Глава РФПИ Кирилл Дмитриев допустил возвращение американских нефтяных компаний на российский рынок. Российский рынок из-за событий на Украине покинули такие международные концерны, как ExxonMobil, BP, Shell, Equinor, Eni, а также ряд менее крупных компаний, в том числе в нефтесервисном бизнесе.
«Первые совместные предприятия с западными компаниями развалились еще в 2014 году, когда США ввели санкции после присоединения Крыма, которые запрещали западным компаниям работать на шельфовых месторождениях России и на месторождениях с трудноизвлекаемой нефтью. Было запрещено финансировать, поставлять оборудование и прочее», – напоминает Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ).
СП с российскими компаниями по разработке месторождений на шельфе и с трудноизвлекаемой нефтью были у Statoil, Eni, Shell, Total. BP хотела создать с «Роснефтью» Арктический альянс, но потом эту сделку заключили с ExxonMobil по разработке месторождения «Победа» в Карском море. «Лукойл» и Total собирались вместе разрабатывать месторождения Баженовой свиты.
Поэтому, чтобы эти компании вернулись в проекты, должно сойтись сразу несколько факторов. Во-первых, для начала надо, чтобы США отменили еще те санкции, которые запрещают разработку шельфовых месторождений и месторождений с трудноизвлекаемой нефтью, говорит Юшков. «Американцы никогда в своей истории не отменяли санкции, но они могут заморозить санкции через выдачу генеральной лицензии на исключение из-под санкций. Поэтому правильней говорить не об отмене, а о заморозке санкций», – говорит эксперт ФНЭБ.
Во-вторых, добавляет эксперт, западные компании должны будут либо согласиться годами вкладывать миллиарды долларов в очень сложные проекты Баженовой свиты и на шельфе, либо прийти со своими технологиями разработок сланцевых месторождений и приспособить их к российским геологическим реалиям, либо и то, и другое.
При этом всегда есть риск, что следующий президент США или даже текущий президент при ухудшении отношений с Россией может вернуть обратно санкции и превратить инвестиции западных компаний в пыль. Поэтому шансы, что западные инвесторы захотят вернуться в сложные добычные нефтяные проекты в России, небольшие.
Что касается долей в российских компаниях, то на самом деле не все западные гиганты вышли из российских компаний. Например, BP по-прежнему владеет 19,75% акций в «Роснефти», итальянская Eni так и не вышла из «Голубого потока». Пять европейских компаний, которые участвовали в финансировании «Северного потока – 2», тоже могут в любой момент вернуть на баланс этот проект.
«Самая яркая история ухода из России, конечно, это уход BP из «Роснефти». Руководство «Роснефти» постоянно троллит руководство BP: во время выступления на различных мероприятиях периодически передает привет «бипишникам» как акционерам, напоминая, что они обещали, но так и не вышли из капитала компании. Понятно, что на практике BP не хочет расставаться с этим активом, потому что второй раз такой актив никогда уже не купишь»,
– говорит Игорь Юшков.
Вот ExxonMobil и Shell вернуться в сахалинские проекты теперь будет крайне тяжело, только если они решатся выкупить долю на рыночных условиях еще раз, считает эксперт. Доля Shell в «Сахалине-2» уже передана Газпрому, а доля ExxonMobil в «Сахалине-1» ушла «Роснефти».
Причем ExxonMobil вряд ли стоит рассчитывать на зеленый свет в России даже при отмене санкций, из-за своего враждебного поведения при выходе из проекта. Американцы блокировали добычу на «Сахалине-1», забрав своих специалистов, и потребовалось время, чтобы запустить добычу заново. При этом у Shell была возможность остаться акционером и перезаключить контракт на покупку продукции, как это сделали японские компании, но она не пошла на этот шаг.
«Я думаю, что лучший вариант для западных компаний, на который они могут рассчитывать, это если Россия вернет им реальную рыночную стоимость тех активов, которые у них были в России, и вернет дивиденды, которые копятся на специальных счетах. Например, доля Shell в «Сахалине-2» была оценена, и Газпром заплатил по рыночной стоимости деньги, которые были зачислены на специальный счет типа C, то есть, по сути, остались у государства. Далее государство должно было провести оценку негативного воздействия Shell на Россию, и этот ущерб должен быть вычтен из стоимости доли компании в проекте», – говорит Игорь Юшков.
У ВP, которая продолжает оставаться акционером «Роснефти», копятся дивиденды на специальных счетах С. В таком же положении европейская Total Energies, у которой есть почти 20-процентная доля в «Новатэке» и ровно 20% в проекте «Ямал СПГ».
«В случае прекращения огня на выгодных для России условиях, западные компании могут получить какое-то справедливое вознаграждение за свои доли в российских компаниях и вернуть дивиденды», – рассуждает Игорь Юшков.
«Лично мне не хотелось бы, чтобы западные компании вообще возвращались в какие-либо наши проекты.
Нужно ли возвращение этих западных компаний нашим нефтегазовым гигантам в условиях, когда в ряде стран была изъята собственность российских нефтегазовых компаний, а часть активов, которые не были изъяты, пришлось спешно продать, а судьба другой части активов находится под вопросом? Нужно ли нам возвращение западных компаний в условиях, когда в западных странах против наших компаний выдвигаются претензии, которые удовлетворяются местными судами? А на нашей территории часть собственности тех компаний была переведена по «взаимозачету» в собственность других российских компаний? Не слишком ли много побито горшков?» – говорит Александр Фролов, заместитель гендиректора Института национальной энергетики, главный редактор отраслевого медиа «ИнфоТЭК».
Однако есть компании, которые хотели бы вернуться в Россию, и им точно будут рады российские нефтяники. Это нефтесервисные компании.
«Американские мейджоры (Exxion Mobil, Chevron) будут проявлять осторожность. Во-первых, правительство в США через четыре года может снова смениться – и тогда высока вероятность очередного ужесточения риторики по отношению к РФ. Во-вторых, тот же Exxon Mobil уже понес значительные убытки от потери доли в российских проектах. Выше всего, на наш взгляд, возможность возвращения американских нефтесервисных компаний в случае успешного урегулирования конфликта на Украине», – считает Сергей Кауфман, аналитик ФГ «Финам».
«Нефтесервисным компаниям выгодно продолжать работать в России, поэтому они всячески скрывали свой уход, передавали местному менеджменту все российские активы, переименовывали эти активы и явно заключали соглашения о возможности обратного выкупа своих активов», – говорит Юшков.
Из «большой четверки» нефтесервисных компаний Россию покинули только две – Halliburton и Baker Hughes. Тогда как Weatherford и SLB (ранее Schlumberger) так и не ушли с российского рынка. Правда, Weatherford сократила свое участие, расторгнув некоторые контракты. Но часть из них, по некоторым данным, достались SLB, которая в итоге даже расширяет свое присутствие в России. Это очень удобно делать, когда основные конкуренты ушли с рынка.
Юшков уверен, что Halliburton и Baker Hughes будут рады вернуться, но здесь, опять же, важна будет заморозка санкций, которые запрещают поставки в Россию энергетического оборудования, и ряда других ограничений, из-за которых работа компаний и пострадала.
«России возвращение нефтесервисных компаний, конечно, нужно. Это приведет к повышению рентабельности работы российских нефтяных компаний. Сейчас им приходится бурить несколько скважин вместо того, чтобы пробурить одну, но более технологичную скважину.
Простое бурение и ремонт российские компании делали и делают сами хорошо, а вот западные сервисные компании присутствовали именно в сегменте высокотехнологичных операций. Поэтому когда они ушли, это добавило издержек для российского бизнеса», – говорит Игорь Юшков. Он добавляет, что речь не идет о повышении добычи, потому что с этим проблем нет, наша добыча ограничена квотами ОПЕК+.
По большому счету все упирается в снятие американских санкций в отрасли. И здесь эксперты указывают на излишний оптимизм. «Если и будет какая-то заморозка санкций, то в первую очередь она коснется санкций в финансовой сфере. Потому что Трампу не нравится, что они приводят к снижению использования доллара и его влияния на мировую экономику. А вот в нефтегазовой сфере санкции, если и будут когда-то разморожены, то в последнюю очередь. А в газовой сфере шансов на снятие санкций вообще нет. Потому что в ближайшие годы Штаты собираются удвоить экспорт своего СПГ до 2028 года включительно. Поэтому США не будут что-то делать, что будет способствовать восстановлению поставок трубопроводного газа из России в Европу или запуску российских СПГ-проектов. Это конкуренты американского СПГ», – заключает эксперт ФНЭБ.