Начавшийся наконец относительный мир в Донбассе отодвинул тему обстрелов и поднял вопрос о цене, которую заплатила Украина за свою «революцiю гiдностi». Для понимания грядущих ее перспектив полезно сравнить современную историю Украины и Грузии.

Рынок в России грузинская продукция во многом потеряла, а европейский для нее так и не стал альтернативой

Богатые и успешные республики СССР со сложной диверсифицированной экономикой, после 1991 года они испытали одинаковый взлет национализма и последовавшую одинаковую деиндустриализацию. Только с разницей в 20 лет: Грузия – в 90-х годах, а Украина – прямо сейчас. Можно ли спрогнозировать перспективы второй на примере недавних событий в первой?

Грузия

Когда путешествуешь по сегодняшней Грузии, нельзя не заметить радушное гостеприимство грузин. Услышав русскую речь, местные жители с удовольствием покажут вам дорогу, посадят в нужный автобус и предупредят водителя, чтоб не забыл высадить не местных туристов на нужной остановке.

Увидев российские номера на машине, подойдут узнать, из какого региона заезжий гость; расскажут о своих родственниках в Сочи и грустно посетуют на проблемы визового режима.

Грузия сегодня – вновь Мекка российских туристов, добирающихся до легендарных курортов Батуми и улочек старого Тбилиси из Москвы, Перми и Забайкалья. Грузинское общество успешно преодолело взлет национализма 1980–1990-х.

Хотя поколение чуть старше прекрасно помнит то, чего не знают современные юные поклонники Бандеры в соседней Украине – популярные лозунги «Грузия для грузин», «чемодан-вокзал-Россия», многотысячные демонстрации националистов. Тогдашняя уверенность, что разрыв с «северным соседом» быстро приведет к росту богатства страны.

К чему это привело – известно: русские и прочие некоренные жители массово выехали из Грузии; те, кому ехать было некуда и незачем (абхазы и осетины), массово возмутились и отреклись от новых тбилисских лидеров. Отряды националистов, сформированные властями в военизированные формирования «Мхедриони», после непродолжительных боев гражданской войны в столице были брошены на подавление взбунтовавшихся регионов.

Чем закончилось это для Грузии тех лет – известно: обострившийся национальный вопрос с разделением граждан первого и второго сорта привел к территориальному распаду страны. Массовый отъезд нетитульной интеллигенции и специалистов, вкупе с демонстративным разрывом производственных связей – к остановке целых отраслей промышленности и стремительной стагнации экономики.

Национализм привел к деиндустриализации

Но если проблема радикального национализма в современной Грузии естественным путем решилась (радикалы-пассионарии погибли в войнах или покинули страну, простые аполитичные жители теперь вновь рады россиянам) – то проблема последовавшей деиндустриализации оказалась куда как сложней.

#{smallinfographicright=765507}Экономика Грузии понесла существенные потери – удар пришелся прежде всего по сложным промышленным производствам в рамках разветвленных технологических цепочек. Закрылись десятки крупных предприятий, выжившая промышленность загружена едва на 20% мощности.

Вслед за потерей работы и соответствующего жизненного уклада из страны начался массовый отток технической и прочей интеллигенции уже титульной нации. До миллиона грузин выехало в Россию, по мнению патриарха Илии II, в целом половина грузин проживает за границей своей страны.

Печальные картины брошенных квартир даже в курортной полосе легендарного Батуми и сегодня – тому свидетельство. Оставшееся в стране население было вынуждено массово перейти к сельскому хозяйству – доля занятых в нем стремительно выросла с 25 до 56 процентов.

Но – парадокс – Грузия не только не является успешным экспортером продовольствия, но даже вынуждена его закупать. На полках тбилисских магазинов массово расположились кубанский рис, ростовское подсолнечное масло и даже мацони фирмы «Домик в деревне».

Причина банальна – деиндустриализация постигла и аграрный сектор. Распад крупных хозяйств с агрономическими службами, отсутствие минеральных удобрений, новой сельхозтехники вызвали возврат к традиционному сельхозукладу, требующему больших вложений труда и с малой отдачей.

Вдоль трасс Грузии практически нет брошенных полей, грузинские крестьяне поражают своим трудолюбием, умудряясь вести хозяйство даже на крутых склонах гор, через скоростные автобаны уже ранним утром дружно перебегают бабушки с мотыгами – но традиционное сельское хозяйство не способно прокормить трудолюбивый грузинский народ. Тем более что рынок России грузинская продукция во многом потеряла, а европейский для нее так и не стал альтернативой.

Если проблема принудительно активированного национализма рассасывается естественным путем, то вызванная ею деиндустриализация страны остается в качестве тяжелого, труднопреодолимого наследства.

Украина

Этот несложный факт полезно иметь в виду современному украинскому обществу – сценарий развития ситуации в постмадайданой Украине разворачивается тот же. Традиционно многонациональная, многоукладная страна с двумя доминирующими культурами и развитой промышленностью после победы евромайдана стремительно дерусифицируется и деиндустриализуется.

Население, спасаясь от войны и безработицы, массово выезжает в Россию и другие близлежащие страны. При этом деиндустриализация Украины носит принудительный характер – предприятия и целые отрасли уничтожаются в приказном порядке по команде из Вашингтона из Киева путем разрыва отношений с российскими коллегами.

Учитывая, что они созданы в единой системе советских технологических цепочек, разрыв равен смерти или многолетней стагнации. Типовым примером является судьба флагмана украинского ракетостроения и гордости советской космической отрасли – днепропетровского Южмаша. Гигантское предприятие дорого поплатилось за то, что Днепропетровск стал оплотом и проводником идей евромайдана на юго-востоке страны – победители «революции достоинства» убили его одним из первых.

Под ликующие фейсбучные вопли борцов с «москальской угрозой» выключили космический гигант из взаимодействия с российскими смежниками. Итог известен – в июне на заводе перекрыли воду и закрыли туалеты, в июле отключили электричество, а с 1 октября вообще перевели на однодневную рабочую неделю. А сотрудникам предприятия (вероятно, в рамках декларируемого роста свободы слова в стране) запретили общаться с прессой.

Сходная ситуация и в других областях украинской промышленности – в глубочайшем кризисе автомобилестроение, с падением относительно 2013 года на 60%. Добычи угля – на 70%, что как бы намекает на проблемы и в металлургии. Впрочем, и там мало радостного – после относительно успешно по инерции пережитого постмайданного 2014 года украинское сельское хозяйство и пищевое производство таки рухнули по большинству показателей.

Оживление танкоремонтных заводов да сбор умельцами бронированных тракторов и легких беспилотников для зоны АТО вряд ли станут серьезным локомотивом экономики. Забавная инициатива активистов с Волыни, во время госпереворота разбивших на киевском Майдане огород и планировавших завести там свиней, превращается в печальную реальность.

Только уже для всей Украины. Экспорт национализма привел к деиндустриализации всей страны. Но вот только традиционно аграрная экономика Галичины не очень ее ощутила – она мало что производит для остальной Украины, кроме разве что культа Бандеры да первых отрядов «Правого сектора*».

А вот промышленный Юго-Восток, бандеризацию не сумевший идеологически и физически отразить, платит теперь смертью и своих жителей, и своей индустрии. Потерей промышленного уклада и превращением всей Украины в один большой огород со свинарником на краю под черно-красным бандеровским флагом.

В обозримой перспективе свидомых громадян ждет печальное прозрение – когда госдеповские NED, IRI, NDI будут переключены на ближневосточные проблемы Вашингтона (а появление авиации РФ в Сирии показывает, как это вполне возможно).

Очнувшись от морока «Громадьского ТВ» и плановой истерики «дочерей офицеров» в социальных сетях, украинцы имеют шанс обнаружить себя в полуопустевшей стране с простым натуральным хозяйством и несбывшимся национальным мифом.

Так уже было недавно с частью грузинского общества. Было и прошло. Пройдет и на Украине. Жаль будет погибших людей, потерянного времени и деградировавшей индустрии. Индустрии, которую когда-то мы вместе строили.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ