Опыт последних двадцати лет дал нам некоторые законы, которые мы должны соблюдать. Средства массовой информации есть добросовестные, есть не совсем добросовестные, есть совсем не добросовестные, есть независимые, есть продажные или, как сейчас говорят, ангажированные, а есть просто невежественные, которые ничего не понимают в вопросах Церкви. И поэтому правила взаимоотношений священнослужителей с теми или иными средствами массовой информации разные.

Какой может быть диалог расстрельной команды на Соловках и заключенных, которых поставили у оврага, чтобы пустить пулю в лоб?

СМИ стали более профессиональными. Когда-то они могли совершенно спокойно сообщать, что патриарх обратился к верующим «с приветственным акафистом», или что-нибудь в этом роде. Для нас это было смешно.

В СМИ есть разные отделы. Информационные структуры ведут себя с Церковью одним образом, художественное вещание – другим, а ток-шоу – третьим. И тоже в зависимости от жанров и подачи материалов участие того или иного священника будет различным.

В информационных отделах священник выступает в качестве эксперта и, хотя сам от лица Церкви не выступает, как бы отвечает за всю Церковь.

Он всегда очень нужен в кадре. Я говорю: «Пусть скажет светский человек! Вот у нас есть специалист», – и предлагаю эксперта по проблеме. А мне отвечают: «Нет, нам светский не нужен, нам нужен только человек в рясе, потому что это зрительный образ».

Часто в таких случаях священник может высказать веское экспертное слово.

А в ток-шоу иногда священника зовут в качестве не эксперта, а мишени. Чтобы все сидели и над ним издевались.

Я был деканом факультета журналистики РПУ, и поэтому еще до работы в Патриархии, да и потом, когда я стал работать в Патриархии, меня звали и зовут на всякого рода мероприятия. Я за последние лет семь–восемь не посетил ни одного ток-шоу. Потому что этот жанр, я считаю, категорически вреден для священнослужителя и для образа Церкви.

Есть, конечно, у нас уникальные люди, которые умеют держать оборону, такие как протодиакон Андрей Кураев или протоиерей Всеволод Чаплин, которые удивительным образом могут не раздражаться, не повышать голос тогда, когда я бы уже вышел из себя. Но эти люди – исключение из правил.

Я считаю, что ток-шоу – какие бы они ни были, на каком бы канале они ни выходили – не годятся нам как жанр. Там не ищут истину. Там ищут драматургию. Скандал. Нужно противостояние. Чем больше друг на друга будут люди орать, кричать, чем больше они будут не давать друг другу говорить, тем лучше удалось ток-шоу.

Истина там совершенно и абсолютно неинтересна. Всегда заранее знают ответы на вопросы – или ведущий, или редактор, или автор сценария передачи.

Я видел сценарии ток-шоу. Я говорил моему приятелю, замечательному ведущему Первого канала Максиму Шевченко: «Дайте мне посмотреть сценарий. Мне очень важно узнать, дадите ли мне высказаться. Потому что я не буду никого перебивать, я буду ждать, когда мне дадут слово. Мало того, если хоть один человек меня перебьет, то я больше не скажу ни одного слова». Он ответил: «Нет, это не годится. Тогда мы вас не позовем. У нас это невозможно!»

Хорошо священнику быть там, где есть один собеседник и предмет обсуждения. Когда люди могут высказывать совершенно разные мысли, но они дают высказаться друг другу. Такие программы очень удачны.

Хорошо, повторюсь, священнику выступать в информационных программах, если эти новостные передачи не совсем уж ангажированные. Например, в воскресных выпусках или итоговых программах НТВ, когда даются большие сюжеты, на протяжении уже многих лет священнику категорически нельзя появляться.

Там выхватывают только то, что нужно авторам, особенно в последние годы это стало просто неприлично. На НТВ нужны жертвы, чтобы на них потоптаться, как-то их дискредитировать и таким образом дискредитировать Церковь, поймать на слове.

Поэтому я считаю, что ни один священнослужитель не может выступать на НТВ, пока канал не пересмотрит свою политику в отношении Церкви.

Есть еще одна причина. Может быть, там и нет никакого заказа, но есть определенная конъюнктура.

Мне позвонили недавно с этого канала и спросили: «Вы (не я лично, а Церковь) не хотите диалога с обществом?» Я ответил: «Ну, во-первых, вы не общество. Категорически не общество. Во-вторых, то, что творится на НТВ, к диалогу не имеет никакого отношения. Какой может быть диалог расстрельной команды на Соловках и заключенных, которых поставили у оврага, чтобы пустить пулю в лоб? Это не диалог. Кроме того, вы знаете заранее ответы на все вопросы. Поэтому вам священник нужен только как жертва или мишень, в которую можно направить свои стрелы».

Такие передачи, как «НТВшники», еще и просто бездарны с профессиональной точки зрения – я говорю как специалист в этой области. Они не удосуживаются даже понять предмет рассуждения, не знают, о чем они будут говорить. Это просто абсолютно невежественная болтовня на тему.

Они зовут таких же невежественных экспертов, да еще и таких людей, которых в приличное общество пускать просто невозможно, – лжецов, клеветников в отношении Церкви, известных своими деяниями, уже сто раз пойманных за руку как воришки и как лгуны. И зовут именно в силу своего непрофессионализма, именно потому, что они просто ничего не понимают в этой области.

Как может священник пойти на это судилище-блудилище для того, чтобы серьезно что-то говорить? Я призываю священнослужителей в этом балагане не участвовать.

Этот канал себя квалифицирует как очень либеральное и свободное телевидение. Генеральный директор НТВ В. М. Кулистиков – человек, который проработал много лет на радиостанции «Свобода» (хотя, как недавно напомнил наш премьер-министр, это была ангажированная радиостанция, существовавшая на деньги Центрального разведывательного управления).

Но очень любопытно: они вытягивают всех раскольников, которые выступали и обвиняли Церковь как раз в либерализме, в свободе, в слишком широком отношении, открытости, стремлении к диалогу. НТВ вставало на сторону бывшего епископа Диомида, теперь – на сторону ижевских раскольников, обвинявших Церковь именно в том, в недостатке чего ее обвиняют они.

Ток-шоу – какие бы они ни были, на каком бы канале они ни выходили – не годятся нам как жанр

Эта непоследовательность в своей позиции обнаруживает четкий заказ – может быть, не политических структур, но по крайней мере идеологии, некоего образа мышления. Для таких людей евангельское слово, Христос, религиозное сознание – как огонь, который их поджигает, их совесть. И они будут бороться до последнего, до конца.

Вот с этими людьми, которые не умеют вести диалога, вообще пока общаться церковным людям нельзя.

Некоторые задают вопрос: «Как следует противостоять антицерковной пропаганде?» Обязательно нужно уличать во лжи. Это дело церковных СМИ и церковного общества.

В связи с развитием Интернета сейчас оценивается любая ложь, но этих людей это совершенно не смущает. Их поймали на лжи, а они говорят: «Ну и что? Это наша работа. Мы и дальше будем лгать». Раньше люди хотели казаться приличными, а теперь это уже никому не нужно.

Но нам нужно отстаивать правду. Всегда. Особенно когда лгут, кощунствуют в отношении Святой Церкви, мы не должны оставаться безответными.

Источник: Сайт «Православие и мир»