Схватка Петра Порошенко с Игорем Коломойским была сколь предсказуемой, столь и неожиданной. Предсказуемость ее связана с катастрофической нехваткой ресурсов на Украине, что просто обязано было привести олигархов к активному дележу последних кусков.
В таких случаях выигрывает тот, у кого больше властных рычагов и кто ближе к мировому жандарму.
Петр Алексеевич за последние десять дней активно общался с вице-президентом США Джо Байденом (трижды по телефону) и совершил поездку в Германию, где, не исключено, заручался поддержкой своей кампании по переделу активов на Украине. Неожиданной эта кампания стала, прежде всего, для олигарха-губернатора Днепропетровской области, который априори не может похвастаться возможностями олигарха-президента.
То, что Коломойский сразу взялся за оружие и стал угрожать гетману, говорит не столько о его сумасбродном характере, сколько о том, что его застали врасплох. Он занервничал и задергался, не рассчитав свои силы. Все эти баррикады и заборы вокруг здания, равно как и запоздавшие попытки обличения Киева – от безысходности.
Порошенко же действует комплексно. Он провел в Раде поправки в закон о проведении собраний в госкомпаниях, которые обеспечили перехват государством контроля над такими предприятиями, как «Укрнафта», где Коломойский считал себя фактическим владельцем.
Тут же глава СБУ Наливайченко завел дела на помощников Коломойского в Днепропетровске Рубана и Олийника, министр энергетики Демчишин пригрозил вывести все деньги из банков группы «Приват», а руководитель МВД Аваков дал олигархам 24 часа на то, чтобы они избавились от своих незаконных вооружённых отрядов.
Игорь Коломойский, уникальный проходимец (фото: Константин Сазончик/ фото из архива/ТАСС) |
Понятно, что это не касается самого Порошенко, чьи миллиарды охраняет государственная армия Украины и подразделения нацгвардии. То, что Петр Алексеевич не посмел бы пойти на такое массированное наступление на одного из самых опасных своих врагов без поддержки Запада, а конкретно США, не вызывает никаких сомнений.
Заявление американского посла на Украине Пайетта после разговора с Коломойским о том, что тот должен понять, что «времена джунглей Януковича» закончились и якобы наступило время права, очень показательны. Ведь, судя по поправкам Рады, право в данном случае на стороне Порошенко. Возникает логичный вопрос: чем куплено такое право – не обещанием ли возобновить войну в Донбассе?
Скорее всего, так и есть: Киев, получив первый пятимиллиардный кредитный транш от МВФ, поставки оружия от Вашингтона, дал обязательство сорвать Минск-2 путем принятия поправок к закону о статусе отдельных районов Донбасса.
А лично Порошенко заручился поддержкой по переделу олигархической собственности своих соседей по серпентарию и установлению личной диктаторской власти в обмен на возобновление боевых действий против ополченцев. Коломойский в данном случае попал под каток, когда его фигура перестала быть удобной как для Киева, так и для Вашингтона.
Что он может противопоставить? Вывести нескольких депутатов из «Блока Порошенко» в качестве демарша? Забаррикадироваться? Заблокировать в своём банке счета Порошенко? Вылить гору компромата на Киев? Самое страшное – бросить в бой несколько сотен боевиков? Но даже в таком случае при слаженной работе киевских госструктур и поддержке США Порошенко все это довольно быстро нейтрализует.
Оптимальный вариант для Коломойского – побыстрее вывести как можно больше активов и сбежать. Договориться полюбовно уже, судя по всему, не получится, поздно. Однако авантюризм днепропетровского олигарха вполне может спровоцировать его на самоубийственную драку.
И здесь не совсем понятна вдруг обнаружившаяся симпатия многих в России к Коломойскому – мол, давай, Беня, сделай Днепропетровскую народную республику! Дай жару Киеву! Хотелось бы напомнить, что этот Беня, судя по всему, причастен к сожжению людей в Доме профсоюзов 2 мая. По свидетельству одного из напарников, накануне трагедии Коломойский досадовал: «что вы там возитесь с этой Одессой, отдайте ее мне и будет как в Днепропетровске». В разгар войны он вооружал и содержал сотни нацистов-боевиков добровольческих батальонов, которые пытались уничтожить Донбасс.
Коломойский буквально затерроризировал Днепропетровск, Запорожье, Полтаву, Николаев – ту самую большую Новороссию, где его помощники Корбан и Олийник проводили зачистку от «сепаратистов», а значит, наверняка виноваты в смерти десятков, если не сотен людей.
Это чудовище ничуть не лучше Порошенко, но гораздо сумасброднее. Того хоть как-то можно контролировать через межгосударственные отношения, а этот сам по себе – что хочет, то и творит.
Почти наверняка Коломойский не станет делать никакой Днепропетровской народной республики и отсоединяться от Киева: он просто не потянет сам таких расходов, а из крупных геополитических игроков это никому не нужно. Если же попытается, то это будет обречено на неудачу.
США и в целом Запад в очередной раз сделали ставку на Порошенко, а Россия до сих пор надеется на минские соглашения, под которыми подписался никак не Коломойский.Распад Украины и новая республика в Днепропетровске на данном этапе не нужны ни Вашингтону, ни Москве. С одной стороны, это – колоссальные проблемы, с другой – невозможность контролировать через Киев всю территорию Украины.
К тому же сам Коломойский слишком неудобен для большой игры в столь сложных условиях: на него нельзя положиться, его трудно просчитать, в любой момент он может сделать что-то совсем из ряда вон. В Москве на нем поставили крест еще с того момента, как Путин высказался о нём как об «уникальном проходимце». В Вашингтоне, видимо, списали только сейчас.
Да, в схватке с Порошенко Коломойский может нанести и финансовый, и информационный, и даже военный урон Киеву. Да, это может ещё больше ослабить киевский режим и в целом Украину.
Но преодолев это сопротивление, Запад окончательно построит на Украине управляемую извне диктатуру, где все территории и силы, в том числе и карательные отряды, будут напрямую замкнуты на Порошенко, а тот в свою очередь будет на коротком поводке у Вашингтона.
И в этом, собственно, и заключается цель нынешней кампании по борьбе с олигархами. Вместо нескольких пауков в банке должен остаться один, самый управляемый.