«Наш фонд уже месяц работает в режиме чрезвычайной ситуации – собираем максимальное количество волонтеров для помощи нашему маленькому коллективу (у нас всего в фонде традиционно работают пятеро). Уже с первых дней спецоперации и даже раньше, с 18 февраля, когда была объявлена эвакуация с территорий ДНР и ЛНР, мы работаем по трем основным направлениям помощи», – рассказала Наталья Авилова, директор благотворительного фонда «Доктор Лиза» имени Елизаветы Глинки.
Первое направление – помощь беженцам, которых разместили на территории России, пояснила собеседница. «Мы передавали детское питание, питьевую воду, другие вещи первой необходимости. Помогали тем, кто нуждается в жизненно необходимых лекарствах, например, в инсулине», – рассказывает Авилова.
По словам собеседницы, сейчас в кампанию помощи беженцам из Донбасса включились множество фондов, волонтерских объединений, НКО. Поэтому фонд «Доктор Лиза» переориентировался на адресную поддержку тех, кто наиболее нуждается в помощи.
«Сейчас мы сконцентрировались только на детях-сиротах, которые были размещены в специальных пунктах или гостиницах в разных регионах, а также на тяжелобольных детях, которые были эвакуированы из ДНР и ЛНР, – сообщила Авилова. – Такими группами мы до сих пор продолжаем заниматься. Мы постоянно на связи с теми, кто руководит пунктами временного пребывания, выясняем, где находятся больные дети или дети-сироты. Если не хватает продуктов, одежды, лекарств, то с нами оперативно связываются».
«Второе направление нашей работы – помощь тем детям, которые находятся на территории республик Донбасса. Это и те, кто был ранен во время обстрелов, и тяжелобольные дети – например, онкологические больные. Наши волонтеры помогают переправить маленьких пациентов в клиники Донецка. Есть дети, которым могут оказать помощь только наши, российские врачи – например, при лечении пороков сердца. Мы помогаем переправить таких детей в Россию и следим, чтобы им были обеспечены лечение и врачебный уход».
«Самая серьезная и тяжелая работа у нас связана с тем, что очень многим больным детям можно оказать помощь на месте. Они привязаны к химиотерапии, гемодиализу, другим жизненно важным процедурам – или, к примеру, ребенка только что прооперировали. То есть, эвакуировать таких детей нельзя и можно помочь на месте. Но у врачей заканчиваются материалы, не хватает оборудования, белья для организации большого количества мест для больных. Нужны катетеры, подгузники, лекарства и многое другое. Мы все это закупаем и отправляем», – рассказывает Авилова.
Она обращает внимание на то, что на данный момент фонд собирает исключительно денежные средства и не принимает никаких лекарств и других материалов от дарителей. Ведь неизвестно, правильно ли все это хранилось, при каких условиях, где куплено и так далее. Исключение составляют производители медицинского оборудования и фармацевтические компании.
Кроме того, онкобольным детям противопоказано носить не новую одежду, поскольку у них существенно снижен иммунитет, пояснила Авилова. «В этот раз мы попросили давать нам только пожертвования, чтобы мы могли закупать оборудование, расходники, менять сломавшиеся оборудование и чтобы сотни детей оставались в ДНР и ЛНР и получали адекватное лечение на месте», – отмечает собеседница.
Нередки были случаи, когда фонд сталкивался с недобросовестными людьми: например, в качестве гуманитарной помощи приносили товары ненадлежащего качества, заметила Авилова. «Поэтому все необходимые средства специально закупаются, на медикаменты есть соответствующие сертификаты, и официально передаются в больницы или адресно семьям», – подчеркнула руководитель фонда.
«Тем же, кто хочет помочь людям Донбасса, и в том числе детям, могу дать совет: чтобы не наткнуться на мошенников и чтобы помощь действительно дошла до адресата, следует тщательно изучить информацию о фонде или организации, через которую идет помощь, – заметила Авилова. – Во-первых, надо понять, что фонд опытный, а, во-вторых, убедиться, что у них есть адекватные специалисты».
«У нас, например, медики работают, поэтому мы можем взаимодействовать с медикаментами и специальным оборудованием. Как обычно происходит: привозится гуманитарная помощь, выгружается на условный склад, а дальше ждут, как его распределят. Но у нас, например, такого не бывает, помощь направленная – конкретный аппарат ИВЛ доставляется в конкретную клинику, под которую он был закуплен, конкретная таблетка – для конкретного ребенка», – поясняет Авилова.
Эксперт обращает внимание на то, что «даже помощь в виде 50–100 рублей имеет место быть», поэтому не нужно стесняться отправлять в профессиональные фонды даже такие небольшие суммы.
Известно, что Россия уже доставила на Украину более 4,5 тыс. тонн гуманитарных грузов, проведена 561 гуманитарная акция, также на российских пунктах сбора подготовлено свыше 21,8 тыс. тонн продуктов питания, лекарственных препаратов и предметов первой необходимости.