У меня было два негражданских паспорта. Первый был коричневый. С ним даже для поездки в Эстонию нужно было оформлять какие-то документы. Это очень веселило моих сокурсников-граждан и преподавателей-иностранцев, с которыми мы ездили на разные экономические семинары в Тарту.
Государство начали строить на лжи. Ложь была узаконена как часть жизни
Потом мне дали новый паспорт – фиолетовый. Это был большой прогресс, такой паспорт был уже более или менее нормальным документом – хотя бы для путешествий. С этим паспортом я успел пожить в Дании и закончить там университет, а потом с ним же в кармане принял решение вернуться домой в Латвию.
Дома всегда лучше. Лучше даже, чем в Дании. Правда, дома мне было трудно понять, почему я должен кому-то что-то доказывать. Несмотря на то что родился в Риге, прожил всю жизнь в Риге, свободно говорил по-латышски. Но в 1999 году я решил больше не философствовать. Есть принцип: если что-то хочешь сделать хорошо, сделай это сам, а не жди чудес. Так что я собрался и сдал на гражданство.
Фиолетовый паспорт я поменял на синий гражданский и больше его не видел. Зато дома остался уже навсегда на память папин фиолетовый паспорт. Он азартно следил за политикой, смотрел все выпуски новостей, переживал за то, что происходит в Латвии. Он всю жизнь прожил в Риге, работал на заводах. В Латвии когда-то такие были. Но хотя бы раз принять участие в выборах и проголосовать, например, за меня он не успел. Он так и остался негражданином.
#{smallinfographicleft=427336}В первую очередь он не захотел прощать ложь. В 1989 году одним из лозунгов борьбы за независимость было «гражданство всем». По крайней мере, этот лозунг использовали в общении с русскоязычными жителями Латвии, когда надо было заручиться их поддержкой. Потом поддержка стала больше не нужна, и политики приняли совсем другой закон. Тот закон о гражданстве, который разделил нас на граждан и неграждан, стал самой большой ошибкой Латвии. Государство начали строить на лжи. Ложь была узаконена как часть жизни. И потом жертвами лжи со стороны политиков становились в разное время за эти 20 лет практически все группы населения страны: пенсионеры, молодые семьи, полицейские, врачи, учителя, спортсмены... Список, по сути, бесконечен.
Почему я все это рассказываю? Просто потому что вопрос неграждан для меня – очень личный. И изучал я его не по книжкам.
Победители первого референдума
Вспомним еще раз прошлый год. Сбор подписей против русских школ. Формирование правительства, которое на полном серьезе сопровождалось дискуссией на тему «А заслужили ли русские право войти в правительство». Причем в подобной дискуссии участвовали не какие-то маргинальные политики, а ведущие представители крупнейших правых партий. Русскоязычные жители не могли не оскорбиться за все то, что они услышали в те месяцы. Референдум по статусу русского языка, хотя всем было понятно, каким будет итог всенародного голосования, стал логичным венцом всего этого бреда.
После референдума правые во главе с «Единством» начали активно разыгрывать национальную карту. И это очень логично. Правда, логично не с точки зрения интересов страны, а с точки зрения сугубо эгоистических интересов все того же «Единства».
Не надо будет писать никаких программ развития Риги. Хватит трех слов: «Отечество в опасности!
Разрыв между отчетами правительства об экономических успехах и реальной ситуацией на местах – катастрофический. Отчеты скоро совсем закончатся, останутся только коррупционные скандалы с налогами Закиса, мужем Аболтини, продажей Земельного и Ипотечного банка и прочими достижениями «правовой коалиции». Пройдет еще несколько месяцев, вместо ошеломительного экономического взлета просто наступят холода, и у «Единства» останется очень мало шансов сохранить хоть какую-то надежду не провалиться на выборах 2013 года. В первую очередь в Риге.
Что обычно в такой незавидной ситуации делает опытный правый политик в Латвии? Резко становится националистом и переводит дискуссию с экономических и социальных тем только и единственно на темы национальные и языковые.
Языковой референдум правым политикам очень помог. По сути, совсем не те, кто голосовал «против», не те, кто голосовал «за», а именно «Единство» получило больше всего выгоды от прошедшего языкового референдума.
Новые планы
Чем ближе выборы, тем больше спрос на этнический конфликт и на провокации. А ведущим провокатором станет «Единство», которое уже превратилось в главных националистов в стране. Министр обороны говорит о «моральном» сносе памятника в Пардаугаве. Лидеры партии призывают к созданию «латышского» списка на выборах в Ригу.
Можно подумать, что единственное, чего сейчас не хватает столичному коммунальному хозяйству, – это национальной идеи.
«Единство» будет вести громкую и истеричную кампанию с бесконечным упоминанием «пятой колонны», «оккупантов», с предложениями перевести на латышский язык школы и садики, с призывами снести все возможные памятники, с оскорблениями, провокациями.
О втором референдуме
Единственная проблема «Единства» – эффект от языкового референдума уже ослабел. И ссылаться на события прошедшей зимы, чтобы оправдать собственные ошибки, становится все труднее.
#{ussr}Я знаю, с какой нескрываемой радостью в «Единстве» услышали новость о том, что в Латвии может пройти еще один, новый референдум. Сложилось впечатление, будто они сами организовали этот сбор подписей.
«Единство» перспективу второго референдума воспринимает как свой главный шанс спровоцировать новый виток национального напряжения в контексте выборов. Тогда в той же Риге можно будет говорить о «спасении нации», а не о социальных пособиях, поддержке образования или развитии туризма. Не надо будет писать никаких программ развития Риги. Хватит трех слов: «Отечество в опасности!».
Сам же референдум из-за национального напряжения, если вообще удастся собрать на втором этапе подписи, все равно стопроцентно обречен на провал. Потому что «Единство» – это профессиональные и умелые провокаторы с госаппаратом, с влиянием на СМИ, с попытками давить на спецслужбы. Они смогут успешно поднять панику и мобилизовать немалую часть избирателей проголосовать «против». И даже если «за» опять проголосуют примерно 280 000 граждан, «против» все равно проголосует существенно больше.
Надо очень четко понимать: вероятность того, что сбор подписей или референдум изменят положение неграждан, равна абсолютному нулю. Говорить о том, что референдум ликвидирует институт безгражданства, – лукавство.
Не допустить ошибки
У меня дома лежит папин негражданский паспорт. Это напоминание о той несправедливости, которая была допущена 20 лет назад. Но для меня это также напоминание о том, насколько высокой может быть цена политической ошибки. Причем не для политика. А для страны.
Первый референдум не был причиной национального обострения, а прямым его следствием. Как жар при лихорадке. Проблема-то ведь не в температуре, а в самом заболевании. Я участвовал в том референдуме, чтобы убедить правительственные партии: надо менять национальную политику. Не только ради нацменьшинств, а в первую очередь ради самих латышей. Была надежда, что правящие политики услышат и поймут.
Но не услышали и не поняли. Надежды не оправдались. Лечить заболевание никто не стал. Если не считать того, что «Единство» пытается сейчас срочно потратить несколько миллионов латов на мистическую интеграцию. Остается надеяться, что эти деньги не доверят какому-нибудь Закису или мужу Аболтини.
Зато правые пытаются использовать перед выборами национальный вопрос для прикрытия собственных ошибок и для того, чтобы отвлечь внимание от «схем» в управлении государством. Допустить это нельзя! Пострадают от этого в одинаковой степени и граждане, и неграждане.
Попытка провести сейчас второй референдум будет ошибкой. Я не стану принимать участие в сборе подписей или в самом голосовании. Я не хочу давать провокаторам из «Единства» никаких шансов.
Источник: Страница Нила Ушакова на Facebook*
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ