Холодные наблюдения ума, логические, умозрительные выводы обращаются иногда, посредством таинственных свойств души человеческой, в горячие убеждения и страстные чувства, которым становится тесно в груди – и они выплескиваются наружу, порой даже против воли самого человека. Мне представляется, что нечто подобное произошло с Гюнтером Грассом. Разве знаменитый немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе только сейчас услышал о наличии ядерного оружия у Израиля или об его угрозах в адрес Ирана, страны, которую только подозревают в намерении обзавестись таким оружием?

Престарелого писателя, автора антифашистского романа «Жестяной барабан» многократно и в самых нахальных выражениях назвали антисемитом

Об этом давно знает каждый, кто хоть немного интересуется политикой. Но только на прошлой неделе 84-летний живой классик сказал вслух о своей тревоге за судьбу мира на планете, о взрывоопасной ситуации на Ближнем Востоке, вызванной, по его мнению, прежде всего израильскими планами нанесения превентивного удара по ядерным объектам Ирана.

Стихотворение в прозе под заголовком «О чём необходимо сказать» появилось в мюнхенской газете Sueddeutsche Zeitung и в переводах – одновременно в американской New York Times, итальянской La Repubblica и испанской El Pais. Иранского президента Ахмадинежада Грасс именует хвастуном, который лишь кричит о том, что он якобы создает атомную бомбу, на самом же деле «не доказано наличие у Ирана хотя бы одной атомной бомбы». А вот Израиль давно располагает мощным запасом ядерного оружия, причём неподконтрольным мировому сообществу. Грасс подверг критике и правительство Германии за то, что оно поставляет Израилю подводные лодки, способные нести «смертоносные боеголовки». Нобелевский лауреат призывает мировое сообщество отказаться от лицемерия двойных подходов и взять под «беспрепятственный и постоянный» контроль атомные программы как Тегерана, так и Тель-Авива. Также он говорит о том, что в случае нападения на Иран немецкий народ станет соучастником этого преступления.

Вот и вся политическая часть стихотворения. Остальное – упражнения в политкорректности, в том числе заверения в любви к Израилю, покаянные признания «несмываемой печати вины» и превентивные возражения против обвинений в антисемитизме, которые, как уверяет Грасс, на него обязательно обрушатся. Но и в заговоре молчания вокруг нарастающей опасности войны, угрожающей в том числе и беспечной Европе, писатель участвовать не намерен. Он объясняет в стихотворении свои мотивы:

Почему ж я молчал до сих пор?

Я считал, что мое происхождение,

отмеченное неизгладимой печатью позора,

не позволяет мне укорять Израиль –

страну, к которой я отношусь по-дружески

и чьим другом я хочу остаться.

Почему же я заговорил теперь,

на старости лет, используя последние капли чернил,

что Израиль, ядерная держава, угрожает

и без того хрупкому миру на планете?

Потому что говорить необходимо сейчас,

ибо завтра может быть поздно.

(Перевод Бориса Хлебникова)

#{smallinfographicleft=342471}Гюнтер Грасс, пусть и с опозданием, явил миру ясную и понятную позицию человека, своими глазами видевшего в юном возрасте смертоносный смерч над Европой и возненавидевшего с тех пор всякую войну. Стихотворение стилистически напоминает антивоенное письмо Эмиля Золя «Не могу молчать!» и знаменитые тезисы Мартина Лютера, прибитые им на двери Замковой церкви в Виттенберге. Однако текст вызвал в мировых СМИ и на политической сцене скандал, превзошедший все мрачные ожидания автора. В родной ему Германии нашлись журналисты, назвавшие стихотворение «агрессивным агитационным памфлетом», «полной чушью», «безответственным текстом, передергивающим факты». Предупреждение о бедствиях войны, грозящих в том числе и Израилю – а все эксперты сходятся в том, что атака на Иран обернётся большими неприятностями для зачинщика, предупреждение, сделанное к тому же в самом благожелательном и корректном тоне, сочли возможным назвать «агрессивным выпадом» и «застарелой фобией». Самого престарелого писателя, автора антифашистского романа «Жестяной барабан» многократно и в самых нахальных выражениях назвали антисемитом, припомнили даже то, что на исходе Второй мировой войны он 17-летним парнем призывался в войска СС. «Он явно переоценивает собственную значимость», «окончательно съехал с катушек», «слеп на один глаз» – обрушились на голову Грасса потоки беспрецедентных поношений. «То, о чем необходимо сказать, лучше бы осталось невысказанным, – пишет газета Frankfurter Rundschau. – Оценку литературных достоинств мы предоставим литературным критикам. Но, наверное, только психологи в состоянии объяснить, почему старик «последней каплею чернил» решил нарушить некое табу, которое он сам и прописал себе и своему поколению».

Ещё более резкие, на грани истерики, последовали отклики из Израиля, причём уже на официально-государственном уровне. К критике в адрес Грасса присоединился премьер-министр страны Биньямин Нетаньяху, заявив, что «сравнение Израиля с режимом в Иране, который отрицает холокост и угрожает уничтожить еврейское государство, говорит мало об Израиле, но многое о Грассе».

Министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман назвал стихотворение Гюнтера Грасса «выражением цинизма некоторых западных интеллектуалов, которые ради популярности и желания продать побольше книг готовы во второй раз положить еврейскую нацию на алтарь безумного антисемитизма».

Министр внутренних дел страны Эли Ишай объявил немецкого писателя, лауреата Нобелевской премии персоной нон грата в Израиле. «Произведения Грасса – это попытка разжечь ненависть к государству Израиль и израильскому народу и тем самым послужить продвижению той идеи, которой он служил, будучи в рядах СС», – цитирует главу МВД Ynet.

Пикантность заявлению Ишая придает тот факт, что сам Эли Ишай является председателем ортодоксальной иудейской религиозной партии ШАС, которая намерена учредить рабочие лагеря для палестинских беженцев и провозглашает своей целью «полное искоренение» движения ХАМАС, этакое «окончательное решение палестинского вопроса».

Конечно, и в Германии, и в Израиле раздаются и здравые голоса в защиту немецкого писателя, в защиту его прав на свободу высказывания. Израильский историк Том Сегев, например, считает, что Грасс «вовсе не антисемит и не враг нашей страны».

Журналист Гидеон Леви в своей колонке в газете Haaretz раскритиковал решение израильских властей объявить Грасса персоной нон грата и предложил прислушаться к словам писателя: «Положение, при котором любой немец, осмеливающийся критиковать Израиль, автоматически обвиняется в антисемитизме, неприемлемо».

Ведь и в самом Израиле идут жаркие споры вокруг возможного воздушного удара по Ирану. «Это большая честь – быть объявленным персоной нон грата самим Эли Ишаем, – отмечает известный израильский писатель Эяль Мегед. – Ишай в жизни не читал строчки, написанной Грассом. Он не имеет ни малейшего понятия, кто это, не слышал о «Жестяном барабане», он невежда, расист и темный человек». Эяль Мегед добавляет, что ни в коем случае не оправдывает Грасса, однако «есть писатели, которые не заслуживают бойкота». Писатель Алон Хило тоже выразил недовольство решением Ишая: «Такой запрет не демократичен по своей сути и не имеет смысла. Даже если Грасс и выразил свое мнение о важной проблеме неподобающим образом, следует наладить диалог, а не просто отрезать человека. Этим ничего не добьешься», – сказал он.

Не понимает причин возмущения президент немецкой академии искусств Клаус Штек. Каждый, по его мнению, имеет право высказаться без риска тут же получить ярлык врага Израиля и антисемита. В Берлине, Штуттгарте и ряде других немецких городов прошли демонстрации в поддержку писателя. Демонстранты кричали: «Спасибо тебе, Гюнтер Грасс, ты прав!» Людям надоело лицемерие, их допёк моральный террор лицемеров, затыкающих рот всякому, несогласному с их «единственно правильной линией».

В ветхозаветном Израиле, как знаем из Библии, пророков побивали камнями, впоследствии же их предсказания объявлялись истинными. Не вышло бы то же самое с предупреждениями старого немецкого мудреца Гюнтера Грасса.

Источник: Портал Iran.ru