В эротическом танце подростков танц-клуба «Кредо» нет ничего необычного. Пропаганда разврата среди детей происходит давно и постоянно. Часто – под видом искусства и достойного занятия.
А взрослые не замечают и даже потворствуют
Что такое показы мод среди детей и подростков, где их красят и одевают, как взрослых моделей? Что такое конкурсы красоты, на которых маленьким девочкам «ставят походку»? А пенные вечеринки в клубах с участием школьников? Или просто обычные танцполы, где по вечерам полным-полно школоты, танцующей похлеще, чем «Пчелки»?
Развратное поведение давно и с успехом навязано подросткам. Они уже часто не стесняются этого, а взрослые не замечают и потворствуют. Одна мамочка с умилением рассказывала, как ее десятилетняя дочка подбирает белье под цвет юбки. Мама девочки постарше с удивлением, но не осуждением делилась с друзьями, что на танцах ее дочь учат «общаться с шестом».
Недвусмысленно читалось – мол, полезно, пригодится. И вот уже едва повзрослевшие дети, недавно ковырявшиеся в песочнице, одеваются вызывающе, красятся а-ля интердевочка и стреляют глазками на взрослых прохожих.
Некоторые из них откровенно подражают взрослым девушкам в том, что якобы нравится взрослым: надевают мини-юбочки в клетку и белые гетры. И с видом, как им кажется, невинных грешниц, а на самом деле – маленьких дур, ищут по улицам города приключения на свою голову.
Повзрослевшие дети, недавно ковырявшиеся в песочнице, одеваются в вызывающие одежды, красятся а-ля интердевочка, выпячивают причинные места и стреляют глазками (фото: Валерий Матыцин/ТАСС) |
Потом, когда происходит трагедия, разъяренные родители призывают линчевать маньяков и ненормальных, не видя своей вины. И не понимая, что первопричина – в массовом публичном разврате, который провоцирует ненормальное поведение и действует одинаково разрушительно как на взрослых, так и на детей.
Оглянитесь вокруг – мы сами приняли разврат как норму, а дети нам в этом только подражают. Скабрезные шутки по телевидению, многочисленные молодежные комедии вокруг темы секса, порнографические постановки в театрах, публичные отношения между взрослыми, где женщина ведет себя как продавщица своего тела, а мужчина – как слезший с ветки самец, все это и многое другое воспитывает и формирует личность посильнее учебников.
Сколько ни запрещай и ни вводи значков 18+, подросткам не объяснить, почему, когда трясут попами в сторону зала разного рода «тодесы» и поп-дивы, это считается искусством, пусть и массовым, а когда это же самое повторяют в школьном танц-клубе, это становится предметом расследования СКР. Именно в этом чистейшее ханжество, а в не в том, чтобы запрещать пропаганду разврата в обществе.
Между тем попробуй только заикнись, что разврат среди подростков – лишь отражение всеобщего разврата, тебя тут же назовут горе-защитником нравственности и ханжой-моралистом.
Или даже хуже – заподозрят в латентной педофилии: смотрите! его возбуждают дети! ату маньяка! Этот нехитрый прием призван заткнуть голоса нормальных здравомыслящих людей, чтобы продолжать пропаганду разврата и формировать все более развязные нормы поведения. Если так продолжится, то танец «Пчелок» вскоре покажется эталоном добропорядочности и нравственности.
В то же время не стоит уподобляться тем, кто стал в интернете глумиться по поводу ролика над «духовными скрепами русского мира»: мол, талдычите тут другим о нравственности, а у самих дети задницами со сцены крутят. Это примитивное понимание проблемы.
Публичный разврат навязывается со стороны, насаждается извне, он отнюдь не в нашей крови и нашей традиции. Ровно наоборот: русским как раз свойственно целомудрие и особо трепетное отношение к так называемой интимной жизни – глубоко личностным отношениям между женщиной и мужчиной. Русские девушки, по признанию иностранцев, зачастую привлекают их именно своей чистотой – духовной и физической.
Для них любовь – это до сих пор не «построение отношений самца с самкой», самое ценное в жизни. Именно те самые духовные скрепы, над которыми любят посмеяться циники и космополиты, помогают в условиях массового разврата сохранять относительно чистыми сердца и души молодых людей в России.
Внешне они принимают публичный разврат и подражают ему, но внутри остаются чистыми детьми – будто некий предохранитель не позволяет им опуститься в бездну.