Она напомнила, что сначала, после встреч, проведенных ею и Саакашвили в Москве, из Тбилиси был выведен штаб Группы российских войск в Закавказье.
«Потом ни капли крови не пролилось в Батуми, так как мы были на прямой связи с руководством России, ведь в Аджарии была российская военная база», – рассказала она о событиях весны 2004 года, которые завершились установлением контроля «революционеров» над этой автономией, лидер которой – Аслан Абашидзе – перебрался тогда в Россию.
«Была опасность, что база будет защищать Абашидзе, но нам в руководстве России пообещали, что этого не будет, и выполнили обещание. Что нам (в Москве) обещали тогда, то и выполняли», – сказала она.
По словам Нино Бурджанадзе, «в 2004-м был шанс на прорыв по Южной Осетии».
Эта перспектива появилась после встречи Путина и Саакашвили на саммите СНГ, и ее можно было бы реализовать, если бы грузинская сторона в том же году не предприняла первую попытку военных действий.
Она сказала, что тогда позитивный процесс был остановлен из-за начатых Саакашвили военных действий в Южной Осетии.
«Что касается Аджарии, Путин просил в телефонной беседе с Саакашвили только одного, и я была при этом: чтобы Грузия не начала после того, как Абашидзе вылетит в Москву, разговоров, что президент России специально вывозит лидера «пророссийских сепаратистов», чтобы потом создать проблемы Грузии. Саакашвили обещал не начинать таких разговоров», – поведала Нино Бурджанадзе.
Также, по ее словам, Саакашвили попросили не начинать правовое преследование Абашидзе, а взамен гарантировали, что лидер Аджарии не включится в политические процессы.
Нино Бурджанадзе заявила, что уже спустя месяц Саакашвили начал искать Абашидзе через Интерпол, нарушив договоренности, а потом экс-президент Грузии обвинил Россию, что та «специально забрала» лидера Аджарии, чтобы «использовать его против Грузии».
То есть Саакашвили нарушил все, что обещал, отметила она.
На днях она заявила, что Владимир Путин не является врагом Грузии.