Предложение Европарламента отключить Россию от платежной системы SWIFT вместе с отказом Европы от российской нефти и газа «в случае продолжения агрессии на Украине» не имеет юридической силы. Резолюции ЕП мало что решают.
Однако Запад неоднократно пугал Россию отключением от межбанковской системы SWIFT. И этот шаг действительно может обойтись дорого. Но не только России, но и самой Европе. Поэтому идти на такой шаг сам ЕС не хочет. Глава европейской дипломатии Жозеп Боррель поспешил заметить, что ЕС не может отключить Россию от SWIFT, поскольку это частная организация, а также заморозить строительство газопровода «Северный поток – 2», так как за этот проект тоже отвечают частные компании. Запретить стройку Брюссель не может, но вот придумать закон, из-за которого труба сможет работать только вполовину своих мощностей – вполне. ЕК ранее приняла Газовую директиву как раз об этом.
То же касается и SWIFT. Отключить от этой платежной системы Иран и Северную Корею тот факт, что эта частная компания, никому не помешало. Поэтому при желании Запад может придумать, как навредить российским экспортерам и импортерам, проводящим операции купли-продажи через банки и систему SWIFT. Другое дело, что США в этом случае потеряют копейки, а вот Евросоюз ударит не только по России, но и по себе. Все-таки Россия – пятый по значимости торговый партнер ЕС после США и Китая.
Если предположить плохой сценарий, когда Запад решается отключить Россию от SWIFT, то это не будет означать конец торговли с другими странами. Россия не окажется в изоляции, российские экспортеры и импортеры продолжат свою работу. Однако поменяются способы совершения транзакций. Можно выделить пять возможных путей обхода этих санкций.
Во-первых, у России уже имеется собственная платежная система – СПФС. Скорее всего, именно ее имел в виду министр иностранных дел России Сергей Лавров, когда заявил о том, что в России есть база для создания аналога платежной системы SWIFT.
База действительно есть: наша платежная система поможет переводить средства внутри страны и в некоторые страны ближнего зарубежья, в основном страны СНГ. Однако с зарубежными транзакциями возникнут проблемы.
К СПФС уже подключились десятки зарубежных банков. В их числе есть китайский, турецкий, французский, шведский и даже японский. Но пока иностранцы подключаются к нашей системе неохотно. Для понимания: к SWIFT подключены 11 тыс. банков по всему миру. «Отключение от SWIFT – это серьезный удар по крупнейшим российским компаниям, которые заточены на экспорт и импорт. Крупные страны отказываются от сотрудничества с нашей системой СПФС, проталкивая интересы собственных конкурентов SWIFT или же пытаясь не навлекать на себя гнев США и Европы», – говорит Александр Купцикевич из FxPro.
Поэтому, скорее всего, потребуются бесстрашные посредники между Россией и ее контрагентами. Так сказать – банки-пустышки, роль которых лишь в том, чтобы попасть под санкции. А посредники всегда вызывают удорожание услуг.
Второй вариант обхода санкций – это подключение российских банков к другим платежным системам, например, к китайской. Альтернативы SWIFT создаются сейчас повсеместно. «Если SWIFT будет отключена, то усилятся контакты именно с национальными платежными системами стран – основных торговых партнеров», – согласен доцент кафедры «Регулирование деятельности финансовых институтов» факультета финансов и банковского дела (ФФБ) РАНХиГС Юрий Твердохлеб.
Конечно, и здесь не все просто. Европа так и не создала нормальную замену, а в Китае платежная система пока тоже ориентирована лишь на внутренний рынок. Да и Россия заинтересована продвигать в первую очередь собственную альтернативу, а не чужую. «В перспективе можно придумать способы совместить различные локальные решения по платежным системам, но сейчас, кажется, мало кто занимается этим всерьез», – говорит Купцикевич.
Третий потенциальный способ для оплаты импортных заказов и получения валюты за российский экспорт – это использование цифрового рубля.
России надо как можно скорее ввести цифровой рубль на случай отключения от SWIFT для обеспечения внешнеторговых расчетов, написал у себя в Telegram Олег Дерипаска.
Однако эксперты не до конца разделяют оптимизм бизнесмена. «Чтобы цифровой рубль решил эту проблему, он должен быть признан платежным средством и за пределами нашей страны. Он может быть подвержен тем же ограничениям и рискам, как и обычный рубль. Ведь «цифра» – это лишь форма передачи информации», – говорит Твердохлеб.
«Цифровой рубль не решает проблему, так как он заточен на операции внутри страны и между ЦБ и банками. Получая цифровой рубль, китайская или европейская стороны должны с ним что-то делать: как-то конвертировать его в свою валюту, но как? Ведь при отключении от SWIFT рубль в принципе станет токсичным», – рассуждает Купцикевич.
«Цифровой рубль не прямая замена банковской системы, он должен где-то обращаться, то есть проходить через банки. К тому же на отработку и отладку этого сложного блокчейн-продукта уйдет минимум два года», – добавляет руководитель отдела аналитических исследований Высшей школы управления финансами Михаил Коган.
Четвертый способ обхода санкций – это использование для внешнеторговых расчетов криптовалюты, которая имеет наднациональный характер. Этот метод тоже неоднозначный – и может быть даже опасным. Но как крайний вариант вполне возможен.
«Криптовалюты – это чисто спекулятивный инструмент без какого-либо обеспечения. В мире к криптовалютам относятся крайне осторожно», – говорит Коган. В пример он приводит турецкие криптобиржы, чьи хозяева сбежали в Албанию с 2 млрд евро после запрета на торговлю криптовалютами с 30 апреля и оставили без своих денег около 400 тыс. клиентов.
В свое время Венесуэла пыталась ввести собственную криптовалюту эль-петро, в том числе для продажи собственной нефти в обход американских санкций. Однако у Николаса Мадуро ничего не получилось. «Идея Мадуро состояла в том, чтобы выпустить токены, обеспеченные сырьем. Однако на эль-петро не было спроса. До тех пор, пока санкциями атакуют одну страну, криптовалюты ей не помогут. Надо, чтобы санкции обрушились на нескольких компаньонов сразу», – считает Леонид Делицын из ГК «Финам».
Однако Иран, чтобы избежать санкций США, потихоньку начал использовать криптовалюту, обеспеченную золотом (Peyman). Буквально в четверг ЦБ Ирана разрешил банкам и лицензионным обменным пунктам использовать разрешенные криптовалюты для оплаты импорта. Можно использовать криптовалюты, которые были получены от майнеров, уполномоченных министерством промышленности, горнодобывающей промышленности и торговли. Позже можно будет изучить этот опыт. Но уже сейчас криптовалюта локально помогает Ирану не изолироваться от внешнего мира совсем.
Наконец, пятый вариант обхода санкций – это натуральный обмен, который использовал тот же Иран сразу после того, как его отключили от SWIFT. Например, в 2015 году была совершена сделка на пять лет: в обмен на вырученные от закупки Россией иранской нефти, Тегеран получал российские товары, в том числе зерно и оборудование. Россия не только обеспечила своим товарам дополнительный рынок сбыта, но и с маржой перепродавала иранскую нефть. Однако для России схема «нефть и газ в обмен на товары» кажется унизительной, говорит Коган.
«Тридцать лет назад еще можно было вскопать личный огород за бутылку водки. Но сейчас все-таки придется платить деньги. Переводы на мобильник бригадиры принимают, возьмут и цифровой рубль, когда он появится», – считает Делицын.
Ни один из способов не является идеальной заменой SWIFT. Однако выбор есть, и один из путей обхода санкций может быстро выстрелить, как только санкции будут приняты.
«В необычных условиях инновации могут распространяться значительно быстрее, чем в нормальных. Например, работодатели двадцать лет рассуждали о вреде и пользе дистанционной работы, но не могли ее организовать. Но стоило прийти коронавирусу, и у всех все получилось», – говорит Леонид Делицын.
По его мнению, показательна история с сахарным сиропом из свеклы, который Андреас Маркграф получил еще в 1747 году. Однако еще половину столетия это изобретение оставалось забавным курьезом, не более того. Только после того, как Британия отрезала Наполеона от сахарного тростника, сахарные заводы появились практически везде, включая Россию, в течение буквально нескольких лет. «Вполне возможно, что в форс-мажорных условиях цифровой рубль войдет в оборот очень быстро», – заключает Делицын. Однако за конвертацию рублей в резервные валюты (доллар, евро или юань), скорее всего, придется доплачивать российским компаниям.