США при Дональде Трампе грезили о «глобальном энергетическом доминировании», однако теперь Штаты теряют влияние на сырьевых рынках, считает немецкое издание Die Welt.
Ярким доказательством этого является недавнее обращение правительства США к ОПЕК и его партнеру России с «мольбой» увеличить производство нефти и тем самым сбить цены. После локдауна мировая экономика восстанавливается, и вместе с ней цены на нефть. Они выросли в район 70 долларов за баррель – это выше, чем нефть стоила в 2019-м, допандемийном году. Почему раньше США хотели поднять цены, а теперь дорогая нефть им так сильно мешает, что они не постеснялись напрямую попросить об этом нефтяной картель?
Дело в том, что в прошлом году нефтяные цены обвалились аж до отрицательных значений в моменте. Из-за локдауна нефть стоила очень дешево, что моментально ударило по добыче сланцевой нефти и газа. При цене на нефть в 40–50 долларов добывать это сырье в США становилось невыгодно. «В прошлом году цены на нефть нужно было срочно поднять, чтобы спасти американских производителей, многие из которых, особенно сланцевики, имеют колоссальную долговую нагрузку», – говорит ведущий стратег EXANTE Янис Кивкулис.
Подорожавшая нефть позволяет американским сланцевикам восстанавливать добычу. Однако она мешает восстанавливаться американской экономике и вызывает рост инфляции, на что жалуется сам президент Джо Байден.
Рост цен на нефть вносит серьезный вклад в инфляцию в США, потому что, в отличие от России, в Америке цена бензина напрямую коррелирует с нефтью. Сегодня бензин в США стоит на доллар дороже, чем год назад, и это бьет по расходам простых американцев.
«Если же нефть дешевеет, то дешевеет и бензин, следовательно, дешевеет транспортировка, а потом и товары на полках», – говорит Кивкулис.
Рост цен стал головной болью ФРС США, да и всего финансового сообщества. Инфляция в США достигла уровней августа 2008 года, когда разгорелся ипотечный кризис. «По идее ФРС должна реагировать на инфляцию повышением ставок, однако этот шаг вызвал бы распродажу на фондовом рынке, что регулятору точно не нужно, как и никому в США», – добавляет эксперт.
Однако ОПЕК+ не пошла на поводу у США. Россия, кстати, еще могла бы пойти на снижение цены. По крайней мере, недавно Москва была настроена в пользу более быстрого наращивания добычи. «Россию устроили бы и несколько более низкие уровни, например близкие к точке баланса для бюджета 45 долларов за баррель Urals, что примерно соответствует 48–50 долларам за Brent, указывает Купцикевич. Нефть под 60–70 долларов позволяет нам не только держать бюджет профицитным, но еще и откладывать сверхдоходы в «копилку».
А вот доходы Саудовской Аравии и других членов ОПЕК сильнее завязаны на стоимости нефти. «Многие страны ОПЕК с точки зрения баланса бюджета нуждаются в еще более высоких ценах, особенно с учетом сокращений добычи в рамках сделки ОПЕК+», – говорит Танурков. Например, у саудитов бюджет верстается обычно при цене на нефть не менее 80 долларов за баррель.
В какой-то мере Трамп не только поддерживал нефтегазовиков, предоставляя им льготы и дешевые кредиты, но и старался не обижать американских потребителей. Однако с приходом к власти Байдена и демократов политика явно изменилась: в моду вошли альтернативные источники энергии – солнце, ветер и вода.
«Это хорошо видно по стагнации уровня добычи нефти в США с августа прошлого года по июль этого года, хотя многие месяцы при этом росло потребление, а запасы – снижались. Без лоббиста номер один в Белом доме добывающая отрасль ведет себя намного скромней. Число активных буровых растет многие месяцы, но это не вызывает бума предложения нефти, как это было после 2009-го», – отмечает Александр Купцикевич, ведущий аналитик FxPro. При Трампе США добывали более 13 млн баррелей нефти в день, а теперь объемы снизились до 11,3 млн баррелей.
«Политика при новом президенте явно ужесточилась, особенно в части предоставления лицензий на новые участки. Инвестиционная политика компаний стала осторожнее, поэтому объемы бурения растут существенно медленнее, чем можно было бы ожидать при текущих ценах на нефть. Отчасти это объясняется неопределенностью будущего для нефтяной отрасли в связи с ростом значимости «зеленой» повестки, отчасти – с усталостью акционеров от многолетних убытков», – считает директор группы корпоративных рейтингов АКРА Василий Танурков. Свою роль играет и то, что многие компании хеджировали добычу по значительно более низким ценам в начале года, и сейчас они не получают выгод от роста цен в полной мере, добавляет он.
США теряют власть не только над нефтью, но и над газом. Достаточно вспомнить, что после многолетних санкций и угроз Вашингтон вынужден был дать «зеленый свет» «Северному потоку – 2», который вот-вот заработает. США в своих ограничениях уперлись в стену в виде Германии и Евросоюза. Все остальные шаги США против российской трубы обернулись бы разрывом отношений с ЕС. И Байден сдался. Американская идея танкерами возить в Европу сжиженный природный газ умерла.
Впрочем, ситуация на мировом рынке благоволит Байдену: в дальнейший рост цен на нефть эксперты не верят. «На мой взгляд, до конца года мы сможем увидеть коррекцию нефти в область 55 долларов за баррель Brent. Но вряд ли можно говорить о новом походе ниже 50 или ниже 40 долларов», – считает Купцикевич. Причем подталкивает цены вниз вербальная интервенция ФРС, которая обещает скорое сворачивание стимулов. Это спровоцировало волну укрепления доллара.
Сейчас мы видим начало волны укрепления доллара на ожиданиях скорого сворачивания стимулов от ФРС. Изменения в политике часто запускают подобное охлаждение рынка, хотя нужно понимать, что уменьшение стимулов – это не экономический кризис, поэтому волатильность обещает остаться ограниченной и непродолжительной.
Прогноз от Тануркова более высокий: «Полагаем, что цены на нефть удержатся в диапазоне 60–70 долларов до конца текущего года, снижение ниже 60 возможно только в случае новых масштабных локдаунов в связи с коронавирусом, чего мы не ожидаем».