Все ближе к нам черные даты ХХ века – поражение в Мировой войне в результате заговора генералов и вынужденного отречения государя в феврале, большевистской катастрофы октября 1917-го. «Наша страна проиграла эту войну проигравшей стороне – уникальная ситуация в истории человечества», – сказал недавно В.В. Путин. «Это результат предательства тогдашнего правительства...» Ценой поражения в Первой мировой войне стала потеря огромных территорий и огромного количества человеческих жизней. «Но время прошло, сейчас нужно вернуться к этому», – подчеркнул президент.
Через 73 года, в августе 1991-го, мы, как и в феврале 1917-го, опять заблудились в истории
Нельзя закрывать глаза на то, что в течение ХХ века произошло катастрофическое изменение наших границ. Этим изменениям можно придумать много объяснений, можно даже выдавать их за естественные события в русле мировой истории и политики. Но то, где находятся границы России, вполне симптоматично и совсем не случайно. Их исторически конкретное расположение – зримый образ силы или слабости России в данный момент времени.
Сегодня мы постепенно становимся сильнее для того, чтобы думать над исправлением результатов «великой геополитической катастрофы» 17-18-го и начала 90-х годов, подготавливать восстановление исторической России. Эта задача важна настолько, что перед ней склоняются все остальные задачи, стоящие перед страной. Лозунг Великой Войны звучит сегодня как «все для восстановления исторической России».
А дальше все пойдет так, как полагает Бог в отношении России, и так, насколько мы сами талантливы, насколько способны действовать в условиях современного мира, в рамках привычных для него технологий. В рамках демократических процедур, например, трудно избирать тех, кто последовательно отстаивает национальные интересы, всегда найдутся те, кто видит их неотличимыми от интересов других стран, например, США. Но опыт Израиля и Турции, Ирана и тех же США показывает, что это возможно. Вы полагаете, что демократии слишком мягкотелы, чтобы отстаивать свои интересы перед другими «демократиями»?
Но Россия готова раз за разом, в каждом новом электоральном цикле доказывать обратное, избирать политиков, для которых интересы страны превыше всего. Политиков, которые могут отделять национальные интересы России от интересов других стран.
В этом году мы уже доказали свою внутреннюю силу, избрав на пост президента России защищающего интересы страны В.В. Путина. Благодаря этой победе появилась основа для новой общественной консолидации на основании обращения к идеалам дофевральской России.
Отчасти консолидации и на основе того, что принесли в нашу жизнь большевики эпохи термидора, опосредованного, несколько карикатурного возвращения к Российской империи в эпоху «позднего Сталина». Известно, например, что он рассматривал варианты возвращения эполетов в парадную офицерскую форму, но по экономическим соображениям ограничился введением офицерских погон. Иными словами, дофевральская Россия притягательна на рассудочном и интуитивном уровнях, служа источником вдохновения для нашего исторического творчества тогда, когда мы хотим сделать что-то настоящее, вневременное. Это настоящая Россия, несущая в себе не меньший мифологический заряд, чем империя Рима, которую европейцы тысячелетиями восстанавливали в разных обличьях.
Для нас такой точкой отсчета, родительским домом является не Римская, но Российская империя. Дофевральская Россия ‑ страна со своими ценностями, «золотым» и «серебряным» веком в культуре, географией, выражающей исторический путь народа. Страна, объединяющая Великороссию, Царство Польское и Финляндию, Среднюю Азию и Кавказ, Остзейский край, Белую и Красную Русь.
Мы помним, как верно служили империи Романовых Карл Маннергейм, этнические поляки и немцы, грузины и евреи, латыши и молдаване... Как потом, на новом витке жизни России в ипостаси СССР, служил ей генерал Дудаев... Но не России карикатурной, пародийной в отношении самой себя, распевающей «гимн свободной России» на стихи Бальмонта, страны слабой и ненастоящей.
Через 73 года, в августе 1991-го, мы, как и в феврале 1917-го, опять заблудились в истории. Как за февралем последовал октябрь, распад исторической России, так за августом – декабрь, распад России в ипостаси СССР. В этом, пусть и по непониманию, сторонники «России без коммунистов» продолжили в дни августовской революции их разрушительное дело.
Главным здесь был даже не тогдашний отказ от коммунистической идеологии, переход к капитализму. В той или иной форме и сроках это вещи почти неизбежные. Здесь можно спорить только о формах происшедшего, рассуждать о том, как все это могло произойти по-другому.
Но ни при каких обстоятельствах нельзя было разменивать на более быстрое достижение успеха капиталистических реформ само тысячелетнее Российское государство в ипостаси СССР. Сказанное отнюдь не означает, что СССР был желаемой формой существования России. Но он все же давал ощущение единой страны, пусть и в экзотическом «красном» обличье. Это обличье, красную упаковку традиционного для России имперского проекта, надо было менять.
Сегодня прошло уже более 20 лет со времени «либерально-демократической» революции 1991 года. Если сравнивать с октябрем 1917-го, то по их счету получаются 1937–1938 годы. «Рожденным революцией» казалось, что все определено в октябре 1917-го и в годы гражданской войны, и теперь солнце будет светить вечно. Но революция к концу 30-х годов закончилась, и ее «дети – комбриги Котовы» остались не у дел.
Сегодня, на новом витке истории, все повторяется заново. Революция закончилась. Теперь не у дел оказались идеологи Болотной и Сахарова. Именно поэтому они так нервничают, выдавая конец революционного исторического цикла за его начало.
Страна возвращается к себе. К тем, кто жил и умирал за Россию. К реинкарнации дофевральской России, в процессе которой, как и при становлении христианства, не будет «эллина и иудея», либерала и консерватора, пролетарского интернационалиста и националиста. Будут только сторонники и противники сильной, настоящей России.
Специально для газеты ВЗГЛЯД