До последнего времени ракета-носитель (РН) «Союз-ФГ» считалась одним из самых надежных носителей – 100% успешных пусков. Первый – с грузовым «Прогрессом М1-6» – состоялся 20 мая 2001 года, а первый старт с пилотируемым «Союзом ТМА-1» – 30 октября 2002 года. Всего «Союз-ФГ» уходил в космос 64 раза, всегда успешно. Так было до 11 октября 2018 года, пока на 165-й секунде полета не произошла авария ракеты-носителя.
«Союз-ФГ», созданный в самарском Ракетно-космическом центре «Прогресс», предназначается для выведения на околоземную орбиту пилотируемых кораблей типа «Союз» и грузовых кораблей «Прогресс». В настоящее время единственный в мире носитель, используемый для запуска пилотируемых кораблей с экипажами к Международной космической станции.
В этом году носитель «Союз-ФГ» уже отправил на МКС две экспедиции. 21 марта был осуществлен запуск транспортного пилотируемого корабля (ТПК) «Союз МС-08» с тремя членами экипажа – космонавтом Олегом Артемьевым и астронавтами НАСА Эндрю Фойстелом и Ричардом Арнольдом. 6 июня в космос отправился «Союз МС-09», на борту которого тоже трое – космонавт Сергей Прокопьев, астронавт НАСА Серина Ауньен-Чэнселлор и астронавт Европейского космического агентства Александр Герст, которые сегодня работают на МКС и ожидали прибытия двух своих коллег.
11 октября экипаж космического корабля «Союз МС-10» в составе космонавта Роскосмоса Алексея Овчинина и астронавта НАСА Ника Хейга до МКС не добрался. Авария РН «Союз» преградила им дорогу в космос. Экипаж остался жив. Второй раз в истории отечественной космонавтики жизнь людей спасла САС – система аварийного спасения космонавтов. Она, как и 35 лет назад, продемонстрировала свою исключительную надежность.
Тогда, 26 сентября 1983 года, благодаря уникальной разработке Машиностроительного конструкторского бюро «Искра» имени И. И. Картукова были спасены Владимир Титов и Геннадий Стрекалов – экипаж корабля «Союз Т-10» (позднее он войдет в реестр пилотируемых полетов под номером «Союз Т-10-1»). Правда, в тот сентябрьский день ситуация была иной – взрыв ракеты-носителя произошел на стартовом столе «гагаринского старта», и САС сработала по команде «стреляющих» (газета ВЗГЛЯД подробно об этом рассказывала).
В этот раз «Союз-ФГ» тоже стартовал с площадки № 1 космодрома Байконур и успешно оторвался от Земли, но на 165-й секунде полета случилось непредвиденное. Об этом сообщил космонавт Алексей Овчинин во время переговоров с Центром управления полетами: «Две минуты сорок пять секунд. Авария носителя. Быстро мы прилетели», – сказал он перед началом экстренного приземления.
Уже через несколько минут после аварийной посадки глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин сообщил в своем «Твиттере»: «Для выяснения причины аварии на РН «Союз-ФГ» моим решением образована государственная комиссия. Она уже приступила к работе. Изучается телеметрия. Службы спасения работают с первой секунды аварии. Система аварийного спасения корабля «Союз-МС» сработала штатно. Экипаж спасен».
Конечно, это самое главное – живы люди, хоть и испытали не самые приятные ощущения при баллистическом спуске спускаемого аппарата. ТАСС передает, что «космонавта Алексея Овчинина и астронавта НАСА Ника Хейга осмотрели медики, их состояние не вполне хорошее».
Научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев в комментарии газете ВЗГЛЯД пояснил, что нагрузка 6g вполне допустима и не угрожает здоровью космонавтов. «В диапазоне 9g космонавты уже не раз спускались на баллистическом спуске с орбиты, и все кончалось благополучно».
Припоминается полет «Союза-18» с космонавтами Василием Лазаревым и Олегом Макаровым, которые тоже не долетели до пункта назначения – орбитальной станции «Салют-4». В сообщении ТАСС говорилось: «На участке работы третьей ступени произошло отклонение параметров движения ракеты-носителя от расчетных значений, и автоматическим устройством была выдана команда на прекращение дальнейшего полета по программе и отделение космического корабля для возвращения на Землю. Спускаемый аппарат совершил мягкую посадку». Позднее этот корабль назовут «Союз-18-1», а в техническом заключении, которое подпишут члены Государственной комиссии, появятся строки: «После отделения корабль совершил суборбитальный полет длительностью 21 минута 27 секунд, поднявшись на высоту 192 км и пролетев 1574 км».
Нельзя не вспомнить и Бориса Волынова, который в 1969 году возвращался из космоса на «Союзе-5» и космический корабль шел к Земле по крутой баллистической траектории. Помимо тяжести перегрузки, получилось жестким и приземление. От серьезных травм и переломов спас ложемент – специальный «вкладыш» в кресле космонавта, изготовленный строго по фигуре.
Но удар был настолько силен, что сломались корни зубов верхней челюсти. В сообщении ТАСС обо всем этом – ни слова.
Говорилось, что полет прошел успешно, а корабль приземлился в заданном районе. Этот район оказался в стороне от изначально запланированного почти на 600 км.
Что касается аварии «Союза-ФГ», то аварийной комиссии будет сложно установить причины произошедшего, поскольку ступени в результате падения оказались критически повреждены, сообщил источник в ракетно-космической отрасли. По его словам, вся надежда остается только на телеметрическую информацию, которая поступала с ракеты во время полета на наземные пункты. Предварительно уже озвучивались несколько версий.
В частности, предварительно установлено, что «Союз» мог упасть из-за не сработавшего пиропатрона одного из блоков или заклинившего крепления первой ступени ко второй. Об этом РИА «Новости» сообщил источник в ракетно-космической отрасли.
«Когда ракета стартует, четыре блока первой и центральный блок второй ступени работают параллельно. Или пиропатрон не сработал, который должен был откинуть боковой блок в сторону, либо что-то произошло с «зацеплением», которое находится в верхней части бокового блока ступени», – сообщил источник. Он объяснил, что «зацепление» – это штырь, который входит в специальный «карман» на центральном блоке».
«Это механическая система. Срабатывают пиропатроны – чтобы развести блоки, «зацепление» выходит из «кармана», и остатки газов из двигателей ракеты и пиропатронов отталкивают боковые блоки. Один из блоков не отошел. Он пошел назад и в полете ударил по второй ступени. Начались резкие перегрузки, и автоматика отключила двигатели второй ступени», – сказал он.
Если данные предварительные выводы верны, можно сказать, что
причиной аварии послужило уникальное обстоятельство, ранее в практике космических запусков не встречавшееся.
Да и не менее уникальной выглядит, как уже было сказано, сама авария. Череда космических неудач России впервые коснулась самого надежной, самой проверенной ракеты, пусть и последней ее модификации (раньше падали в основном РН «Протон»). Той самой, которая должна стать последней в целом в истории «Союзов» первого поколения. Напомним, в июле стало известно, что существующий запас ракет «Союз-ФГ» скоро будет исчерпан, а пилотируемые пуски будут переведены на РН «Союз 2.1а». Заказ на три первые ракеты нового типа уже размещен в РКЦ «Прогресс» и предприятие начало их изготовление.
Первый запуск ТПК «Союз МС» на новом носителе «Союз 2.1а» намечен на весну 2020 года. Это подтверждал и глава Роскосмоса Дмитрий Рогозин: «У нас осталось семь ракет «Союз-ФГ», на которых сейчас летают пилотируемые корабли «Союз». До конца 2019 года мы эти ракеты отстреляем». Он также сказал, что после завершения пусков «Союза-ФГ» «гагаринский старт» на Байконуре встанет на модернизацию и будет переделан под ракету «Союз-2.1а».
В наше время все привыкли к космическим стартам. Порой они воспринимаются как нечто само собой разумеющееся. О тех, кто отправляется на орбиту, спокойно и буднично говорят: «Ушли на работу». Кто-то даже предложил: давайте не присваивать космонавтам за осуществленный полет звание Героя России – это теперь не подвиг, а простая работа. Это не так – и события 11 октября лучшее тому подтверждение.
Но космической репутации России нанесен серьезный ущерб, заявил зампред комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Алексей Кондратьев. «Не надо забывать, что мы используем космос в международной сфере и саму эксплуатацию выстраиваем в том числе за счет международного финансирования», – заявил Кондратьев. По его словам, людям, отвечающим за производство техники и организацию полетов, «должны быть предъявлены соответствующие серьезные вопросы».