Совместная рабочая группа Следственного комитета России и Национальной медицинской палаты предложили заменить лишение свободы в проекте статьи Уголовного кодекса о врачебных ошибках на «альтернативные меры наказания», говорится на сайте СК РФ.
«Мне хочется адресовать вопрос господину Рошалю, о какого рода наказаниях идет речь? Может быть, он имеет ввиду розги или общественные работы? Огромное количество врачей было крайне удивлено, когда мы увидели доктора Рошаля за обсуждением вопросов о том, как нас нужно наказывать», – заметил Ашихмин.
По мнению эксперта, такая постановка вопроса, а также диалог с силовыми ведомствами в подобном ключе может зарубить на корню пробивающиеся в России ростки современной медицины.
Ашихмин подчеркнул, что ни в одной стране мира не используется термин «ятерогенное преступление». Термин «ошибка» предполагает отсутствие злого умысла, а вместо наказания людей необходимо сначала хорошо обучить современным технологиям, уверен врач.
«Сегодня в медицину входит огромное количество сложных, новейших технологий, которые позволяют помогать крайне тяжелым пациентам и их применение априори сопряженно с высоким риском осложнений. Если врачи будут думать о том, что за ошибку может последовать какое-либо наказание, они просто не будут использовать эти технологии, и это приведет к тому, что мы останемся в медицинском средневековье», – предостерег Ашихмин.
Медицинские ошибки, по мнению Ашихмина, неизбежны. «Чем более сложные случаи берется лечить врач, тем более вероятно их наступление. В самом худшем случае, если речь идет не об ошибке, а о дефекте оказания медицинской помощи, можно приостанавливать лицензию врача или медицинского учреждения, а также рассматривать вопрос о материальной компенсации», – считает врач.
Эксперт также отметил, что при наличии осложнений ни Минздрав, ни СК не смогут точно установить: имела место врачебная ошибка, дефект медицинской помощи или же осложнение определялось состоянием организма и его нельзя было избежать в принципе. По мнению Ашихмина, установить правила игры должна профильная медицинская ассоциация, и именно в ее сфере ответственности должен находиться разбор ситуаций с возникшими осложнениями.
«Возьмем случай, когда пациенту со сложной анатомией сосудов был поставлен стент новой модели и пациент умер. С чем это связано, это халатность или ошибка? Особенность пациента, которая не давала возможности реализоваться никакому другому сценарию, кроме смерти? На эти вопросы сможет ответить только профильная ассоциация. У следователей никогда не будет достаточно компетенции, и у патологоанатомов, которые не знакомы с техникой стентирования, тоже их не будет», – заметил медик.
Нужно как можно быстрее передать эстафету профильным медицинским ассоциациям, которые должны быть рефери между ЛПУ, пациентами и врачами, уверен собеседник.
Ашихмин пояснил: российская медицина сейчас проходит тяжелый период обучения работы с новыми технологиями. «На Западе есть термин – «вопросы, связанные с прохождением кривой обучения», по сути в это понятие завуалированно включается риск возникновения медицинских ошибок при освоении технологии. Мудрые организаторы здравоохранения прекрасно понимают, что если правильно выстроить обучающую среду, все четко контролировать, но при этом никого не наказывать, то быстро можно пройти эту кривую обучения и у нас появятся новые технологии лечения тяжелых болезней», – подчеркнул собеседник.
Если же идти по пути «наказания» за медицинские ошибки, врачи просто перестанут лечить пациентов. Смерть от той болезни, с которой пациент поступил в стационар, служит самым логичным сценарием с точки зрения Следственного комитета и патологоанатомов, констатировал Ашихмин.