Просмотрел ленту. К примеру, писатель и журналист Шурыгин, и еще журналист Денис Тукмаков очень вдумчиво и серьезно ищут контраргументы своей позиции. Задаются вопросом: можно ли было из «Бука» с того самого казачьего поста, на который все ссылаются, выстрелить так, чтоб попасть в самолет за 18–30 км? И выслушивают все доводы. Писатель Вадим Левенталь пишет, что ждет заключения комиссии и готов принять эту правду и не прятаться от нее.

Это я знакомых ватников и колорадов перечислил.

В противоположном лагере вижу поэта Бахыта Кенжеева, который пишет, что никаких идиотических (то есть не порошенковских) версий он воспринимать всерьез не будет, «ведь мы же не верили советским газетам». (Верить надо только английским: сегодня сразу десять журналов только в Англии вышло с заголовками «Путин убил триста человек...» – это ж цивилизация, свобода, презумпция невиновности и все, что мы так любим; это тебе не фейки по Первому каналу).

Другие хорошие люди постят стихи Орлуши, который на другой же день после падения самолета уже накатал о том, как он раскаивается за Россию и свой русский народ, погубивший так много людей.

До сих пор я думал, что пока у твоей страны есть шанс – толкать ее не надо, не стоит торопиться, никто ж не погоняет. Она сама упадет, если виновата.

Но этих людей что-то погоняет, они торопятся изо всех сил. Они уже знают всё и обо всем и никаких вопросов себе не задают.

Вы знаете, если бы случилось чудо (его не случится, но если бы) – так вот, если бы случилось чудо и международная комиссия вдруг заявила бы, что самолет сбили не русские и не донецкие, а кто угодно, неважно, кто – знаете, какая была бы реакция у этих людей? Очевидная: «Это Путин договорился, и поэтому всё скрыли».

Оно и действительно: чего Орлуше, стихи, что ли, переписывать заново.

Источник: Блог Захара Прилепина