Новый план МЭР по стимулированию экономики направлен на перерождение некреативного класса офисных бездельников-хомяков с помощью кредитов на развитие малого бизнеса.
Новая программа таит в себе риск оставить часть офисных хомячков без работы – и никакого развития человеческого капитала
Рыночники предполагают сократить присутствие государства в экономике и использовать Фонд национального благосостояния (ФНБ) для кредитования малого бизнеса. В первом приближении в этом нет ничего плохого, разве что под кредитование из средств ФНБ придется создавать специальные институты, которые избавят от излишней бюрократии.
Если долго идти по этому пути, голосящие офисные хомячки станут занятыми хозяевами своего дела, безвозвратно потерянными для общественно-политической жизни. Малый и средний бизнес кредитуют в основном под покупку машин и оборудования, и он постепенно вытесняет пролетариат. В итоге, если все заняты будут своим делом, некому станет устраивать ненужную возню. Но времени на эту трансформацию катастрофически не хватает.
За фасадом нового плана МЭР потерялась идея о стимулировании наукоемких отраслей. На первый план выходит более активная выдача кредитов малому и среднему бизнесу, а также постепенное сокращение присутствия государства в экономике.
Но кредиты не помогут, пока не произойдет никаких принципиальных сдвигов в процедурах их выдачи.
Для получения денег государства и сейчас нужны не столько команда и административный ресурс, сколько хорошая идея и реализуемый проект, но что-то не хватает ни идей, ни проектов. Усилия бизнеса, все же получающего господдержку, направлены на достижения в узких отраслях и никак не координируются.
Деньги на поддержку бизнеса до сих пор пока выделяются по принципу «рубль частный к рублю государственному». Для участия в таких проектах бизнес должен быть достаточно устойчивым для того, чтобы внести свою долю первым, рискуя при этом тем, что бюрократы задержат свою.
Кроме того, при подсчете денег, внесенных в уставной капитал, до сих пор учитываются, как правило, только расходы на оборудование. Тогда как в части наукоемких отраслей, включая IT, стоимость мозгов выше платы за компьютеры, надо бы учитывать оборотные средства. Если при распределении государственных кредитов сохранятся старые критерии отбора предприятий, то они достанутся не малому бизнесу, а только крупному и среднему.
Помимо прочего, новая программа таит в себе риск оставить часть офисных хомячков без работы – и никакого развития человеческого капитала.
Для начала надо их подучить новой профессии и адаптировать к реалиям. Но к каким? Если мы хотим развиваться как аграрная страна, каждого принудительно сделать фермером, если как промышленная – надо обучить рабочей специальности.
Сейчас для России актуально быть экономикой услуг, но для этого нам не хватает высшего образования с тем уклоном, которое дает среднее специальное. Без него из хомячков не получится ни слесарей, ни владельцев слесарной мастерской, поэтому выдавать кредиты из средств ФНБ на развитие малого бизнеса менее эффективно, чем вкладывать деньги в образование.
Россия еще может реализовать свой научный потенциал. Но для этого у нас мало компетентных специалистов в области информатики и социальных коммуникаций.
Неправильно думать, что компьютеризация – это залог будущего. Отнюдь. Главное для наукоемкой экономики – надежный транспорт и коммуникации при адекватной профессиональной специализации, когда почти каждый имеет достаточно образования для того, чтобы быть системным администратором или менеджером по продажам.
С этой точки зрения инвестиции средств ФНБ в развитие образования намного предпочтительнее, чем вложения в кредитование малого и среднего бизнеса.