18 февраля в прокат вышел отечественный фильм «Чемпионы: быстрее, выше, сильнее» и всего за десять дней собрал почти 150 миллионов рублей при бюджете в 90 миллионов. В России любят смотреть на своих чемпионов. Это приятно.

Проблема в целеполагании. Зачем нам спорт?

Но из трех новелл в двух были показаны «несправедливости», и это слово я напишу в кавычках, потому что они были заявлены таковыми, но остались непроясненными. Светлана Хоркина упала, делая опорный прыжок, – конь, как говорили, был установлен на пять сантиметров ниже нормы.

Александр Карелин в поединке с американским борцом Рулоном Гарднером потерял один балл при сомнительной судейской мотивировке – в итоге со счетом 1:0 победил американец. Карелин завершил спортивную карьеру.

В обоих случаях наша команда намеревалась «разобраться». Не разобралась. Это вошло в фильм – в наш, в отечественный фильм. Там так и показали. Это уже в анналах. Столкнувшись с несправедливостью, мы обещаем принять меры, так не оставить. Но не принимаем меры, оставляем так. И, кажется, уже не понимаем, насколько нелепо это выглядит, раз включаем беспомощные заявления в свое же героическое кино.

А ведь это только кино, пусть и «основанное на реальных событиях». А жизнь постоянно испытывает нас на прочность. «Смотрит время в упор – проверяет», как писал Роберт Рождественский. Что же видит наше время?

Прямо сейчас на наших глазах гремит очередной допинговый скандал. Препарат, который свободно употребляли более тридцати лет, который в аптеках продается без рецепта и который, как хором уверяют отечественные врачи и его латвийский создатель, не может улучшить спортивные результаты, объявлен допингом. А мы несогласные. А нашим «западным партнерам» все равно. И нам тоже будет все равно уже очень скоро – не впервой.

Потому что оспаривать надо было раньше – еще в прошлом августе, когда стало известно, что мельдоний внесут в список запрещенных препаратов. Может быть, и того раньше, если в узком кругу специалистов это обсуждалось предварительно.

Но тогда мы не оспаривали – Минспорта подчинилось и согласилось, хотя все слова про неосновательность решения следовало публично высказать прямо тогда, и даже если б нам не удалось настоять на своем, буча привлекла бы внимание всех спортсменов до того, как их поймали на допинге.

Даже если б их все-таки потом поймали – у нас было бы гораздо больше оснований сохранять надменный и суровый вид, говоря Всемирному антидопинговому агентству (WADA): ваше решение нас не убеждает, мы с ним никогда и не были согласны, и все это знали.

В англоязычных газетах Шарапову ругают не за допинг. Ее ругают за то, что она притворилась – или в самом деле посмела быть – несведущей, наивной девочкой. Она, давно живущая на Западе, посмела не знать драгоценные западные правила. Недопустимо не оспаривать – недопустимо принять правила игры, а потом нарушать их по умыслу или по невежеству.

А теперь чего уж говорить про неоправданное решение WADA, «режим нулевой толерантности» к нашим спортсменам, целенаправленное давление на спортсменов из Восточной Европы... Это все уже было в 2002-м, когда гремел скандал с нашей лыжной сборной. Это – невыученный урок. И чего уж теперь говорить. Сами согласились. Защищать себя надо вовремя.

Но ведь и это – да простят меня болельщики – всего лишь спорт. Спорт – сублимация войны. Сравнительно безобидная, суррогат. Как бы ни были горьки слезы Марии Шараповой, они не стоят того ужаса, который выносят жители районов Донбасса, находящихся под обстрелами войск ВСУ.

Эти люди страдают, потому что хотели быть с Россией. Если ваше национальное чувство молчит, оцените это хотя бы как болельщики: наших бьют, и уже давно.

Вы еще помните, как в ночь на 22 июня 2015 года (специально выбранная трагическая дата) было подорвано два отделения Сбербанка в Киеве, и как совсем недавно, в феврале, воинственные украинцы закидывали камнями Сбербанк и «Альфа-банк»? Эти банки есть в Киеве. Их нет в Крыму. Они считают, что появиться в Крыму – опасно.

Я помню, как Захар Прилепин в соцсети обратил внимание на это вопиющее расхождение, и я писала ему тогда, что самое ужасное – другое. Самое ужасное – это что и после диких украинских выходок в Крыму Сбербанка не будет. А в Киеве – будет.

С тех пор уже было нападение на российское посольство в Киеве, с тех пор войска ВСУ заняли нейтральную разграничительную территорию – чего по Минским соглашениям были делать не должны – и начали оттуда обстрелы.

Вчера во Львове депутат Верховной рады Владимир Парасюк сорвал триколор с российского генконсульства, затем флаг был сожжен. Москва в ответ говорит что-то о «случаях повторения подобных инцидентов». Москва «не поддается на провокации». Вы уверены, что отморозка можно остановить увещеваниями? Вы уверены, что это адекватная мера?

Вопрос в том – для чего адекватная. Проблема в целеполагании. Зачем нам спорт? Если главное, чтобы от нас не забрали чемпионат по футболу, то, конечно, придется строжайше следовать всем международным правилам. Если спорт нужен во имя физического здоровья и культуры нации, пусть даже нас не примут на всемирную выставку мускулатуры, то международные правила – дело двадцать пятое.

В только что вышедшей книге президента Института национальной стратегии Михаила Ремизова «Русские и государство» говорится: «Мало вещей так повредили репутации России на постсоветском пространстве, как то очевидное всем пренебрежение, с которым наши чиновники и дипломаты отнеслись к интересам миллионов русских, в одночасье оказавшихся за рубежом после распада СССР.

Если Москва допустила это пренебрежение, чтобы не навредить интеграции, то она достигла обратного эффекта. Не может никого интегрировать тот, кто потерял уважение.

То же самое касается репутации Центра внутри страны. В глазах этнических окраин он был и остается русским, а если начинает открещиваться от «своих» и поспешно «сдавать» их, то никто не увидит здесь наднациональной справедливости – а лишь нечистую совесть и малодушие».

Все можно оправдать самыми высокими соображениями. «Не допустить Третьей мировой войны» – прекрасно! «Не дать распасться стране» – очень хорошо! Звучит как заклинание. Но соответствуют ли дела громким словам?

Если вам в самой тесной близости от границ противостоит государство-отморозок, а вы создаете у него впечатление вашей слабости – вы этим отдаляете или приближаете войну? Положим даже, что на деле вы необычайно сильны, но отморозок, не зная этого, успеет положить множество невинных жертв.

Все надо делать вовремя. Это звучит буднично. Совсем не интересно. Можно снова посмотреть цирк с конями вокруг Надежды Савченко и пригрозить, что она ответит за всех украинских радикалов. Можно в тысячный раз рассказать про то, как нас всюду окружают враги, – вот даже в спорте специально колдуют с запрещениями, чтобы подловить именно наших.

Но без конкретных действий кино получается неубедительным. Даже кино – что уж говорить о реальности.