Свершилось невозможное – в воскресенье к нам на эфир пришел замминистра образования Игорь Реморенко. То, что наконец удалось достучаться до министерства, – это уже прорыв. Более того, это не было игрой в уход от прямых ответов, в которую любят играть наши чиновники, приходя на телевидение. В нашем эфире замминистра признал утечку ЕГЭ. Однако же, несмотря на готовность Игоря Реморенко отвечать на все наши вопросы, не могу сказать, что министерство развеяло все наши опасения по поводу катастрофы с Единым государственным экзаменом (ЕГЭ).
Мы одну профанацию – со взятками и «репетиторами» из приемных комиссий – заменили на другую
Позиция Реморенко вкратце звучит так: утечки есть, мы работаем над их предотвращением, разбираться должны компетентные органы, а на результат все это, мол, существенно не повлияет, потому что сливают вопросы к ЕГЭ сразу в нескольких тысячах вариантов, так что прорешать их – значит, по сути, по-настоящему подготовиться к экзамену. В качестве источника слива названы отдельные отдаленные регионы, куда приходилось пересылать вопросы в электронном виде (и кто-то пересылку якобы успешно «хакнул»).
Все это могло бы действительно утешить, но вот уже после первого ЕГЭ по русскому языку блогеры зафиксировали – сливаются вовсе не тысячи вариантов, сливаются по 6–8 вариантов, которые актуальны для конкретного региона. То есть источник слива знает не только те варианты, которые будут в этом году, но и знает, в каком регионе какие из них будут. Причем прорешать их совсем не обязательно школьнику, это может сделать кто угодно (а иногда они в интернете уже с решениями). Школьнику надо лишь запомнить ответы или (что делают очень многие) просто закачать ответы на телефон, спрятать телефон где-нибудь поглубже в одежде и в туалете сверить ответы. «Стобалльником» по такой системе может стать даже хорошо выдрессированный шимпанзе. И такого стобалльника по закону просто обязан будет принять любой, даже самый престижный вуз, типа МГИМО.
То, что ЕГЭ в его нынешнем виде превращает экзамены в профанацию, подтвердил в нашем эфире и ректор МГУ Виктор Садовничий. Он объяснил, что потребовал для МГУ права ввести дополнительные экзамены после того, как оказалось, что половина (!) из отличников отчислялась в первую же сессию. Это тогда была половина, а представляете, что будет теперь, когда слив стал массовым. Не где-нибудь в Дагестане, а в Москве ответы есть заранее примерно у 9 из 10 школьников.
Получается, что мы одну профанацию – со взятками и «репетиторами» из приемных комиссий – заменили на другую, где сначала весь десятый и одиннадцатый класс школьники, по факту, не учатся вообще, а только натаскиваются на ЕГЭ, а затем еще и подстраховываются готовыми вопросами-ответами.
Что с этим делать – тоже непонятно. Реморенко приводил в пример министра образования Северной Осетии, которая после выявления массовых фальсификаций ЕГЭ в своем регионе попросту заставила всех, кто получил от 80 баллов и выше, пересдать тест. Замечательно, но что делать, когда эта беда из Северной Осетии распространилась на всю страну? Провести в августе второй ЕГЭ? А где гарантия, что такой слив не повторится, раз виновные до сих пор не найдены (и неизвестно, будут ли найдены вообще). Отменить ЕГЭ и предложить вузам принимать экзамены по старинке? Но вузы к этому не успеют подготовиться за несколько недель. Оставить все как есть? В наиболее престижных вузах будет просто непонятно, как принимать студентов на бюджетные места. Просто перенести экзамен на следующий год? А кто будет учиться на первом курсе в этом году?
И это только главные вопросы. А есть еще и тысяча второстепенных: например, никто не подумал, в каком положении оказались настоящие отличники? ЕГЭ для них был тяжелейшим испытанием, на грани нервного срыва, и вот теперь, потратив столько времени и сил, они оказались в ситуации, когда их оценка ничего не значит. Заставлять их второй раз проходить через ад экзаменов? Или оставить все как есть и приравнять их к оболтусам, все нагло списавшим?
Беда в том, что этот массовый слив настраивает людей против ЕГЭ как такового и уводит нас от важнейшей дискуссии о том, как же на самом деле должен быть устроен этот экзамен. Об этом говорил у нас в эфире знаменитый учитель и член Общественной палаты Сергей Волков. И даже если мы сейчас в праведном гневе прогоним нынешнюю команду, стоящую у руководства в министерстве, это не будет означать автоматическое устранение сути проблемы. Новой команде точно так же придется решать вопрос и об утечках, и о «центрах сдачи ЕГЭ», и о качестве самих КИМов и прочих стандартов. Не говоря уже и о том, что одновременно ливановская команда сейчас взялась и за многие другие направления, такие как реформа РАН и борьба с плагиатом, которые тоже мало кому под силу. Так что дело тут не только в том, хорош или плох Ливанов, но и в том, что нам нужно хотя бы получить представление о том, к чему мы стремимся, какой должна быть реформа образования – без этого можно менять министров хоть каждую неделю.
И последнее. Когда мы в эфире предъявили конкретные вопросы к завтрашнему экзамену по математике, которые нашли в интернете, нам сказали, что это, мол, еще не обязательные вопросы, что таких вариантов может быть миллион. Что ж, проверим. У нас есть знакомые люди, которые будут сегодня днем сдавать в Москве экзамен. Мы спросим их, попался ли им один из этих восьми вариантов, которые есть у нас.
Источник: Блог Тины Канделаки