Отечественный судостроительный завод «Звезда» построил и передал заказчику первый танкер ледового класса Arc 7 для перевозки сжиженного газа. Этот газовоз, получивший имя «Алексей Косыгин», отправлен российской компании «Совкомфлот».
В 2026 году «Совкомфлот» планирует получить еще два таких танкера для перевозки сжиженного природного газа (СПГ). Учитывая, что сама компания под западными санкциями, то и перевозить принадлежащие ей суда будут подсанкционный СПГ – а именно газ с проекта «Арктик СПГ-2».
Уникальность этих газовозов в том, что ранее нигде в мире их не делали, кроме как в Южной Корее. Более того, там их начали делать исключительно по заказу российской стороны. Никто в мире больше не вывозит СПГ из Арктики. СПГ-заводы в Арктическом регионе есть только у России, поэтому нам и понадобились не просто газовозы, а газовозы самого высокого ледового класса Arc 7.
В свое время «Новатэк» для проекта «Ямал СПГ» заказал в Южной Корее 15 таких газовозов самого высокого ледового класса. Сегодня именно благодаря им СПГ вывозится с Ямала, что особенно актуально в зимний период. Сейчас на этом проекте задействовано 14 танкеров, а 15-й работает на заводе «Арктик СПГ-2».
Теперь у «Арктик СПГ-2» прибавится второй газовоз, а в 2026 году – еще два. «Это, конечно, позволит увеличить суммарный объем вывоза, особенно в зимний период, когда на Гыданский полуостров можно будет заходить либо в сопровождении атомных ледоколов на танкере класса Arc 4, либо с помощью газовозов класса Arc 7», – говорит Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ).
Однако газовозы на российском заводе собираются из судокомплектов из Южной Кореи. Россия пока не делает такие танкеры с нуля. «Южнокорейские судостроители успели до санкций 2022 года поставить судокомплекты, а французская компания успела установить систему мембраны, которая нужна для перевозки СПГ. Компаний, которые имеют свою мембранную установку и занимаются ее установкой, в мире немного», – говорит Юшков. Эта технология мембраны используется для создания мембранных танков – хранилищ сниженного природного газа на танкерах-газовозах.
Россия в свое время заказала 21 газовоз Arc 7 для строительства на судоверфи «Звезда» из южнокорейских судокомплектов. Собственно, первый танкер передан заказчику именно в рамках этой сделки. Однако когда передадут второй и третий газовозы, выпуск может остановиться.
Интересна судьба еще шести газовозов Arc 7. Россия параллельно заказала их в самой Южной Корее, чтобы быстрее сформировать парк танкеров к запуску новых проектов. По словам Юшкова, эти газовозы уже построены и сертифицированы. Однако передать их России южнокорейский завод Hanwha Ocean не может из-за того, что «Совкомфлот» попал под санкции. «Попытки обойти санкции предпринимались, но без успеха. В частности, "Совкомофлот" переуступал свое право собственности на эти танкеры компании из Объединенных Арабских Эмиратов. Однако арабской компании тоже не отдали танкеры, потому что американцы вели санкции против этих компаний как аффилированных с Россией», – говорит собеседник.
«Проблема в том, что нигде в мире больше нет газовозов такого высокого ледового класса. Рынка подержанных судов такого класса просто не существует. Они никому в мире не нужны, кроме нас. Их заказывали только для проектов "Ямал СПГ" и для "Арктик СПГ-2". Есть только газовозы класса Arctic 4, и все. Поэтому шесть газовозов застряли в Южной Корее», – говорит Юшков.
По его словам, газовозы Arc 7 менее эффективны в обычных водах, чем классические газовозы, себестоимость их работ выше, чем у обычных танкеров. В случае разморозки части санкций первое, что можно будет увидеть, – как эти шесть газовозов, наконец-то, отдадут тому, кто будет обслуживать «Арктик СПГ-2», считает эксперт. И только во вторую очередь восстановят достройку судов на «Звезде».
В настоящее время Россия не может в одиночку решить задачу постройки газовозов из-за конструктивных особенностей данного класса судов.
«Мы можем строить обычные нефтяные танкеры и даже танкеры ледового класса, и даже атомные ледоколы. Самое сложное для нас – это технологии мембраны, которая позволяет перевозить именно сжиженный природный газ.
Плюс есть сложности с рулевыми колонками и прочими вещами», – говорит эксперт ФНЭБ.
«Строительство таких судов требует не только производственных мощностей, но и доступности компетенций, оборудования и сертифицированных компонентов. Основные вызовы – ограниченность доступа к некоторым западным технологиям, высокая сложность интеграции и недостаток компетентного персонала. Поэтому темпы пока ограничены, хотя есть потенциал для роста – при условии расширения локализации и развития собственных технологий», – говорит аналитик ФГ «Финам» Кристина Гудым.
Эксперты сходятся в том, что России нужно заполучить эти технологии и самой строить газовозы высокого арктического класса. «Думаю, что сейчас основной вариант – это кооперироваться с китайскими судостроителями, чтобы они помогали, потому что сам Китай тоже недавно начал строить СПГ-заводы», – говорит Юшков.
Однако в перспективе научиться самим строить крупнотоннажные СПГ-заводы и газовозы, будь то ледового или не ледового класса, – это одна из ключевых задач России, считает эксперт. И если на рынке обычных газовозов конкурировать тяжело, потому что в мире есть крупные судостроительные верфи, то на рынке газовозов самого высокого ледового класса почти никого нет, тогда как все российские СПГ-проекты все равно будут развиваться в Арктике и создавать спрос на такие технологически сложные суда.