Вчера министр Денис Мантуров отчитался об успехах нашей промышленности. Ведь эта сфера – не ларек с шоколадками: чтобы санкции и низкий курс рубля в полную силу начали работать, нужно дождаться как минимум осени. Видео его выступления рекомендую к просмотру.
Главное, что делает сейчас правительство, – это организует предприятиям доступ к рублям
В целом время для оптимизма еще не пришло, кризис продолжается, и я даже не могу сказать, что мы уже прошли самый тяжелый период. Тем не менее кое-какие новости уже радуют.
Машиностроение
Оборонным предприятиям выдали достаточно авансов и гарантий, чтобы отбиться от претензий банкиров даже в нынешних непростых условиях. Проблемы возникли только у «Уралвагонзавода», там ситуацию будут расшивать в ручном режиме.
По боевым самолетам Россия в прошлом году поставила рекорд – мы выпустили 103 машины и вышли по этому показателю на первое место в мире. Приятно снова быть первыми – особенно в такой важной отрасли.
По выпуску гражданских самолетов тоже наблюдается очень хороший рост, однако у авиаперевозчиков сейчас банально нет денег, чтобы выпущенные самолеты выкупать. Для исправления ситуации президент Путин решил повысить капитализацию Объединенной авиастроительной корпорации.
Это поможет авиастроителям продержаться до того момента, как самолеты снова начнут продаваться. А продаваться они начнут, так как сейчас потихоньку вводятся инструменты для замены долларовых кредитов на рублевый лизинг.
У сельхозпроизводителей все тоже хорошо. Отечественные заводы увеличили выпуск тракторов более чем в полтора раза. Зерноуборочных комбайнов также сделали больше. Для сравнения – у Caterpillar, крупнейшего машиностроителя США, продажи падают вот уже 29 месяцев подряд.
Правда, сильно злорадствовать тут я бы не стал: у Caterpillar есть завод в Тосно (под Петербургом), и этот завод, как я понимаю, тоже не увеличил выпуск. Но все же правительство очень правильно делает, когда помогает нашим фермерам закупать именно отечественные комбайны/трактора.
Кроме фермеров, помогает правительство деньгами еще и автопрому – который страдает из-за дикого падения рынка, вызванного последствиями декабрьского ажиотажного спроса.
Особой катастрофы, впрочем, в автопроме не наблюдается. Курс рубля заставляет сборочные производства увеличивать уровень локализации и открывать заводы по производству запчастей. В долгосрочной перспективе это очень хорошо.
В этом году снова будут выделены деньги на поддержку нашего автопрома: по программе «утилизации» старых автомобилей и по программе закупок нашемарок для госорганов.
Также с апреля начала работать программа льготного автокредитования и автолизинга. Предполагается, что эти программы позволят продать дополнительно 300 тысяч автомобилей и тем самым помочь автозаводам пройти самый тяжелый период кризиса.
Экспортеры
Экспортеры – металлурги и химическая промышленность – чувствуют себя довольно бодро и без поддержки государства. Расходы у них рублевые, выручка валютная, курс рубля просел в полтора раза. В такой ситуации, собственно, сложно получить убытки.
Правда, мировые цены на металлы тоже снижаются… Но пока что изменение курса рубля это снижение успешно компенсирует.
Металлургов правительство убедительно попросило сохранить низкие цены на металл на внутреннем рынке – чтобы автозаводы могли покупать металл по нормальной цене. Если бы правительство разрешило металлургам задрать цены до экспортного уровня, машиностроению пришлось бы очень туго, и в конечном итоге пострадали бы от этого и сами металлурги.
Аналогичным образом вручную были удержаны и цены на удобрения – что позволило нашим сельхозпредприятиям успешно провести посевную.
Я не знаю, как разрулила бы все это «невидимая рука рынка», если бы государство приняло решение слиберальничать. Подозреваю, события развивались бы тогда по сценариям девяностых годов, когда наши промышленность и сельское хозяйство дохли наперегонки.
Обратите внимание – главное, что делает сейчас правительство, это организует предприятиям доступ к рублям. Американцы перекрыли нашему крупному бизнесу доступ к долларовым кредитам – и теперь они заплатят за это потерей российского финансового рынка. Кредиты теперь будут браться в рублях, со всеми вытекающими отсюда огромными плюсами для нашей страны.
Вероятно, Вашингтон предполагал, что наша экономика будет «разорвана в клочья», прежде чем дедолларизация зайдет достаточно далеко. Сейчас уже вполне очевидно, что дядюшка Сэм был несколько наивен.
Импортозамещение
В первую очередь импортозамещение коснулось военной техники. Уже утверждены план-графики по замене на российские аналоги комплектующих с Украины, из стран НАТО и ЕС.
Я не знаю, насколько наши аналоги будут дороже, однако импортозамещение позволит резко загрузить заказами целый ряд отраслей, и это в долгосрочной перспективе очень правильное направление движения.
Не далее как вчера мне рассказали интересную историю про западные станки. Оказывается, западные джентльмены ставят на станки гироскопы и датчики GPS, которые выводят станок из строя при попытке перевезти его даже из цеха в цех. Переместил станок? Вызывай сервисных инженеров от производителя, плати им деньги.
Ну, спрашивается, как можно работать с такими людьми? От западных станков надо избавляться всеми силами. В том числе и с привлечением хакеров – чтобы те снимали все эти мошеннические гироскопные защиты. Напомню, «Ростех» недавно серьезно взялся за восстановление отечественного станкостроения, и уже есть некоторая надежда увидеть серьезные изменения на рынке примерно к 2020 году.
По гражданской технике в России тоже подготовлены планы по импортозамещению. Там у нас наблюдается серьезная зависимость от импорта в нефтянке, эту проблему надо активно решать: особенно там, где дело касается работы на шельфе.
Впрочем, больше половины нужного оборудования удастся импортозаместить уже к 2017–2018 годам. Там, где проектам по импортозамещению будет нужно финансирование, государство поможет деньгами.
Так, например, в некоторых ситуациях государство субсидирует кредиты, компенсируя 70% ставки ЦБ. Благодаря этому производитель может получить кредит по ставке чуть ли не ниже уровня инфляции – однако все же это не подарок, а кредит, по которому надо платить проценты и который надо в итоге вернуть.
Еще одно очень важное направление – строительство заводов по производству лекарств для лечения ВИЧ, туберкулеза и онкологии. Закупать лекарства за рубежом слишком дорого: кроме того, повторюсь, наши западные друзья и партнеры как-то не выглядят в последнее время надежными поставщиками.
Запреты
Некоторым отраслям приходится помогать запретами. Так, например, в прошлом году был введен запрет на вывоз кожи, что позволило нашей легкой промышленности получить доступ к сырью по нормальным ценам. Если бы не этот запрет, шить сумки и кожаные куртки было бы не из чего.
Также правительство старается, где это возможно, запрещать госучреждениям закупать импортное оборудование, чтобы дать возможность развиться отечественному производителю. Мера, мягко говоря, непопулярная, однако в данной ситуации вынужденная.
Законы
Планируется провести через Думу закон, согласно которому с некоторыми поставщиками госорганы смогут заключать контракт сразу на семь лет. Зачем нужен этот закон, я не знаю, но подозреваю: для того, чтобы можно было специально под государство организовать нужное стране производство и дать ему достаточный период для выхода на окупаемость.
Разрабатывается закон о стандартизации. Архинужная вещь. Без увесистого кнута в руках государства производители договариваться друг с другом не склонны совершенно – они склонны, наоборот, выпускать несовместимые детали, чтобы максимально затруднить работу конкурентов.
Торговля
Мантуров защищает розницу – он говорит, что розница приняла на себя основной удар ценовых ножниц и за счет собственных доходов долго удерживала цены низкими. Это удивительно для меня – так как я своими глазами наблюдаю обратное. В то время как отпускные цены наших фермеров особо не изменились, цены на некоторые товары выросли в супермаркетах в несколько раз.
С другой стороны, увещевать ретейлеров особо нечем, так как они задушили рынки во многих регионах и стали по сути монополистами. Сейчас государство пытается вернуть рынки обратно в города – чтобы создать хоть какую-то конкуренцию сетевикам. Получится ли это? Не уверен. Для успешной борьбы с ретейлерами наше государство должно стать гораздо сильнее, чем сейчас.
Подведу итог.
С одной стороны, условия, в которых приходится работать нашей промышленности, очень далеки от тепличных. Проблем масса – начиная от вызванного кризисом снижения спроса и заканчивая сложностями с переходом на отечественные технологии.
С другой стороны, Мантуров продвигает очень правильную политику: политику адекватного протекционизма, импортозамещения и разумной защиты отечественного производителя – защиты в первую очередь от наших же банков, от наших же покупателей и от наших же поставщиков сырья.
Быстрых результатов я не жду: повторюсь, промышленность – это не уличный ларек, здесь быстрых результатов быть не может. Однако уже в течение нескольких лет мы вполне можем надеяться на кардинальное улучшение ситуации.
Источник: Блог Олега Макаренко