Выступление Анатолия Чубайса на Гайдаровском форуме напомнило о том, что задача рационального распоряжения энергоресурсами для России по-прежнему стоит чрезвычайно остро. Масштабы бедствия прозвучали в ряде первых же комментариев его выступления.
В частности, председатель комитета Госдумы по энергетике Павел Завальный заявил, что россияне могут экономить почти 30% от потребляемых сегодня киловатт. А гендиректор Фонда энергетического развития России Андрей Листовский сообщил URA.RU, что промышленность благодаря разнице энерготарифов ежегодно субсидирует население страны на 300 млрд рублей.
С тем, что электроэнергию надо экономить, спорить, разумеется, не будет даже самый расточительный потребитель. И если бы Анатолий Чубайс просто абстрактно призывал воплощать на практике лозунг «Уходя, гасите свет», его выступление вряд ли бы получило большой резонанс. Между тем СМИ мгновенно взорвались заголовками в духе «Чубайс призвал повысить цены на электричество для россиян». Буквально чего-то подобного Чубайс на Гайдаровском форуме не говорил, однако логика его аргументации действительно позволяет сделать подобный вывод.
Основной тезис Чубайса в том, что цена на электроэнергию в России в целом вдвое ниже, чем в мире. В результате мы оказываемся в ситуации «фундаментального правила»: «дешевое экономить незачем».
«Мы не можем переломить этот тренд. Это то, что лежит в основе человеческого поведения. В этом смысле низкая цена всегда равна энергорасточительности», – заявил глава УК «Роснано», а в недавнем прошлом главный реформатор российской энергетики. Чубайс не преминул намекнуть на собственные достижения в том, что электричество в России дешево. Первой причиной этого, по словам Чубайса, является девальвация рубля, а второй – «антинародная» реформа электроэнергетики, которая позволила создать на этом рынке конкурентные зоны.
«Следует ли из этого, что нам надо повысить цену на электроэнергию?» – задался далее вопросом Чубайс. По его мнению, нужно исходить из того, что «значительная часть населения живет бедно или очень бедно». В связи с этим необходимо «создавать ситуацию, когда богатые платят больше, а бедные на том же уровне». Именно такой в общем виде была идеология введения социальной нормы потребления электроэнергии, которая в виде эксперимента уже апробируется рядом регионов, но пока не стала всеобщей практикой.
Спасибо гражданам за это
В этой, казалось бы, логичной картине есть, тем не менее, ряд сомнительных элементов.
Анализ аргументации Чубайса стоит начать с ряда количественных показателей. Электроэнергия в России в самом деле дешева: по данным одного из последних исследований агентства «Рейтинг», в первом полугодии прошлого года средняя стоимость одного киловатт-часа для населения нашей страны составляла 3,2 рубля. Это кратно меньше, чем в Германии (22,5 рубля), Франции (13 рублей), Финляндии (11,8 рубля) и т.д. Даже в небогатых Албании, Молдавии или Македонии электричество существенно дороже.
Однако в плане доступности электроэнергии, рассчитанной как ее объем, который можно купить на среднюю зарплату, Россия стоит отнюдь не на первом месте в Европе. Средний гражданин нашей страны в середине прошлого года мог приобрести 11,8 тысячи киловатт-часов – одиннадцатый показатель в Европе. А в мировом зачете Россия по уровню энергопотребления находится лишь на 29-м месте с показателем 6533 кВт-час на одного человека в год.
При этом энергопотребление в России особенно не растет. По данным Минэнерго, в 2017 году фактическое потребление электроэнергии в стране составило 1059,7 млрд кВт-час, что выше факта 2016 года всего на 0,5%. В прошлом году спрос на электроэнергию в Единой энергосистеме (ЕЭС) России вырос на 1,44%, по данным посуточной статистики «Системного оператора ЕЭС».
И если в некоторых регионах страны потребление достигло советского уровня, то заслуга в этом принадлежит во многом именно «энергорасточительному» населению. Нынешняя структура энергопотребления принципиально отличается от советских времен, напоминает независимый энергетический эксперт Сергей Овченков, в прошлом – руководитель ряда электросетевых компаний. Если при СССР 90% электроэнергии потребляла промышленность, то теперь до 30–40% спроса на электроэнергию обеспечивает население.
«В России в последние годы потребление электроэнергии находится примерно на одном и том же уровне и не может быть другим. Поскольку промышленность в России не развивается, на увеличение ее доли в энергобалансе рассчитывать не приходится. Кроме того, во многих регионах из-за отсутствия инвестиций в сетевую инфраструктуру затруднен доступ к электроэнергии. Никто, конечно, не спорит с тем, что электроэнергию надо расходовать более эффективно, но решение этого вопроса путем ограничения потребления является противорыночным», – констатирует Овченков.
Двойное дно соцнормы
Здесь мы подходим вплотную к сути сказанного Анатолием Чубайсом – идее введения социальной нормы потребления электроэнергии.
Согласно замыслу этого эксперимента, за социальную норму принимается некий усредненный объем ежемесячного потребления электроэнергии, за счет которого могут быть удовлетворены основные потребности жильцов квартиры или частного дома. Для этого объема цена на электроэнергию будет установлена на уровне несколько ниже, чем текущий. Зато все электричество, потребляемое сверх нормы, будет оплачиваться по тарифу, существенно более высокому. Тем самым предполагается понудить граждан к энергоэффективности и снизить объемы так называемого перекрестного субсидирования (разницы в тарифах на электричество для населения и для промышленных потребителей).
Дьявол здесь, как обычно, кроется в деталях, что отмечают даже сторонники введения соцнормы.
«Я согласен, что в России большая часть населения бедная, и поэтому кратное повышение тарифов для населения будет неправильным, – отмечает Юрий Мирзоев, гендиректор Национальной юридической компании «Митра». – Между тем искусственное сдерживание роста тарифов, с одной стороны, приводит к росту убыточности энергосбытовых и сетевых компаний, с другой, к росту перекрестного субсидирования. Следовательно, одним из возможных предложений по выходу из данной патовой ситуации является введение социальной нормы энергопотребления для населения».
Но при этом, уточняет эксперт,
главный вопрос заключается в том, насколько будут увеличиваться тарифы при потреблении электроэнергии сверх соцнормы.
«Если соцнормы будут укладываться в стандартные объемы потребления, существующие в настоящее время, и если они позволят эффективно использовать электричество, то мы и получим рост энергосбережения. Если же введение соцнорм приведет к увеличению стоимости электроэнергии для населения, то не избежать негативных последствий в виде протестов и роста задолженности», – предполагает Мирзоев.
Утверждение, что социальная норма энергопотребления – это инструмент социальной справедливости, позволяющий снизить перекрестное субсидирование, как минимум дискуссионно, настаивает советник председателя правления ассоциации «Некоммерческое партнерство территориальных сетевых организаций» Даниэль Дмитриев. По его словам, в России и так уже есть регионы, где тарифы на электроэнергию для населения не сильно отличаются от тарифов для промышленных потребителей низкого напряжения. Например, в Московской области в декабре прошлого года тариф для населения составлял 5,29 рубля за кВт-час, а для промпотребителей указанной категории – 5,74 рубля.
Но главное – это ряд «тонких настроек», которые могут перечеркнуть благую идею, абстрактно заложенную в соцнорму. «Введение социальной нормы в предлагаемом виде не основано на количестве человек, проживающих в доме или квартире, – основной единицей выступает домовладение, – поясняет Даниэль Дмитриев. – Соответственно, тезис Чубайса, что при введении соцнормы богатые будут платить больше, а бедные так же, как сейчас, не совсем логичен. Одно дело, если в квартире живет один или два человека с высокими доходами, и совсем другое, если это многодетная семья, у которой высокий режим энергопотребления. Поэтому эффект от социальной нормы для категорий населения, требующих социальной поддержки, будет только в том случае, если соцнорма будет устанавливаться на количество людей по месту их регистрации».
Не лучше ль на себя, кума, оборотиться?
На проблему пресловутой энергорасточительности можно посмотреть и с других сторон. Например, вопрос о качестве получаемой населением электроэнергии попросту замалчивается.
«На практике потребителю нередко отпускается электроэнергия несоответствующего качества (прежде всего – с напряжением ниже норматива), за которую люди платят без каких-либо вопросов – лампочка ведь горит, телевизор работает, – говорит Сергей Овченков. – Качество электроэнергии из-за изношенности сетей, из-за перегрузки подстанций становится все хуже. Между тем современные электроприборы крайне чувствительны к этому – их срок службы может резко снижаться из-за постоянных перебоев напряжения».
По статистике, большая часть электросетей в России имеют возраст, превышающий ресурс их эксплуатации. «На протяжении многих лет сохраняются очень большие потери электроэнергии, которые закладываются в тарифы, – продолжает Овченков. – Такая ситуация была и при Чубайсе, когда он возглавлял РАО ЕЭС, и в холдинге МРСК, и сейчас в «Россетях».
Борьба с потерями, конечно, ведется, но принципиальных улучшений не наблюдается. Как показывает мировая практика, средний уровень потерь в распределительных сетях составляет 5–7%, а у нас даже 12% считается хорошим результатом, причем это средний показатель по всем типам сетей. Если же брать сети регионального уровня, то в них нормативные потери, закладываемые в тариф, могут быть еще выше, а фактические потери могут доходить до 40–50%, как в некоторых республиках Северного Кавказа».
По мнению ряда экспертов,
не способствуют решению проблем в энергетике и значительные объемы государственной поддержки, направляемой на развитие генерации на основе возобновляемых источников энергии (ВИЭ).
Получаемая из солнечных, ветряных и прочих «альтернативных» источников энергия существенно дороже «традиционной», но если для многих стран, бедных энергоресурсами, это жизненная необходимость, то в России критического дефицита электроэнергии явно не наблюдается. По мнению Даниэля Дмитриева, куда более эффективным решением вопросов, затронутых в выступлении Анатолия Чубайса, было бы не введение соцнормы, а уменьшение субсидирования различных генерирующих объектов категории ВИЭ, где стоимость электричества оказывается в три, а то и в десять раз выше, чем у «традиционных» источников энергогенерации.
Наконец, на проблему якобы непростительно дешевой электроэнергии можно посмотреть глазами промышленников. Тех самых, которые на протяжении многих лет сталкиваются с ростом налогов, стоимости труда и прочих издержек – и сохранение условно недорогой электроэнергии даже в условиях постоянного роста тарифов оказывается для них важнейшим ресурсом конкурентоспособности.
«Если исходить из соображений целесообразности для государства, то следует признать, что в России большинство промышленных производств, в том числе продукции, идущей на экспорт, – энергоемкие, – констатирует Даниэль Дмитриев. – Поэтому увеличение стоимости электроэнергии для таких производств равносильно самоубийству».