Есть ряд явлений, в которых легко заметить нечто общее. Известная благотворительница доктор Лиза допустила какие-то высказывания, которые можно счесть благоприятными для правительства России; на «Снобе» и в социальных сетях немедленно явились публикации, разоблачающие ее как врага народа и провозглашающие анафему пред всем сонмищем либеральным. Скандал не только не утихает, но и усиливается.

С точки зрения политиста отказ от борьбы с его врагами есть непростительный компромисс с мировым злом

Некоторые украинские СМИ выдвигают резкие обвинения против Украинской православной церкви и требуют от нее определиться с тем, кого она поддерживает в текущем конфликте.

На ряде ресурсов (например, на «Немецкой волне») появляются материалы с обвинениями в адрес Русской православной церкви. Что общего у всех этих случаев? То, что можно было бы назвать «ересью политизма» – подчинение всех моральных и религиозных суждений требованиям политики.

Это отождествление определенной политической силы с Добром с большой буквы; Добром, которому всякий честный человек должен присягнуть и служить – если не приносить ради него тяжкие жертвы, то по крайней мере сердцем веровать и устами исповедовать – вот мировое добро, те, кто противятся ему – на стороне зла, или, как еще говорят, «на неправильной стороне истории».

В рамках этого отождествления любой человек, который не присягнул мировому добру, – нечестивец, тот, кто, присягнув, затем выказывает какие-то сомнения и колебания – еще хуже, отступник.

Это в определенном смысле религиозный феномен. Протестантский теолог Пауль Тиллих определял религию как «предельную заботу», то, что для человека является самым важным в жизни. Это определение критиковали за то, что под него подпадает масса нерелигиозных явлений – различные идеологии, например, или страсть к деньгам, или горячее увлечение спортом, что-то еще в этом роде.

Но такой взгляд на религию, в общем-то, согласен с Писанием – святой апостол Павел, например, пишет о людях, бог которых – чрево. Для многих людей предельной заботой является политика – надежду на осмысленность и оправдание своей жизни они видят именно в том, что поддерживают политически правильную сторону.

В нормальном случае политика – это деятельность по обеспечению своих интересов; политики обещают позаботиться о нуждах электората, электорат (в меру своего к ним доверия) голосует. Для человека, превратившего политику в «предельную заботу», интересы уходят далеко на второй план – напротив, он готов жертвовать своими интересами ради некой высшей цели.

Если для христианина цель и смысл его жизни, его оправдание и надежда находятся в Господе нашем Иисусе Христе, то для человека, увлеченного политикой, – в его политической приверженности; само имя Христово если и упоминается, то безусловно подчиняется служению политике.

Плакат, на котором изображен Христос, держащий в одной руке булыжник, а в другой – бутылку с горючей смесью, кощунственен для христианина, но совершенно естественен для политиста (назовем так человека, для которого важнее всего его политическая позиция). Чем еще заниматься Христу в его картине мира, как не метать камни в его врагов?

Такой человек оказывается глубоко оскорблен, когда церковь говорит о том, что в ней есть место и для него, и для людей противных ему политических взглядов – как был бы оскорблен верный христианин, если бы какое-то сообщество уверяло бы его, что в нем есть место и верным христианам, и сознательным дьяволопоклонникам.

Для него есть абсолютное, космическое добро – сторона, которую он поддерживает, и не менее абсолютное и космическое зло – сторона, против которой он выступает. Сесть за один стол с человеком других политических взглядов – акт отступничества, примерно такой же ужасный, как для христианина принять участие даже не в языческом, а в сатанинском действе.

Если в обычном случае политика – это искусство компромиссов, трезвого соотнесения своих интересов и своих возможностей, то для политиста это – битва добра и зла, в которой компромиссов и соглашений быть не может, потому что нельзя же идти на компромиссы с дьяволом.

С точки зрения политиста отказ от борьбы с его врагами есть непростительный компромисс со злом, попытка быть «над схваткой» лицемерна, да и просто невозможна – если вы не поддерживаете сторону добра (то есть его), вы неизбежно на стороне зла. Миротворчество невозможно и даже аморально – политический противник в картине мира политиста есть дьявол, воплощение зла, нельзя говорить о примирении с дьяволом.

Разумеется, именно в силу того, что политист выступает на стороне космического добра против космического зла, он свободен от любых моральных ограничений. Какие моральные обязательства, в самом деле, могут быть у него по отношению к мировому злу?

В борьбе со злом любые средства хороши и любые союзники приемлемы. Объявить часть сограждан вредными насекомыми, подлежащими уничтожению – совершенно обычное дело, не вызывающее никаких протестов.

Ведь иначе пришлось бы признать, что нравственный облик человека очень косвенно связан с его политическими пристрастиями. На политически правильной стороне могут находиться законченные мерзавцы, на политически неправильной – хорошие люди. А это ломает всю картину мира. Но, может, ее и стоит сломать?

Может быть, права как раз церковь, которая учит, что покаяние и вера, хранение заповедей и молитва, таинства и пребывание в общении с каноническим епископатом важнее, чем любые политические разборки? Пройдет не очень много времени, и политическая обстановка опять изменится; правое дело, за которое люди так сражались, в очередной раз окажется чем-то пустым и ложным. Что останется?

Останутся добрые дела, сделанные по отношению к конкретным людям. Останется вера и терпение, проявленные перед лицом давления и нападок.

Источник: «Радонеж»