Сейчас идет военная реформа, которая сводится к сокращению количества офицеров. Изменяется организационно-штатная структура военных формирований, происходит переход от полков и дивизий к бригадам, а это означает, что часть военных городков закрывается, а в другие переводится больше военнослужащих. Появляется скученность молодых людей, резко меняются бытовые условия. Кубрики в казармах, рассчитанные на проживание трех-четырех контрактников (официально назывались «Общежития кубрикового типа» – прим. ВЗГЛЯД), сейчас заполняются военнослужащими по призыву, по 10–12 человек на один кубрик, строятся двухэтажные нары и т.д.

#{best_opinions}Итак, сокращается количество офицеров, и некому следить за солдатами. Изменяются социально-бытовые условия. Сокращается медицина. Поэтому увеличивается и количество правонарушений.

Вообще, сейчас видно, что то, что принято называть дедовщиной, связано не со сроком службы по призыву, а с тем, что у военнослужащего по призыву нет четкого правового статуса. У него нет правовых механизмов защиты. Фактически единственное, что ему дано по Уставу, – обратиться к вышестоящему командиру.

Насилие сейчас приобрело другие формы. Где-то национальные меньшинства объединяются и диктуют свою волю, причем не только северокавказские, бывают и другие. Где-то просто чистый криминал: создают систему вымогательства, и те, кто могут заплатить, более или менее нормально живут, а над остальными начинают издеваться, притеснять и т.д. Где-то, где офицеры следят за порядком, таких явлений нет. В некоторых случаях сохраняется старая система: те, кто полгода отслужил, считаются дедами. Но чаще всего происходит именно вымогательство.

Настоящая реформа – это переход к новым военным служебным отношениям, когда военнослужащий является гражданином в полном смысле этого слова с небольшим ограничением прав, обусловленных спецификой службы.

У офицеров должна быть опора в виде сержантов, которые еще не пришли в войска. Сейчас у командира мало рычагов влияния на дисциплину. Сержантов нет, а мера в виде дисциплинарного ареста – гауптвахта – практически не работает. Чтобы была дисциплина, нужен кнут и пряник, а сейчас законного, легального кнута в руках командиров не осталось, и это большая проблема. Во многих случаях единственным средством поддержания дисциплины становится насилие.

Из интервью газеты ВЗГЛЯД