«Атеизм – это тонкий слой льда, по которому один человек может пройти, а целый народ рухнет в бездну» (Ф. Бэкон).
Все множество взглядов на жизнь и то, как человеку лучше в ней устроиться, сводится к двум базовым посылкам: есть Бог и нет Бога. Отсюда мы и танцуем. Христиане, например, убеждены, что Бог есть Любовь.
Исторический опыт СССР продемонстрировал, что построить нравственно развивающийся (а не деградирующий) социум без Христа не получилось
Бог нас любит, и все Его заповеди – не произвольные установления, а единственно верные законы, только следуя которым мы и сможем быть по-настоящему счастливыми.
То есть в нашем понимании нет другой возможности – нельзя придумать себе иную систему нравственных координат, соблюдение коей даст аналогичные результаты.
Люди неверующие, понятное дело, с этим не соглашаются: «Я не верю в Бога, но я никого не убиваю, не ворую, жене не изменяю, детей приучаю к честности и порядочности... Так зачем мне нужен ваш Бог?»
Довольно стандартная позиция, которую озвучивают современные атеисты. Но почему-то никто не обращает внимания на ее абсолютную надуманность, на то, что она не имеет под собой совершенно никаких оснований, особенно в реальном жизненном опыте, на который якобы и ссылается.
Дело не в том, что атеисты – моральные уроды, совсем нет. Дело здесь в том, о чем пытался сказать Фрэнсис Бэкон. Для начала посмотрим, как атеизм отражается на судьбе «целого народа». Нашего.
Когда споришь о путях развития России и предлагаешь концепт религиозного общества, часто натыкаешься на коммунистов, с торжественным видом приводящих советскую эпоху в качестве примера социума, лишенного религиозной основы – и, тем не менее, с «нормальным» нравственным климатом.
Вот, дескать, посмотрите – и без вашего Бога сумели построить нормальную страну, по которой все сейчас тоскуют. Ну что ж, давайте посмотрим, тем более что советское прошлое идеально подходит для нашего анализа.
Коммунисты никакой своей уникальной морали не предлагали, они просто взяли этическое учение христианства о человеке, а этику Бога отправили, как им казалось, на свалку истории.
То есть с нравственной точки зрения советское общество есть не что иное, как Нагорная проповедь без Христа. Настоящая классика атеизма: да, мы признаем нравственную силу христианских заповедей, но мы их можем соблюдать, не привязываясь к религии. Как в Советском Союзе.
Вот только одна проблема – именно исторический опыт СССР во всей своей наглядности продемонстрировал, что построить нравственно развивающийся (а не деградирующий) социум без Христа не получилось.
Поразительный и вопиющий факт: советское общество 40-х и 50-х и советское же общество 80-х – это две большие разницы.
И именно нравственная, духовная деградация очевидна. Вдумайтесь: прошло всего-то три (!) десятилетия после смерти основателя Красной Империи, после тех славных времен, когда вся страна жила ощущением своей великой Победы и свято верила в высокие идеалы, как Станислав Говорухин снял известный перестроечный фильм «Так жить нельзя».
Фильм не об экономике, не о политике, не об экологии. Фильм о жутком нравственном разложении советского общества.
Почему в 50-х были одни люди с одними идеалами, а в 80-х – уже совсем другие? Как так получилось, что стоило лишь ослабить административную хватку КГБ и партийного контроля, как огромная страна ухнула в яму 90-х?
Прекрасные советские граждане, такие вроде бы нравственные и морально стойкие, все эти милые и интеллигентные Жени Лукашины вдруг массово превратились в алкоголиков, наркоманов, бандитов, проституток, торгашей, взяточников, убийц, да и просто – в жестокосердых и злых людей...
Разве можно это все объяснить, в очередной раз списав на Чубайса? Сомнений нет – перед нами именно глубочайший нравственный и духовный кризис именно советского общества, последствия которого (кризиса) мы и сегодня наблюдаем в обществе российском.
Но каковы причины этой катастрофы? Очевидны и они.
«Общество, воспитанное религией и затем ее утратившее, может несколько времени прожить накопленными привычками, но без нового притока живой силы наследство прошлого раньше или позже иссякает, и тогда наступает опасность банкротства, уже столь близко рисующегося пред современным миром» (Л. А. Тихомиров, 1895 г.).
Покамест инерция дореволюционной христианской жизни в русском народе сохранялась (по сталинской переписи более половины опрошенных указали себя в качестве православных – и это в условиях гонений на церковь!), у нас действительно была прекрасная, чудесная страна с прекрасным, чудесным народом, предмет нашей всеобщей ностальгии.
Но чем дальше мы отходили от подлинных истоков советской нравственности, то есть от ее христианских основ – от живой религиозной веры, тем меньше было внутренних сил ей следовать. А зачем? Ради Фридриха Энгельса? Или ради почетной грамоты? Или ради построения в светлом будущем общества победившего коммунизма? Оно мне надо?
То же самое происходит и с отдельным человеком.
Сторонники нерелигиозных концепций социального развития любят приводить в качестве примера удивительную историю своей (или чьей-то еще) удивительной семьи, где все сплошь атеисты, Евангелия не читают, свечки Богу не ставят и, тем не менее, все у них чики-пуки: прекрасная фамилия, все друг дружку искренне любят, плодятся здоровые воспитанные дети... Ну, в общем, все как полагается: «нам и без ваших попов хорошо».
Атеистические семьи, где царит любовь, мир и гармония – это здорово. Но зачем же опускать ключевой момент в истории всякой такой семьи? Ведь не с Луны же она к нам прилетела, правда?
И те представления о добре и зле, что в ней культивируются, – это же не сакральные знания, передающиеся в атеистическом роду из поколения в поколение?
А откуда они? Да оттуда же, откуда и у всех христиан – из Евангелия. Мы все, и верующие, и неверующие, вышли из христианской страны и несем на себе отпечаток именно христианской культуры.
Стоит только копнуть чуть поглубже в любое фамильное древо, как вдруг оказывается, что если не родители, так дедушки или бабушки были именно людьми верующими. «Старой школы», как говорится. Старой закалки. Люди православной традиции.
Понятное дело, что такие родители могли вырастить себе порядочную смену (современных атеистов). Самой жизнью своей, построенной от и до на живой религиозной вере, они доносили до своих детей, что такое хорошо, а что такое плохо.
Но чем более глубок разрыв с традицией, чем дальше от своего христианского фундамента отрывается человеческая нравственность, тем меньше опоры эта нравственность имеет.
И чем дальше мы уходим в постхристианское будущее, тем меньше мы видим в самих себе и в своих детях все то, что для наших бабушек и дедушек было само собой разумеющимся.
Но почему тогда Бэкон оставил отдельному человеку возможность пройти по тонкому льду атеизма, тогда как целый народ лишен такого шанса?
А очень просто. Жизнь человека скоротечна. А жизнь народа – это судьба множества поколений, разворачивающаяся на протяжении десятилетий и столетий, т. е. периода, вполне достаточного для «успешного» завершения процесса нравственной деградации.
Отдельный индивид, пусть атеист, но воспитанный на христианской нравственности или хотя бы ее остатках, действительно в состоянии держаться за впитанные с молоком матери понятия и принципы.
Однако, самодовольно повторяя свою атеистическую формулу («я не верю в Бога, но я никого не убиваю, не ворую, жене не изменяю, детей приучаю к честности и порядочности...»), всякий такой атеист-праведник должен помнить: его дети пойдут по еще более тонкому льду.
Источник: Orthodox1221.ru