С 10 августа вступило в силу эмбарго ЕС на поставки российского угля. Пока европейцы закрывают заводы и повышают в разы стоимость электроэнергии в платежках для населения в попытке справиться с энергетическим кризисом, Россия старается перенаправить европейские поставки на новые рынки. Занялись этим, конечно, не 10 августа, а раньше.
По данным Центра развития энергетики и данным Kpler, российские производители угля нашли замену Европейскому союзу и перенаправили поставки в Китай и Индию. Поставки угля в эти страны в июле по отношению к июню выросли на 42% и 60% соответственно. В частности, в Китай морем было поставлено 6,7 млн тонн, в Индию – 2 млн тонн. Аналитики BloombergNEF также указывают, что российский уголь нашел новых покупателей в Турции и Африке.
Однако полностью перенаправить европейские потоки на другие рынки России еще не удалось. Кроме того, как и в случае с нефтью, российский уголь приходится продавать с дисконтом. Что это значит для российской угольной отрасли?
«Со стороны Китая и Индии интерес к российскому углю действительно большой. Российский уголь хорошо себя сейчас чувствует в Китае, в отличие от того же индонезийского угля. Но так быстро перестроить все цепочки поставок не получается. Поэтому ситуативно мы можем увидеть падение добычи», – говорит замруководителя экономического департамента Института энергетики и финансов Сергей Кондратьев.
Судя по оперативным данным РЖД за август, погрузка угля продолжила падение. Снижение составило 5,7% в годовом выражении против 5,5% в июле, говорит директор по корпоративным рейтингам агентства «Эксперт РА» Игорь Чернов.
Попутно России требуется решать возникающие проблемы со страхованием и фрахтом. ЕС не только ввел запрет на покупку российского угля, но и запретил европейским компаниям страховать любые суда, перевозящие российский уголь.
Однако варианты решения проблемы со страховкой найдутся, уверен Чернов. «Например, это могут быть не европейские компании, которые ранее превалировали на рынке страхования подобных грузов, а китайские, турецкие или индийские. В крайнем случае российские компании могут страховать какие-то поставки с перестрахованием в РНПК (Российская национальная перестраховочная компания), что, возможно, потребует дополнительной докапитализации», – рассуждает Чернов.
Пока полностью компенсировать поставки в Европу не получается, но это вопрос времени, уверен эксперт. Постепенно Россия справится с этой задачей.
Во-первых, российские компании активно предоставляют дисконт.
«Россия дает очень хорошую скидку развивающимся странам, которые оказались в очень тяжелом положении из-за роста цен на энергоресурсы,
например, Пакистан, Бангладеш, Индия и другие страны Юго-Восточной Азии. С мирового рынка уголь ушел в Европу, а небогатым странам стало сложнее находить необходимые объемы по тем ценам, которые они могли себе позволить. Они боятся ситуации наподобие той, что произошла в Шри-Ланке», – говорит Сергей Кондратьев. Шри-Ланка переживает самый серьезный экономический кризис с 1948 года, когда она обрела независимость. В стране возник дефицит топлива, продовольствия и лекарств.
Цена – это первый важный плюс российского угля. Еще одно неоспоримое преимущество – это его высокое качество (зольность и калорийность). Например, рассказывает Кондратьев, в угле из Восточной Азии может быть земля, а Польша, которая раньше других в Европе отказалась от российского угля, столкнулась с тем, что в импортном угле (да и в польском тоже) попадаются болты и другие детали, что стало приводить к частым остановкам угольных электростанций. Зимой такие остановки – это серьезный риск возникновения аварийных ситуаций.
Наконец, Европа – не главный потребитель угля в мире: есть азиатские страны, способные легко поглотить наши объемы. «Потребление угля в Европе по итогам прошлого года составило 6% от мирового спроса, тогда как в Китае потребление угля составило 54%, а в Индии – 12%. Поэтому потенциал для роста поставок угля в страны АТР безусловно имеется, особенно на фоне сложившегося в мире энергетического кризиса», – говорит Тамара Сафонова, доцент факультета маркетинга и международного сотрудничества Института управления и регионального развития РАНХиГС.
Но на перенаправление поставок потребуется не несколько месяцев, а несколько кварталов.
«Для нас это не будет откат на пять-десять лет назад, а максимум на один-два года. При этом у нас как раз в последние годы экспорт угля резко вырос. Поэтому отказ Европы от нашего угля не будет означать для нас какой-то плачевной ситуации»,
– отмечает замруководителя экономического департамента Института энергетики и финансов.
В этом сезоне России помогает рост мировых цен в три раза – выше 400 долларов за тонну. И это может компенсировать и снижение объема экспорта, и необходимость продавать уголь с дисконтом.
В целом падение объема экспорта угля будет невысоким – менее 10%. «С другой стороны, для угольщиков важны объемы. Это Газпром может себе позволить резкие колебания экспорта, а на угольном рынке много экспортеров с небольшими объемами добычи и экспортом всего несколько миллионов тонн. Для них снижение добычи на 5-10% может быть чувствительным. Поэтому угольщики зачастую готовы поступиться частью маржи, чтобы только сохранить свою рыночную долю на рынке», – объясняет Кондратьев.
Но в этом году велика вероятность, что высокие цены компенсируют всё – и выросшие издержки на транспортировку, и дисконт, и курс рубля, и падение объемов экспорта. Угольщики всё равно в этом году могут неплохо заработать.
При таких высоких ценах на энергетический уголь снижение объемов экспорта на 5-7% не представляет большой проблемы даже с учетом дисконта,
считает Чернов. По данным Центра развития энергетики, стоимость экспорта российского угля с учетом скидки может составлять 200 долларов за тонну, при этом региональные бенчмарки доходят до 400 с лишним долларов. То есть российский уголь можно продавать с дисконтом в 45-50%. Но для сравнения: в прошлом году уголь стоил в среднем 150 долларов за тонну. То есть сейчас Россия продает уголь дороже, чем в прошлом году, даже с учетом скидки.
«Учитывая успешное первое полугодие 2022 года, по итогам года можно ожидать, что финансовые результаты как минимум будут не ниже прошлого года, а, скорее всего, будут выше. При этом 2021 год был одним из самых успешных в финансовом плане», – отмечает Игорь Чернов. Кроме того, если курс рубля несколько ослабнет во втором полугодии, то это позволит показать в рублях еще более высокие финансовые результаты, добавляет он.