Цены на нефть в четверг превысили 65 долларов за баррель. Это произошло впервые с января 2020 года. Всплеску цен помогает чрезвычайная ситуация в США, в южных штатах которых из-за аномального холода добыча нефти упала примерно на 3,5 млн баррелей в день, то есть на треть.
Когда американцы справятся с ЧП и нормализуют добычу, стоимость нефти наверняка снизится. Однако вряд ли до экстремально низких значений. Более того, два крупнейших на Уолл-стрит банка – JPMorgan Chase и Goldman Sachs – уверены, что нефть снова будет стоить по 100 долларов за баррель, как это было в 2014 году. Более того, они прогнозируют новый нефтяной суперцикл дорогой нефти после окончания пандемии коронавируса.
Если во время пандемии мир столкнулся с рекордным перепроизводством нефти, то после пандемии, считают в JPMorgan, мир увидит нехватку черного золота. Спрос будет превышать предложение, что повысит цены до 100 долларов за баррель. В Goldman Sachs говорят о росте цены до 80 долларов и «даже выше» уже в этом году.
Как такое возможно? Дело в том, что США продолжают эксплуатировать печатный станок и закачивать триллионы долларов в свою экономику. Президент Джо Байден обещает очередной пакет стимулов в 1,9 трлн долларов. «Скорость, с которой США проводят денежную эмиссию, превышает среднегодовые темпы как минимум в четыре раза. Это уже вызвало рост биржевых цен на сельхозпродукцию, металлы и нефть – и будет, по всей видимости, поддерживать этот рост дальше. Нефть, как и золото, растет на ожиданиях инфляции», – говорит председатель правления банка «Фридом Финанс» Геннадий Салыч.
С другой стороны, предложение нефти не будет поспевать за ростом спроса. Потому что из-за кризиса 2020 года все нефтекомпании резко сократили свои затраты на новые проекты по добыче энергоресурсов.
О каких инвестициях могла идти речь при столь низких ценах на нефть, как в прошлом году? «Расконсервировать и запустить новые проекты за несколько месяцев не получится, поэтому на какое-то время мы можем столкнуться с глобальным дефицитом нефти и ростом цен к новым историческим значениям. Такой сценарий сейчас рассматривают как один из весьма возможных», – говорит Салыч.
Ведущий аналитик Александр Купцикевич из FxPro считает, что сейчас мы находимся на ранних этапах цикла роста цен на нефть. «Под суперциклом подразумевается многолетний тренд, период в 20-30 лет. Считается, что прошлый такой суперцикл начался в 2000–2001-м, когда котировки многих сырьевых товаров развернулись к росту после многолетнего снижения и болтания у дна. Завершился же он в прошлом году фееричным обвалом сырья в марте–апреле», – объясняет собеседник.
По его мнению, 100 долларов за баррель нефти – это возможный сценарий, но в перспективе трех-пяти лет.
«В этом году такое возможно разве что в случае аномальной рыночной конъюнктуры: экстремальных перебоев с поставками нефти и так называемого шорт-сквиза. Это ситуация обратная той, что увела цену нефти в минус в апреле 2020 года», – поясняет Купцикевич. Шорт-сквиз – это когда на рынке спрос превышает предложение, что приводит к резкому скачку цен.
Есть факторы, которые будут сдерживать стремление нефти к 100 долларам. У ряда стран есть свободные мощности по добыче. Добывать больше может Саудовская Аравия и другие страны Ближнего Востока. Не стоит сбрасывать американских сланцевиков, которые при текущих ценах на нефть могут быстро нарастить добычу, замороженную в кризис. ОПЕК+ может выключить сделку и нарастить предложение.
В любом случае удорожание нефти уже сейчас помогает укрепляться российскому рублю, а также получать доходы в бюджет и пополнять резервы за счет сверхдоходов от нефти и газа. Согласно бюджетному правилу, если цена нефти выше заложенной в бюджете (в 2020 году – это 42,4 доллара за баррель), то дополнительные доходы от продажи нефти идут в резервы.
В прошлом году цены на нефть были ниже заложенной в бюджет, поэтому резервы не пополнялись, а тратились. Так как нефть приходилось продавать по низкой цене, то бюджет РФ в 2020 году был выполнен с дефицитом в 4,7 трлн рублей. Для понимания: в 2019 году был профицит почти в 2 трлн рублей. «Можно сказать, что эти 6,7 трлн разницы – это в наибольшей мере следствие падения доходов от нефти. Если нефть удержится выше 60 долларов на протяжении всего этого года, то бюджет России возместит порядка 4-5 трлн долларов», – считает Салыч.
На самом деле ситуации, когда стоимость нефти держится выше 100 долларов на протяжении целого года, не часты. Такой подъем цен характерен к середине нефтяного суперцикла в 20-30 лет, отмечает Купцикевич. В прошлый раз нефть стоила настолько дорого в 2011, 2012 и 2013 годах. Это как раз середина цикла, начавшегося в 2000-2001 годах с 25-30 долларов за баррель и закончившегося в 2020-м.
«Бюджет в 2011-2013 годах верстался весьма аскетично. Профицит не превышал 500 млрд рублей при бюджете в 11-13 трлн, а в 2012 году был даже дефицит на 300 млрд. Резервный фонд (был выделен из стабфонда) почти целиком абсорбировал «излишки» нефтедолларов», – говорит Салыч. Так, с 2011 по 2013 год резервы выросли с 775 млрд рублей до 2,9 трлн.
Дорогая нефть помогает также укрепляться российской валюте. Среднегодовой курс рубля будет на уровне 72 против доллара и 90 против евро, считает главный экономист Sberbank CIB Антон Струченевский. Однако в третьем квартале он ждет самый слабый курс рубля. В том числе потому, что россияне начнут уезжать отдыхать за границу и сформируют повышенный спрос на валюту. А через 12 месяцев рубль может вырасти к евро с текущих 90 до 78, считают в Danske Bank.
«В базовом сценарии рубль будет укрепляться большую часть года и слабеть лишь на короткое время из-за санкционной повестки либо других шоковых факторов. Уже к лету рубль может достичь 68-70 по доллару и 80-82 по евро», – согласен Геннадий Салыч.
Стоит понимать, что рубль, в отличие от нефти, вряд ли вернется на докоронавирусный уровень. «Влияние колебаний нефти преимущественно сглаживается правилом Минфина, который усиливает покупку валюты в резервный фонд. Это ограничивает восстановление рубля. Мое наблюдение: рубль восстанавливается примерно с втрое меньшей амплитудой, чем нефть», – заключает Купцикевич.