинскими гражданами, имеют массу нюансов, в которых следует детально разобраться.

Истории бывают очень разные, и не всегда их можно сразу и правильно оценить со стороны.

Скажем, странный случай произошел с Андреем Бородавкой, харьковским активистом Русской весны. Из противоречивых данных можно, тем не менее, понять, что по решению суда за отсутствие в период длительного пребывания в России регистрации его выслали из России в Азербайджан, откуда он попал в Киев.

СБУ называет это своей блестящей операцией по дискредитации Бородавки в глазах российских спецслужб. Но верить филиалу ЦРУ себе дороже. А вскоре поспевшее видео, где Бородавка «признается» в связях с «кремлевскими кураторами» во время организации народных протестов, больше похоже на предательство, чем на вырванные слова после пыток в застенках.

К тому же есть сведения других активистов Русской весны, которые убеждены, что Бородавка был «засланным казачком».

#{smallinfographicright=736797}Не берусь судить об этом  и влезать в личные разборки, но надо понимать, что возможны и такие случаи, когда истинные причины решения лежат не на поверхности.

Да, депортация Бородавки подарила Киеву новую карту в пропагандистской партии против Москвы (впрочем, не такую уж и сильную).

Однако не исключено, что за неимением доказательств в шпионаже это был единственно возможный выход избавиться от него.

Кроме того, существует и такой неприятный момент, как присутствие среди ополченцев нечистых на руку людей.

К сожалению, на войнах это обыкновенное явление, и сами ополченцы не раз признавали, что среди них попадались и такие, кто «отжимал» и «национализировал» собственность местных жителей под предлогом военных нужд.

Речь не идет конкретно об Александре Костине, которого задержали в Домодедово и собирались депортировать, но отпустили – речь о том, что в принципе такое допустимо.

Однако даже если ополченец действительно виновен в незаконном присвоении на территории ДНР/ЛНР с корыстной целью (а не для перевозки раненых), следует понимать, что его нельзя отдавать Киеву ни за что, так как судить (или даже убивать) его будут не за это, а за участие в боевых действиях, за «сепаратизм» и сопротивление киевскому режиму.

Каждое такое дело по сути будет политическим. Никто не призывает прикрывать преступников, но не надо отдавать их на произвол русофобского и садистского режима, который установился в Киеве.

Большинство ополченцев с украинскими паспортами в России попадаются на банальном отсутствии регистрации и прочих бумажек.

И это самое обидное, так как в данном случае ревностное следование букве закона противоречит элементарной справедливости. Из разряда тех случаев, когда за коробку спичек дают реальный срок, а за уклонение от многомиллионных налогов – условное наказание.

Так, за отсутствие регистрации «попался» ополченец бригады «Призрак» родом из Закарпатья Владимир Веклич (позывной «Серб»). Таким же образом подставляются под депортацию многие другие герои донбасской войны, по привычке полагая, что бумажки не имеют большого значения.

Прибытие в Россию воспринимается ими как спасение в родном доме, в котором не надо ничего регистрировать и стоять в очередях за бумажками.

В принципе, так оно есть и должно быть на самом деле: сражавшиеся в Донбассе защищали не только его, но и российские интересы, весь русский мир.

Не зря в сентябре 2014 года Владимир Путин поставил свечи за них – тех, кто защищал людей Новороссии. Переоценить значение этого невозможно. Каждый из нас, в России, по сути, должник тех ребят, не побоявшихся с оружием в руках встретить карателей.

Но они ничего, впрочем, и не просят, кроме права остаться в России. Ополчение республик Донбасса становится полноценной армией, время добровольцев прошло – и это понятно. Но куда им возвращаться, если не в Россию?

Однако было бы глупо отрицать и юридические моменты, которые, в свою очередь, вытекают из политической реальности.

А она такова: Россия вот уже два года как признала нынешний киевский режим и, соответственно, преемственность украинской власти, Украину как государство и международный субъект (оговариваясь, правда, о его несамостоятельности).

Одновременно Москва так и не признала независимость ДНР/ЛНР, то есть они не являются субъектами, что влечет за собой все правовые последствия типа отсутствия гражданства, непризнание международными организациями и пр.

Тем не менее понятно, что все это находится в рамках логики Минского процесса политического урегулирования, который, как его ни ругай, реально остановил полномасштабную войну и заморозил конфликт.

Признание Киева (при геополитическом конфликте с ним) и непризнание республик Донбасса (при явной их поддержке) порождает юридические коллизии, которые вылезают боком русским ополченцам с украинскими паспортами.

Скажем, их не могут судить по российским законам – номинально они по-прежнему граждане Украины, совершившие или не совершившие преступления на территории по-прежнему Украины. Равно как их не могут официально через Интерпол депортировать в Донецк и Луганск, но должны в столицу Украины – Киев. И так далее и тому подобное.

По Минским соглашениям, участникам боевых действий Киев должен даровать амнистию (что он страшно не хочет делать). Но пока ее нет, ополченцев ни в коем случае нельзя отдавать Киеву ни под какими предлогами и ни по каким законам.

Это будет выглядеть как предательство по отношению к жителям Донбасса. Российские чиновники и суды помимо своей прямой обязанности должны понимать и политическую ответственность, которая ложится на них при таких решениях.

Депортируя людей, воевавших против в том числе мерзавца Луценко, в руки украинской прокуратуры, которой он руководит, их обрекают на верную гибель. Этого категорически нельзя делать!

Какой выход? Трудно сказать, существует ли какое-то единое юридическое решение – скажем, выпустить постановление о правовой защите воевавших за Новороссию украинцев до принятия Киевом амнистии. Или признать их политическими беженцами со всеми вытекающими правами.

Гораздо реальнее политическое решение: чтобы на самом высоком уровне была поставлена задача защиты интересов ополченцев Новороссии, тех, кто первыми по зову сердца и души пришел на помощь Донбассу. Независимо от их паспорта и фамилии.

Да, среди них немало неудобных и колючих ребят, которые могут сказать что-то нелицеприятное в лицо. Они люди войны, как раньше «афганцы» и «чеченцы». Но подозревать их в какой-то политической ненадежности, которой, говорят, пугают некоторые чиновники, глупо.

Наоборот, необходимо создать единую организацию, которой будут даны самые высокие полномочия, по решению элементарных проблем ополченцев. Чтобы они просто-напросто смогли остаться в России.

В доме, который навсегда станет их крепостью. А уж они, случись что, его тоже защитят.