Владимир Путин дал три месяца, чтобы разобраться с воровством нефти, газа и бензина в Дагестане. Президент поручил принять незамедлительные меры по выявлению фактов хищения энергоресурсов, несакнционированных подключений к распределительным сетям, а также незаконного оборота нефтепродуктов. Дмитрий Медведев и Юрий Чайка должны отчитаться о работе до 1 марта 2019 года.
К этому же сроку в Дагестане должна быть проведена инвентаризация газораспределительных и электрических сетей с целью выявления бесхозных объектов и нахождения им собственника. Газпром и Россети говорили ранее о готовности получить энергетические активы в счет огромных долгов регионов. Вероятно, чтобы кавказские собственники наконец смогли расплатиться за свет, газ и бензин, и проводится инвентаризация. Кроме того, врезка и воровство энергоресурсов происходит зачастую на бесхозных объектах. Появление собственника должно помочь пресечь такие преступные схемы.
Энергоносители крадут, конечно, по всей России, но не в таком масштабе, как на Северном Кавказе.
«К сожалению, проблема несанкционированного отбора энергоресурсов – это часть местной культуры. Если говорим про газ, то он потребляется, но за него не платят. Если говорим про нефть, то в основном речь о незаконных врезках. Если про электричество, то это незаконные подключения. Бензин, видимо, воруют с нефтебаз или делают врезки к продуктопроводам», – описывает технологию воровства на Кавказе гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.
Так, по данным компании «Газпром межрегионгаз Пятигорск», только за половину 2017 года было возбуждено 120 уголовных дел по факту хищения в Дагестане газа на 44 млн рублей. В половине случаев украденный газ использовался для отопления коммерческих помещений, почти в четверти – для отопления жилых помещений и приготовления пищи, более чем в 15% случаев – для отопления тепличных хозяйств, и в 8% случаев – для производственной деятельности (пекарни, токарные цеха, обжиг кирпича).
Показателен случай, когда в январе 2018 года в Дагестане при плановом осмотре была обнаружена незаконная врезка в газопровод у аэропорта Уйташ в Махачкале.
Эта подземная врезка к газопроводу в виде трубы была хорошо замаскирована. Только за полгода с ее помощью могли украсть целых 12,6 млн кубометров газа на 80 млн рублей. По внешним признакам трубы, эта врезка функционировала как минимум несколько лет.
«Зачастую крупные потребители-воры связаны с обладателями этих ресурсов, там различные коррупционные схемы», – рассказывает Симонов.
По словам главы Минкавказа Сергея Чеботарева, воровство электричества и газа на Северном Кавказе маскируют также под потери от изношенности сетей и неуплату потребителями.
Проблема незаконных врезок, как и неплатежей (Дагестан тут лидер), возникла далеко не сегодня. При этом разговоры о необходимости ее решить идут постоянно. И власти, и энергетические компании не раз предпринимали различные попытки исправить ситуацию. Почему же воз и ныне там?
«Мы имеем дело с годами накапливаемой проблемой на Северном Кавказе, где сплошь и рядом путают свою шерсть с государственной. Люди привыкли не платить, они воспринимают энергоресурсы как общественное бесплатное благо. Если это крупные объемы воровства, то это коррупционные схемы», – объясняет Симонов.
Кроме того, борьба с коррупцией и воровством требует жестких мер, однако применять их на Северном Кавказе до недавнего время старались аккуратно. «Все понимают, что это сложный регион, не дай бог тронешь, перегнешь палку... Мы же видим, что если что-то происходит, то горячие парни сразу хватаются за оружие. Любая новость может спровоцировать беды. Это понимание в мозгу московских начальников, думаю, есть», – говорит собеседник. А в условиях безнаказанности ситуация с каждым годом только усугублялась. Объемы неплатежей росли, потери в сетях из-за воровства (плюс изношенность сетей) – тоже.
Северокавказские республики активно пользовались таким положением. «Эти территории паразитируют на исторически сложившемся характере отношений с центром: «Вы же знаете, как у нас все сложно. Помогите нам, мы самые бедные, у нас никакой экономики нет. Если не поможете, то сами знаете, что может произойти», – говорит Симонов.
Такая модель взаимоотношений действовала долгое время. Однако, судя по всему, центр решил изменить исторически сложившиеся правила игры. «Думаю, есть понимание, что жить по прежним схемам нельзя. Поэтому начинается аудит прежних правил на Северном Кавказе. Если раньше исходили из того, что если есть возможность их не трогать, то давайте их лучше не трогать, теперь больше нет финансовой возможности закрывать на это глаза», – уверен глава ФНЭБ. Причем речь идет далеко не только о проблеме воровства энергоресурсов.
«Выбрали именно Дагестан, видимо, потому, что там ситуация оказалась совсем запредельной. Первому лицу, видимо, предъявили настолько вопиющие случаи, что было принято решение отправить туда Владимира Васильева (глава Дагестана). Теперь в Дагестане реализуется совершенно иная модель управления, нежели во всех других кавказских республиках, где в основном сидят представители местных этносов. А сюда присылают генерала из центра, жесткого силовика с полномочиями все зачищать. Это схема внешнего управления. И следом начинаются коррупционные истории», – отмечает Симонов.
Скорее всего, на Дагестане отрабатывается модель изменения правил игры между центром и кавказскими регионами в целом. И сейчас просто дошли до решения еще одной проблемы – воровства газа, нефти и бензина.
«Центр не хочет дальше оплачивать весь этот национальный колорит. Поэтому берет один регион и начинает на нем отрабатывать новую модель. Насколько это будет успешная модель и распространят ли ее на соседние регионы – посмотрим. Это масштабная спецоперация», – заключает Константин Симонов.