В последнее время в Азиатско-Тихоокеанском регионе резко активизирована дискуссия вокруг спорных территорий. Практически одновременно Япония выдвинула претензии трём странам: Китаю по архипелагу Сэнкаку (Дяоюйдао), Южной Корее по островам Такэсима (Токто) и, само собой, России по «северным территориям». При этом целая группа стран накаляет ситуацию вокруг Парасельских о-ов и архипелага Спратли в Южно-Китайском море, где дело может дойти до войны, так как там вообще нет никакого решения, устраивающего всех.
У России и Китая фактически одни и те же проблемы с Японией, которая затребовала у них обоих «свои» острова
Эскалация не может быть случайной и связана с недавними заявлениями официального Вашингтона о том, что Азиатско-Тихоокеанский регион является зоной его монопольных интересов. При этом США уже прочертили в океане линию, за которую не будет пущен Китай – в том числе, в экономическом плане. Полумёртвая Европа, где нет ни сырья, ни перспективы, Вашингтону, в отличие от восходящей Азии, уже практически не интересна.
В этой связи Япония представляется одним из наиболее удобных инструментов для тестирования обстановки, чтобы понять, в какой мере та или иная страна готова отстаивать свои интересы. Будет усилено партнёрское движение США и в сторону Вьетнама, который в краткосрочной перспективе может получить значительные преференции, с целью дальнейшего противопоставления двух коммунистических соседей – СРВ и КНР – друг другу.
Каждая страна, в адрес которой выдвигают территориальные претензии, ведёт себя по-разному. К примеру, Россия просто стоит на своём, старательно избегая любого напряжения; Китай без промедления активизирует армейские подразделения; Вьетнам раскручивает милитаристскую пропаганду в собственных СМИ и т.п. В зависимости от реакции, модератор этих процессов делает вывод о готовности той или иной страны к реальной защите своих интересов в острой фазе конфликта.
Территориальные проблемы Азии – лучший способ монополизировать регион через столкновение здесь всех со всеми. А проблем здесь – чуть меньше, чем самих жителей.
В этот процесс неизбежно втягивается лежащая на Тихом океане Россия, которая просто вынуждена иметь свою точку зрения по тому или иному вопросу, так как ей не может быть безразлично собственное экономическое и политическое будущее в АТР. В частности, если она, как водится, полностью дистанцируется от того, что не касается её напрямую (тот же конфликт между КНР и Японией), это значит, что никто не поднимет голос и за саму Россию, когда придёт время – ни Китай, ни Вьетнам, ни даже Северная Корея. В этом смысле наблюдателям интересно, как, скажем, поведёт себя Россия, если группа японских общественных активистов высадится, после Сэнкаку, уже и на Кунашире.
У России и Китая фактически одни и те же проблемы с Японией, которая затребовала у них обоих «свои» острова. Значит, по крайней мере, в этом вопросе позиция должна быть согласованной. Китай уже открыто поддержал Россию: недавно в «Жэнминь Жибао» опубликована статья с однозначным названием «Россиянам нужны Курильские острова». И теперь Пекин – особенно после того как японцы высадились в середине августа на Сэнкаку – вправе ждать ответной реакции от Москвы.
Россия могла бы включить эти актуальные вопросы в повестку дня на предстоящем форуме АТЭС во Владивостоке, тем самым повысив свою роль в регионе и показав себя в качестве ключевого фигуранта. Однако всё пойдет по стандартному плану, главные вопросы мы стараемся не поднимать: общие фразы, макроэкономика и дружба всех со всеми, которой не может быть в принципе. Видимо, в этом и состоит «мягкая сила» российской дипломатии, в ответ на требование Владимира Путина о модернизации профессиональных подходов российская внешняя политика стала ещё мягче и нежнее.