Пилотные проекты колоссального масштаба и важности проходят в России. Предполагается, что по итогам их проведения большинство продающихся в стране единиц товаров будет нести уникальный цифровой код. Его предназначение – удостоверить происхождение и качество товара, а также гарантировать его безопасность.
Более года назад на высшем государственном уровне было принято решение о создании единой национальной системы цифровой маркировки и прослеживаемости товаров. Разработкой и внедрением этой системы занимается Центр развития перспективных технологий, а сама система носит название «Честный знак».
Многие слышали о первых результатах внедрения похожей системы на примере маркировки шуб. Однако это лишь начало. Правительство утвердило перечень товаров (распоряжение №792-р), подлежащих обязательной маркировке в рамках системы «Честный знак» в 2019 году. В него вошли табачные изделия, духи и туалетная вода, трикотажные блузки, пальто и полупальто, плащи и куртки, ветровки и штормовки, постельное, столовое, туалетное, кухонное белье, обувь и т. д. Не исключено, что в дальнейшем этот список будет значительно расширен.
О том, как проходит эксперимент и к чему он должен привести в итоге, газете ВЗГЛЯД рассказала руководитель проекта «Легкая промышленность» Центра развития перспективных технологий Вера Волкова.
Безопасность прежде всего
ВЗГЛЯД: По каким критериям те или иные группы товаров включаются в эксперимент по маркировке?
Вера Волкова: Прежде всего список товаров, подлежащих обязательной маркировке, формируется исходя из оценки объема нелегальной продукции. Например, в легкой промышленности он колеблется от 34 до 40%. Зачастую с просьбой о включении товаров в систему маркировки обращаются сами производители, поскольку доля контрафакта и контрабанды на определенных рынках колоссальная.
ВЗГЛЯД: Что именно означает «контрафактная продукция»? Не учтенная налоговыми органами?
|
(Вера Волкова. Фото: из личного архива)
|
В. В.: Контрафактная – это произведенная с нарушениями законодательства. Также есть понятие контрабандной продукции – незаконно ввезенной на территорию РФ и не учтенной госорганами. Это включает и такие фальсификаты, которые относятся к категории нелегальной или незаконной продукции, против чего и направлена система.
Опасность нелегальной продукции заключается даже не в том, что не заплачены таможенные пошлины. Главный вопрос, который должен волновать потребителя: кто сделал эти ботинки, каким образом? Может быть, там использованы токсичные материалы? В эксперимент по маркировке включаются в первую очередь те группы товаров, которые наиболее сильно могут влиять на уровень и качество жизни населения. Вспомнить, например, ситуацию с алкоголем в 1990-е годы, когда уровень смертности от употребления контрафактной алкогольной продукции был крайне высок. Кроме того, всем известны случаи, когда детские игрушки производились с использованием токсичных веществ. Также крайне критично качество лекарственных препаратов, ведь от них напрямую может зависеть человеческая жизнь. Одежда тоже должна быть безопасной.
ВЗГЛЯД: Были примеры опасного воздействия продукции легпрома – одежды, обуви?
В. В.: Не могу привести пример, когда были ввезены некачественно произведенные ботинки, от которых пострадал человек. Но могу поделиться случаем из своей жизни, касающимся качества нелегальной продукции. У меня подруга купила шубу, которая выглядела прекрасно. Но через две недели, попав под дождь, шуба просто распалась на части. Это произошло потому, что шуба была не сшита, а склеена клеем крайне сомнительного качества.
Что показали шубы
ВЗГЛЯД: С шуб ведь и началось внедрение этой системы маркировки. Вы не могли бы подробнее рассказать, почему именно шубы были выбраны для эксперимента?
В. В.: Вопросы маркировки шуб на сегодняшний день курирует ФНС. Эксперимент проводился очень быстро. Система разрабатывалась примерно полгода. Очень сильно помогали представители отрасли и представители ассоциации розничной торговли АКОРТ. Они выступили с инициативой, дали свои площадки для эксперимента, предоставили логистическую цепь. Некоторые ключевые участники рынка были и пионерами в этой системе, активно ее использовали, сообщали об ошибках и рассказывали о бизнес-процессах.
ВЗГЛЯД: Какими оказались результаты эксперимента?
В. В.: Даже сами представители отрасли не предполагали, каким окажется в итоге реальный объем товарооборота меховых изделий в стране. На сегодняшний день обеление рынка оценивается порядка 800% в натуральном выражении. Это не значит, что шуб стало завозиться или покупаться больше, – их просто точно посчитали. Ни для кого не секрет, что есть большое количество магазинов, которые торгуют контрафактными шубами, – это действительно была большая проблема.
«Белый» бизнес выгоднее «черного»
ВЗГЛЯД: Однако есть мнение, что контрафакт – это следствие, а не причина. Причина же появления контрафакта – в неверной государственной политике, в том числе в области налогов, администрирования, поддержки бизнеса. Все дело в том, что невыгодно работать «вбелую». «Серый» рынок шуб потому и образовался, что отчитываться перед государством и платить налоги за каждую шубу означает разориться. Не получится ли так, что введение системы маркировки уничтожит рынок товаров низкой стоимости, разорит массу представителей ИП и малого бизнеса?
В. В.: О какой бы группе товаров мы ни говорили – шубы, ботинки, лекарства, что угодно, – важно соблюдать российское законодательство. А оно, поверьте, построено так, что вполне возможно создать рентабельный бизнес в рамках закона.
Я сама начинала свою карьеру в IT-консалтинге, потом была руководителем крупной компании. Как человек, имеющий опыт работы в абсолютно легальном бизнесе, учитывавшем свои доходы и расходы согласно бухгалтерскому и налоговому учету РФ, могу сказать: если ты грамотно ведешь свой бизнес и выполняешь все требования закона, ты действительно можешь быть рентабельным и развивать свой бизнес.
ВЗГЛЯД: Однако наверняка все же не так прибыльно, как если бы ты работал нелегально или полулегально.
В. В.: Да, маржа при этом будет не 500%. Бизнес с маржой в 5% на американском рынке считается сверхрентабельным. Однако российский бизнес привык снимать маржу по 200–300% с единицы товара.
Вот конкретный пример. Обувь, которая продается на столичном рынке «Садовод», закупается в Китае на вес. Иначе говоря, эта единица товара даже не имеет цены. Я называю ее «бесценная единица товара». Они закупают мешок ботинок, завозят их на вес и продают их в среднем по 1500 рублей за пару. Так какая маржа у этого продавца обуви? Сколько тысяч процентов? При этом налоги не заплачены, обувь ввезена, по сути, контрабандой, и продавец, если соблюдать букву закона, не имеет права ею торговать.
ВЗГЛЯД: И поэтому она гораздо дешевле, чем пара обуви, купленная в магазине. Не получится ли так, что введение подобной маркировки уничтожит все «черкизоны» по всей России? А ведь это огромный сегмент жизни российского народа – и продавцов, и покупателей. И не получится ли так, что в итоге потребитель будет лишен дешевой обуви?
В. В.: Конечно же, незаконный сегмент должен уйти. Мы усиливаем и помогаем государству выполнить так называемый постконтроль, то есть контроль движения товаров на территории РФ. И действительно, будет ли подорожание маркированного товара в рознице – это самый большой вопрос, который всех волнует.
ВЗГЛЯД: И что вы об этом думаете?
В. В.: Лично мое мнение – нет, товары не подорожают. И я вам объясню почему.
В 1990-е годы многие ходили на стихийные рынки и покупали там одежду и обувь, завезенную из Китая. Потом появились торговые центры, куда и ушла часть покупателей. В большинстве своем там работает уже легальный сектор – малый бизнес, ИП, у которых есть два-три магазина в различных торговых центрах и они торгуют малым объемом товаров.
Сегодня большое количество сетевых ретейлеров торгуют крайне дешевым сегментом, который прошел все проверки, сертифицирован и корректно декларирован. Например, что касается обуви, есть ретейлеры, которые работают со средней стоимостью пары обуви 1200 рублей. Такая цена доступна большинству жителей нашей страны. При этом они выполняют все требования законодательства, и они являются двигателями этого эксперимента. Их интерес в чем? Уничтожить нелегальный сектор и убрать с рынка подделки под их товары.
ВЗГЛЯД: И занять их долю рынка.
В. В.: В том числе.
ВЗГЛЯД: Но, может быть, эти рынки тоже так или иначе нужны людям – как некая экосистема, рабочие места, способ организации общества, реализации бизнес-идей? Может быть, рынки лучше соответствуют ожиданиям людей и более эффективно удовлетворяют их потребности, чем торговые центры?
В. В.: Необходимо стремиться к тому, чтобы все играли по одним правилам. Есть налоговое и таможенное законодательство. Кто-то выполняет закон, жертвуя собственной маржой, а кто-то закон не выполняет и зарабатывает сверхприбыль. И если мы с вами поддерживаем возможность нарушения закона, мы никогда не выстроим правовое государство.
Нужно повышать самосознание конечного потребителя. Нельзя покупать творог за копейки у метро, а потом на «Прямой линии» спрашивать президента, почему у нас некачественный творог. Каждый из нас отвечает за построение правового государства, где будет точка ответственности на государстве и каждом потребителе.
Выигрывает отечественный производитель
ВЗГЛЯД: Можно ли понять так, что конечная цель внедрения системы в том, чтобы ни одна единица товара не продавалась в России иначе, кроме как промаркированной?
Да.
ВЗГЛЯД: Тогда в этой системе должны быть особо заинтересованы отечественные производители.
В. В.: Важно понимать, что система не ставит никаких преград иностранным производителям. Конечно, и российские компании нас весьма поддерживают. В нашем эксперименте, например, участвуют крупные российские фабрики по производству одежды. В частности, спецодежды и спецобуви. И наша спецодежда и спецобувь абсолютно конкурентоспособна и безопасна. Я знаю, насколько важно наличие качественной спецодежды, например в цеху, где стоит доменная печь и плавится металл. И я видела, как у нас испытывают подобную продукцию. Также я знаю, как к нам контрабандой завозят спецобувь из стран Юго-Восточной Азии. С виду она такая же, но материалы другие. И в случае ЧП работник, извините, может потерять ногу.
ВЗГЛЯД: А что насчет обычной, гражданской одежды и обуви?
В. В.: Россия обладает достаточным производственным потенциалом, чтобы самостоятельно производить качественную одежду. К нам обращаются отечественные производители одежды и обуви с просьбой размещать на своих этикетках бренд каталога «Честный знак». Так они хотят показать потребителю, что их товар произведен законным способом, качественен и безопасен.
ВЗГЛЯД: Техническая составляющая данного проекта – микросхемы, разнообразные датчики, вся техническая аппаратура – она где и кем производится?
В. В.: Вся система строится на существующем в России оборудовании и производстве. Мы используем криптографические технологии защиты информации, и они являются 100% российской разработкой. И, как это ни удивительно, в разработке такой системы мы являемся мировыми лидерами.
Нигде в мире сегодня не умеют использовать те средства криптографической защиты каждой единицы товара, как в России.
И ряд зарубежных крупнейших мировых производителей смотрят на наш эксперимент с большим интересом. Они прямо заявляют, что если он будет удачным, то аналогичную систему они введут у себя за рубежом.
Техника и статистика
ВЗГЛЯД: Как физически выглядит взаимодействие продавца с промаркированным таким образом товаром?
В. В.: Продавец будет иметь доступ к специальной электронной базе данных. Там он получит в электронном виде код, который или прямо нанесет на упаковку, или использует этикетку, подтверждающую легальность продаваемого им товара. Затем ее можно будет распечатать на любом бытовом принтере и прикрепить к товару. Вся эта процедура целиком отвечает торговым требованиям Таможенного союза.
ВЗГЛЯД: А кассовая техника и эта маркировка будут привязаны друг к другу?
В. В.: Конечно. Когда товар проходит через кассу, она автоматически проверяет код, указанный на товаре. Касса проверяет структуру кода (правильный код или неправильный), действительно ли он принадлежит конкретному юридическому лицу, и проверяет саму законность этой продажи.
ВЗГЛЯД: Если касса увидела, что это контрафактный товар, она позволит его продать?
В. В.: На сегодняшний момент позволит. Но система маркировки зафиксирует, что этот код продался с нарушением, и передаст эти данные в общую базу данных, связанную с соответствующими государственными органами.
ВЗГЛЯД: И эти органы узнают, что некое конкретное ООО или ИП продало контрафактный товар?
В. В.: Несомненно. Более того, они даже узнают конкретную точку, где именно произошла продажа. Будет сформирован журнал нарушений. Система способна проанализировать весь товарный поток в стране и указать конкретные точки нарушений. Таким образом, формируется почва для проведения проверок и выявления нелегального оборота.
ВЗГЛЯД: Но все же она допускает саму продажу контрафакта.
В. В.: Мы полагаем, что
через несколько лет система станет не уведомительной, а разрешительной – и касса будет автоматически блокировать продажу таких товаров.
Но это нужно делать аккуратно и постепенно, чтобы не создавать коллапс на рынке. Бизнес должен адаптироваться к новым правилам.
ВЗГЛЯД: Иначе говоря, система, о которой вы говорите, формирует гигантскую статистику потребления разнообразных товаров по всей России.
В. В.: Так и есть. Это огромная система, которая собирает информацию по обороту каждой единицы товара. Она даст колоссальные возможности и государству, и бизнесу. Например, посчитать товарооборот в натуральном и ценовом выражении. Сейчас мы не знаем, например, сколько в России пар обуви в обороте. Более того, мы не знаем, сколько юридических лиц в стране торгуют тем или иным товаром. А внедряемая нами система маркировки позволяет всегда в онлайне получать актуальный срез того, что покупается и продается по всей стране.