Деньги и стяжательство все-таки самая большая опасность нашего времени. Когда деньги стали мерилом всего и вся, идолом и самоцелью, когда изо всех щелей людей учат быть успешными и знающими себе цену (как правило, невероятно завышенную), человеку очень трудно устоять от соблазна быть таким же и не хуже других.
Идет постоянная невидимая борьба, и фронт ее пролегает в душе каждого. Вот высоко оплачиваемый менеджер, средний обеденный чек которого в ресторане 3–5 тысяч, жалеет дать лишнюю сотню уборщице своих двухуровневых апартаментов и придирчиво отсчитывает ей точную сумму десятирублевыми монетами.
Единственная возможность избежать этого замкнутого круга – понять, принять и постоянно вспоминать, что материальный мир со всеми своими деньгами, богатствами, удовольствиями, машинами, мебелью и квартирами – краткосрочен
А вот бабуля отдает половину своей невысокой пенсии соседке – многодетной матери, чтобы та смогла купить молока малолеткам. Но бывает и так, что один и тот же человек утром пожалел копейку, а вечером что-то щелкнуло внутри – и на счет детского дома от него анонимно поступает большая сумма.
Всякое бывает в жизни – и в заблудших, покрытой коркой золота душах возгорается светлый огонь нестяжательства, и в благородных сердцах появляется червоточинка стремления к выгоде.
Но наиболее мерзкое в стяжательстве – это то, что ты не всегда его замечаешь. Ты привыкаешь к нему настолько, что оно кажется естественным и само собой разумеющимся. И если даже что-то скребет в душе, то ты оправдываешься тем, что так делают все вокруг, а некоторые и того хуже.
Скажем, обвесил покупателя или объегорил клиента на небольшую сумму – не беда, коллеги и вовсе дерут втридорога. Или переступил через сотрудника, чтобы получить должность повыше и зарплату побольше – ничего страшного, просто я умница, а он лузер.
Списал себе из выделенного на отдел компании бюджета пару миллионов на квартиру – и правильно сделал, не у людей взял, а у капиталистов проклятых, они вон какие себе хоромы отгрохали. И так везде и повсюду – по чуть-чуть все воруют и стяжают, кто больше, кто меньше, оправдывая себе тем, что «везде так».
И все вместе завидуют и проклинают тех, кто ворует помногу и ездит с мигалками. Но окажись такой человек на месте того, что с мигалкой, не знаешь, что еще получится. Может, образумится и усмирит свою привычку стяжать, а может, окажется таким же или даже хуже.
Причина страшной коррупции, разъедающей все человечество без исключения, не в финансовых схемах, политических теориях или плохой власти. Причина в нас. Мы слишком много думаем о деньгах – особенно те, кто в крупных городах, их сильнее закручивает в это ежедневное колесо с бегущими на одном месте белками, набивающими щеки добром.
Мы все считаем в деньгах – работу, удовольствие, жилье, любимых, внешний вид человека, детей, вообще всю жизнь. Недавно слышал от одного умника, что жена может сидеть дома с ребенком, только если муж зарабатывает не менее 150 тысяч. И невдомек ему, что это исключительно его хотелки, а жить можно гораздо скромнее – даже в Москве.
Конечно, во многом нас так заставляет думать и действовать господствующая в мире идеология «золотого тельца». Но роль личности и внутреннего сопротивления тоже не надо сводить к нулю.
Мы сами пока недостаточно сопротивляемся тотальному стяжательству. Да, иногда рыпаемся, пытаемся вырваться из круга, образумиться, время от времени обращаем внимание на сирых и убогих, помогаем слабым и обиженным – вопреки своему стяжательству, но это почти никогда не превращается в норму: а как иначе? жить-то надо! семью кормить надо!
Надо, конечно. Но ведь сколько отдельному человеку и даже большой семье в действительности надо? А сколько мы желаем? И отдых в Турции/Таиланде, и машинку приличную, и дачу по евростандартам, и рестораны-киношки-торговые центры, в общем, всё как положено, чтоб всё «как у людей».
И не задумываемся, что не заберем с собой все это имущество на тот свет. И что «легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное».
Банально? Затерто? Но в конечном счете оказывается, что единственно верно.
Как часто мы вспоминаем об этих банальностях, совершая каждый день маленькие и большие поклоны «золотому тельцу»? Редко, очень редко. Если и придет в голову в ночной постели после тяжкого рабочего дня, то отгоняем их, словно комаров.
Размышляя над этим, хочешь не хочешь, но приходишь к выводу, что в борьбе с «золотым тельцом» у современного человека нет основы, не на что опереться – чего-то незыблемого и одновременно возвышенного, находящегося вне рациональной логики земного мира.
Да, благотворительность и отдельные порывы, основанные на правиле «относись к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе», – это хорошо, но недостаточно и неустойчиво. В следующую после акта благотворительности секунду человек, как правило, опять утопает в пучине ежедневных житейских стяжательств.
Так как исходит это не от истины, не от искреннего сердца, а от того же самого чувства выгоды – зачастую благое дело, как это ни прискорбно, совершается из-за желания – пусть и потаенного – задобрить судьбу и удачу, не более того.
Единственная возможность избежать этого замкнутого круга – понять, принять и постоянно вспоминать, что материальный мир со всеми своими деньгами, богатствами, удовольствиями, машинами, мебелью и квартирами – краткосрочен, а небесная жизнь вечна. Что материальное заведомо ничтожнее духовного, а стяжательство есть страшный грех: богатство с собой на тот свет не возьмешь, а за проступки, которые пришлось ради него совершать, отвечать придется.
Да-да, дорогие мои атеисты, как бы вас это ни коробило, но жизнь, ежедневная суетная земная жизнь нам наглядно демонстрирует, буквально на пальцах, что нельзя эффективно бороться с зависимостью от денег, не обращаясь к вере в Бога.
Нельзя отказаться от этой самой разрушительной зависимости, не ощутив бренность и ничтожность материального в сравнении с вечностью духа. И если вы хотите, будучи материалистами, опираясь исключительно на «материальный» разум, победить жажду наживы, основанную как раз на материальном понимании мира, то это еще более тщетно, чем Сизифов труд.
А борьба с коррупцией людей, которые воспринимают мир только как материальную ценность, напоминает борьбу пчел против меда.
Никто, право слово, не призывает полностью и в одночасье отказаться от денег и их добычи как способа существования – в современном извращенном мире это автоматически означает голодную смерть. Речь о другом – чтобы отказаться от доминирования денег над всем остальным, чтобы вернуть отношение людей к стяжательству как к греху и чему-то опасному, неприличному.
Это задача-максимум. А минимум – чтобы каждый из нас в тот момент, когда кладет в кубышку очередную денежку, задумался бы о вечном и вспомнил ту самую банальность: на тот свет не заберешь.
Источник: Блог Эдуарда Бирова