В президентском послании Федеральному собранию впервые от лица президента был артикулирован новый идеологический проект российского государства.
Правительство критиковалось не за либеральные позиции, а как раз наоборот – за сравнительно низкие темпы либерализации
В качестве идеологии, которой будет руководствоваться Россия, провозглашен консерватизм. С некоторым отступлением от оригинала были процитированы слова Николая Бердяева: «Смысл консерватизма не в том, что он препятствует движению вперед и вверх, а в том, что он препятствует движению назад и вниз, к хаотической тьме, возврату к первобытному состоянию».
Советский Союз руководствовался доктриной социализма, постсоветская Россия – либерализма, теперь, признав неудовлетворительность обоих проектов, власть обращается к третьей из классической триады политических теорий – консерватизму. Остается выяснить, что означает консерватизм по-путински.
К очевидным консервативным установкам относятся такие положения послания, как традиционные ценности, недопустимость нивелировки между добром и злом, «органическая жизнь разных народов в рамках одного единого государства», национальный суверенитет, осуждение «аморального интернационала», наличие сильной армии, апелляция к многовековому историческому опыту России, акцентировка значимости преподавания истории и русского языка, регулируемая миграция.
Сама постановка цели борьбы с «хаотической тьмой» очевидным образом диссонирует с либеральным пониманием функций государства в качестве «ночного сторожа».
Но дальше возникает вопрос о средствах: каким образом государство будет реализовывать провозглашаемую консервативную ценностную платформу? И тут выясняется, что набор средств остается преимущественно либеральным.
Борьба с мировым злом предполагает, казалось бы, мобилизацию сил на платформе добра. Но о мобилизационном проекте в послании речи не идет. Акценты иные – перенесение бремени экономического развития с государства на общество.
Ставятся задачи развития конкуренции, внедрения принципа подушевого финансирования, «снятия барьеров для самостоятельности бюджетных учреждений», «оптимизации бюджетной сети за счет сокращения неэффективных расходов и звеньев». Что все это означает при переводе с канцелярского языка на общедоступный?
Бюджетная сфера должна быть сокращена. Признаваемые неэффективными структуры будут закрыты (слово «оптимизация» используется именно в этом ключе). Среднедушевую зарплату работников бюджетной сферы предполагается повышать, но количество занятых окажется меньше. Снятие барьеров для самостоятельности бюджетных учреждений означает их дальнейшую коммерционализацию.
Правительство критиковалось не за либеральные позиции, а как раз наоборот – за сравнительно низкие темпы либерализации. Регулировать миграцию предполагается через введение соответствующего патента для работодателя. На практике это будет означать концентрацию труда гастарбайтеров в нишах, контролируемых крупным капиталом.
Нехватку кадров медицинского персонала послание предлагает решить без соответствующих финансовых затрат – за счет привлечения волонтеров, мотивированных преференциями при поступлении в медицинские вузы.
Политический курс остается, таким образом, прежним – государство уходит из экономики. Государственные ресурсы будут, соответственно, сокращаться. За счет чего, возникает вопрос, могут быть достигнуты провозглашенные консервативные ценностные ориентиры?
Ценности консерватизма при избранных средствах государственного управления реализованы быть не могут. И если президент действительно предполагает реализовывать номинированный идеологический проект, противоречия между ценностями и средствами должны быть устранены.