Сведения о задержании того или иного политика, журналиста или общественного деятеля (да и просто преступника) я всегда воспринимал с чисто профессиональной точки зрения.

Дело не в том, что Пискорский критиковал Анджея Дуду или Беату Шидло

Арест – значит, придется писать новостную заметку, возможно, колонку, статью, брать комментарии экспертов, в общем, информационная повестка заполнена как минимум на несколько дней. Если дело особенно громкое – придется подсвечивать ход расследования и суда. В общем, достаточно стандартная процедура.

Но после собственного ареста и почти годичного пребывания за решеткой подобные сообщения поневоле пропускаешь через себя.

Такие новости – уже не просто сводка информации, а что-то вроде целой цепочки моментов, которые когда-то пережил на собственной шкуре и которые теперь предстоит пережить кому-то другому.

Вот человека арестовали, у него будет обыск, далее его повезут на допрос в здание следственных органов. Затем следственный изолятор. Потом, если не повезет выскочить под домашний арест или залог, долгая процедура судебных разбирательств. Бесконечные, мучительные дни под замком, когда стирается грань между страшным сном и реальностью, между правдой и ложью.

Когда в апреле 2015-го я был задержан в Одессе по обвинению в сепаратизме, известный польский политолог, лидер политической партии «Смена» («Змяна» по-польски) Матеуш Пискорский уже через несколько дней осудил мой арест и назвал происходящее на Украине грубейшим нарушением свободы слова и прав человека.

Сейчас я на воле, а 18 мая по обвинению в шпионаже польские спецслужбы задержали Матуеша. Разумеется, речь идет о шпионаже в пользу России. 20-го числа окружной суд Варшавы удовлетворил ходатайство следствия и отправил политика на три месяца под стражу (эту информацию подтвердил мне один из ближайших соратников политика).

Обвиняемому грозит до 10 лет лишения свободы. И сегодня я не могу не выполнить свой долг журналиста и гражданина и не призвать немедленно освободить этого человека.

Арест Матеуша – это дикость, произвол и втаптывание в грязь всей польской и европейской демократии. Я не видел материалов уголовного дела, обвинительного акта, но, полагаю, ничего не потерял: в этом смысле что украинские, что польские спецслужбы, мне кажется, тождественны и могут посоревноваться между собой в степени сходства обвинения с сюжетом дешевого детективного романа.

Напомню, что Пискорский в Польше хоть и является личностью достаточно известной, некогда видным депутатом партии «Самооборона», но политиком первого ряда его вряд ли назовешь.

Его нынешняя партия «Смена» немногочисленна, не имеет представительства в парламенте, даже официальной регистрации. По сути, ничем, кроме громких, но не таких уж и многочисленных митингов, она пока не отличилась.

Ситуация, конечно, могла бы измениться с получением официальной легализации этим летом, но не думаю, что кардинально и настолько молниеносно.

Тем не менее арест Пискорского – это сигнал. Сигнал о том, что не только польские, но и европейские «правоохранители» в целом больше не будут церемониться.

Нет, не с теми, кто играет в традиционную парадигму власть – оппозиция/правые – левые. Можно сколько угодно поднимать тему авторитарной политики правящей партии «Право и справедливость», которая критикуется даже на высшем уровне в Евросоюзе.

Дело не в том, что Пискорский критиковал Анджея Дуду или Беату Шидло. Дело в том, с каких позиций он критиковал.

А Пискорский, как и другие политики-евроскептики, фактически ставит под сомнение основные постулаты нынешней «единой» Европы: поклонение либеральной идеологии, нигилизм в отношении традиционных ценностей, уважение к коммунистическому прошлому.  

В политическом поле это тоже выражается достаточно недвусмысленно: евроскептицизм, стремление выйти из-под колпака Соединенных Штатов, независимая внешняя политика, умеренная, а иногда и открытая ориентация на Россию, критика происходящего на Украине.

И правоохранительные органы западных стран, совершенно не церемонясь, открывают уголовные дела в отношении таких людей, угрожают грядущими неприятностями, арестовывают их.

Матеуш не един в своей беде: например, француженку Марин Ле Пен из «Национального фронта» обвиняют в нарушении прозрачности финансирования партии. Болгарина Волена Сидерова из «Атаки» судят сначала за клевету, а потом за хулиганство.

С польским «другом России» поступают еще жестче: шьют ни много ни мало – шпионаж.

При этом в европейских столицах и США ситуацию с Пискорским замалчивают, делают вид, будто ничего не произошло. Полагаю, если бы кого-то из польской общественно-политической верхушки задержали по подозрению в шпионаже в пользу Вашингтона – даже если бы речь шла о более скромной, чем Пискорский, фигуре – реакция последовала бы незамедлительно. А так – никто не выразил даже «обеспокоенности».

Запад откровенно готов закрывать глаза на нарушение собственных правил и стандартов уже не только где-то там, в странах третьего мира, где орудуют его сателлиты, но и в собственном доме, если эти правила и стандарты идут вразрез с генеральной геополитической линией.

России же стоит готовиться к тому, что придется защищать собственных политических союзников – дипломатически, юридически и информационно. По сути это уже полноценная холодная война 2.0. А на войне как на войне.