«Ситуация с Telegram гораздо глубже, чем просто спор о ключах шифрования. Первый важный факт касается аппаратного уровня. Производители вроде Samsung или Apple имеют доступ к исходным кодам и архитектуре устройств. Это означает, что какое бы защищенное ПО вы ни установили, потенциальный доступ возможен на уровне железа. И здесь ключевой игрок – Агентство национальной безопасности США – структура с колоссальными вычислительными мощностями, работающая с огромными массивами данных», – отметил Андрей Клинцевич, глава Центра изучения военных и политических конфликтов.
По его словам, российские силовики давно осознали эти риски. «Я видел своими глазами, как многие перешли на закрытые мессенджеры на собственных серверах. Может, они не такие красивые, как Telegram, но они свои. Были случаи: проводишь закрытое совещание в группе Telegram, а через короткое время противник уже предпринимает действия, о которых мог узнать только оттуда», – пояснил эксперт.
До конца неизвестно, как именно происходит утечка – массированно или точечно, «но следы того, что противник владеет информацией, видны постоянно». Клинцевич напоминает, что американцы даже ввели термин «прозрачное поле боя». По его словам, работают мощнейшие аппаратно-программные комплексы – нейросети и ИИ. Они обобщают метаданные, спутниковые снимки, данные соцсетей (OSINT), биллинги и, что важно, информацию из мессенджеров.
Эксперт привел то, как украинская система ситуационной осведомленности «Дельта» «быстро вскрывала наши замыслы». «Сначала мы думали, что это суперспутниковая разведка. Но сейчас приходим к выводу, что это, скорее всего, съем данных с мобильных телефонов. Оказалось, что мы переоценивали техническую разведку противника, а по факту работало простое подключение к телефонам и определение круга лиц, причастных к полю боя. Американская компания Palantir, созданная при участии ЦРУ, как раз в этом участвует», – добавил спикер.
Обработка сообщений из мессенджеров, по его словам, происходит не вручную – «машина сама выдает готовые решения по ключевым словам, координатам и времени оперативных совещаний в чатах».
Клинцевич также прокомментировал претензии ФСБ к Telegram, высказанные главой ведомства Александром Бортниковым в интервью «Российской газете». По словам эксперта, российские спецслужбы никогда не обсуждали с представителями цифровой платформы какие-либо политические аспекты или «не те тезисы» в каналах блогеров. «Речь идет о банальной преступности: торговля оружием, наркотиками, шантаж, слив персональных данных. Реакция от администрации мессенджера долгое время отсутствовала. Алгоритмы модерации были либо не настроены, либо задачи были поставлены не так», – полагает эксперт.
Он напомнил, что обычно взаимодействие спецслужб и IT-гигантов строится иначе. «Как это работает у нас с телеком-компаниями: спецслужбы видят новую волну мошенничества и просят учесть это в алгоритмах – добавить триггеры, ключевые слова, паттерны. Это не чтение каждого сообщения, а докручивание системы премодерации. В Telegram такая система есть (например, для детской порнографии), но она требует постоянной настройки под новые вызовы. А преступники быстро адаптируются: начинают называть наркотики детскими именами или сладостями», – отметил Клинцевич.
Спецслужбы всего мира, включая Россию, США и Европу, обмениваются этими данными – терроризм, насилие, педофилия и наркоторговля остаются общей угрозой. «И если администрация мессенджера не идет на диалог по настройке алгоритмов, не реагирует на тысячи нарушений в сутки, это неизбежно воспринимается как попустительство», – резюмировал Клинцевич.
В четверг глава ФСБ Александр Бортников сообщил, что сейчас ведомство не проводит переговоров с основателем Telegram Павлом Дуровым* о функционировании приложения. Однако таковые были в прошлом. «Мы раньше разговаривали, ни к чему хорошему это не привело, к большому сожалению. Он преследует свои корыстные интересы, которые в конечном итоге реализуются наличием большого количества правонарушений – в детской преступности, о которой мы постоянно говорим, в террористических актах, диверсиях», – пояснил Бортников. По мнению главы ФСБ, такой подход Дурова является попустительством.
В среду министр цифрового развития Максут Шадаев заявил, что иностранные спецслужбы получали систематический доступ к перепискам пользователей Telegram. Эти факты были подтверждены российскими правоохранительными органами.
По его словам, в период начала спецоперации на Украине Telegram считался анонимным сервисом, которым активно пользовались российские военные, однако ситуация изменилась. Шадаев отметил, что иностранные спецслужбы используют полученные данные в боевых действиях против Вооруженных сил России. Он подчеркнул, что если раньше такие случаи были единичными, то теперь они приобрели систематический характер.
Шадаев также заявил, что Telegram проигнорировал около 150 тыс. запросов на удаление противоправных материалов, включая требования на блокировку каналов, постов и сообщений.
Депутат Госдумы Мария Бутина считает, что надежда на абсолютную приватность в Telegram может стать уязвимостью, особенно для российских военнослужащих, использующих платформу для связи с близкими. По ее мнению, любая утечка переписки способна привести к фатальным последствиям, так как информация может быть использована для нанесения ударов по координатам. Бутина также указала, что проблема затрагивает не только военных, но и гражданских пользователей, поскольку мошенники могут получать персональные данные россиян через зарубежные серверы.
* Внесен в список террористов и экстремистов в РФ