Газпром в своем отчете по МСФО (за 9 месяцев 2014 года) рассказал суть иска украинского Нафтогаза по транзитному договору на 6,2 млрд долларов (по предварительной оценке, которая, судя по всему, может вырасти). Киев подал этот иск в Стокгольмский арбитраж 13 октября 2014 года. Его суть в том, чтобы пересмотреть условия транзитного контракта на 2009–2019 годы задним числом.
Меня особенно удивляет сумма, выставляемая Нафтогазом России. Откуда они взяли эти суммы, если никаких штрафных санкций нет в договоре
Уточним, что в 2009 году Россия и Украина (Газпром и Нафтогаз) подписали два газовых контракта: один касается поставок российского газа для нужд Украины, второй – транзита российского газа через территорию Украины в ЕС.
Летом 2014 года Газпром и Нафтогаз обменялись исками друг против друга по первому контракту о поставках газа на Украину (Киев требует пересмотра цены на российский газ и пересчета задним числом и выплаты 6,5 млрд долларов, а Москва требует оплаты долгов на 4,5 млрд долларов за уже поставленный газ). Октябрьский же иск Нафтогаза касается другого – транзитного – контракта.
Каковы же исковые требования Нафтогаза по транзитному договору? Если вкратце, то Киев недоволен тем, что Газпром прокачивает газ и платит за этот транзит меньше, чем ему хотелось бы. И даже посчитал, что Газпром якобы недоплатил ему минимум 6,2 млрд долларов.
Объем транзита
Нафтогаз требует в иске, чтобы Газпром заплатил 3,2 млрд долларов компенсации за недостаточные объемы транзита газа плюс проценты. «Расчет убытков охватывает период с 2009 года и до момента подачи иска», – говорил в октябре 2014 года начальник департамента реформирования бизнеса Нафтогаза Юрий Витренко.
В транзитном контракте от 2009 года между Нафтогазом и Газпромом действительно есть пункт о том, что Газпром обязуется прокачивать 110 млрд кубометров газа по украинской трубе в Европу. Но в 2013 году транзит составил лишь 86 млрд кубометров, а в 2012 году – 83 млрд кубов.
Как правило, в транзитных договорах имеется условие «качай и плати», за нарушение которого могут прописать штрафы. Но в случае с Украиной никаких штрафных санкций за нарушение правила «качай и плати» для Газпрома в транзитном договоре не предусмотрено. «Меня особенно удивляет сумма, выставляемая Нафтогазом России за это. Откуда они взяли эти суммы, если никаких штрафных санкций нет в договоре?» – говорит гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.
«Кто мешал Украине при подписании контракта в 2009 году предусмотреть эти штрафы? Никто. Они сами решили, что им это невыгодно», – добавляет он.
Ссылаться же на нелегитимность транзитного контракта от 2009 года новая власть не может. «Никто же не ставит под сомнение легитимность Юлии Тимошенко (именно при ее руководстве были подписаны газовые контракты с Газпромом в 2009 году – прим. ВЗГЛЯД) и легитимность руководства Нафтогаза в то время. Тимошенко была посажена Януковичем в тюрьму за газовые соглашения с Россией, которые были признаны предательством украинского государства. Но первое решение революции было – выпустить Юлию из тюрьмы и снять все обвинения. Тем самым революция признала, что Тимошенко сидела в тюрьме незаконно. Это означает, что революция признала легитимность газовых контрактов с Россией от 2009 года. Поэтому меня поражает, что новая власть Украины пытается их оспорить, ведь она выпустила Тимошенко», – рассуждает собеседник газеты ВЗГЛЯД.
Наконец, когда Украина требует от России заплатить штраф за непрокачку определенного объема газа по трубе в ЕС, возникает встречный вопрос. Дело в том, что в другом контракте на поставку российского газа для нужд самой Украины есть зеркальное условие «бери и плати», которое не только четко фиксируется в документе, но и за его нарушение прописаны штрафные санкции. По этому условию Нафтогаз должен выбирать ежегодно 54 млрд кубометров газа. Без штрафа он может выбрать лишь на 20% меньше, порядка 41,6 млрд кубометров. Нафтогаз может снизить отбор газа без штрафных санкций еще на 20%, но только если за полгода написал соответствующую заявку Газпрому. В противном случае в контракте прописаны штрафные санкции за недобор.
Киев ни разу с 2009 года не выполнял правило «бери и плати» и никогда письменно и вовремя не предупреждал Газпром о снижении объемов закупки газа. «Однако Россия ни разу не подала в суд на Украину за эти объемы. А между тем там суммы будут больше 10 млрд долларов», – говорит Симонов. В апреле 2014 года в Газпроме оценивали сумму штрафа за недобор газа Нафтогазом в 18,5 млрд долларов.
«Есть зеркальный контракт на поставку газа Украине, где штрафы для Нафтогаза за недобор газа четко прописаны. Если Киев считает, что надо брать с России штрафы за непрокачку транзита газа, то, значит, сами платите за недобор газа. А то получается дикая позиция: вы нам заплатите за непрокачку, а мы вам не будем платить за недобор», – возмущается Симонов. «Любой нормальный суд эту позицию Нафтогаза отвергнет на раз. Она вилами по воде писана», – уверен он.
Цена транзита
Вторая исковая претензия Нафтогаза касается тарифа на транзит топлива через украинскую территорию в ЕС. Нафтогаз хочет, чтобы транзитный тариф в контракте был изменен, а каким образом, он укажет дополнительно в письме, указывает Газпром в своем отчете.
Украина неплохо зарабатывает на транзите российского газа. Так, в 2009 году Украина получила от Газпрома за это около 1,7 млрд, а в 2013-м – 3,6 млрд долларов. Однако Нафтогаз хочет еще больше. Ранее киевские власти заявляли, что транзитный тариф должен быть увеличен вдвое.#{ussr}
Эксперты газеты ВЗГЛЯД уже объясняли, что Газпром платит за транзит достойную цену, которая формируется исходя из формулы цены в контракте. В 2013 году транзитный тариф вырос до 3,4 доллара за тысячу кубометров на 100 км. С января 2014 года ставка уменьшилась на 9,9%, составив 2,73 доллара, однако с апреля 2014 года она снова выросла до более чем 3 долларов.
Изменения легко объясняются: тариф на транзит напрямую зависит от той цены на газ, которую платит Украина России. Когда цена на газ для Украины уменьшается (как в первом квартале 2014 года), то и ставка транзита идет вниз, и наоборот.
«Нафтогаз сам себя загоняет в ловушку, потому что формула транзита привязана к стоимости газа для Украины. Когда Украина требует снижения стоимости на российский газ, она должна понимать, что тем самым требует снижения стоимости прокачки. Иск Нафтогаза по цене на газ полностью противоречит их же иску по тарифу транзита», – говорит Симонов.
«Какие тут вообще могут быть иски? Стоимость газа для Украины снижалась по требованию украинской стороны: Газпром пошел на компромисс, вернув скидку в 100 долларов по зимнему пакету от 30 октября 2014 года. Конечно, это автоматически привело к пересчету тарифа на транзит в сторону снижения. Хотите дорогой тариф на транзит, тогда повышайте цены на газ. Если же вы считаете, что контракты от 2009 года – это предательство Украины, то почему вы тогда Тимошенко выпустили из тюрьмы? Логики у Киева нет никакой», – рассуждает собеседник.
Поэтому если суд отнесется к делу адекватно, то и по первому и по второму пункту требований Нафтогаза решения в пользу Украины принято не будет, уверен он.
Еще два требования Нафтогаза
Украинская госкомпания также требует, чтобы права и обязанности Нафтогаза по транзитному контракту на 2009–2019 годы были переданы оператору ГТС Украины – Укртрансгазу (подписывали договор Нафтогаз и Газпром).
Плюс Нафтогаз требует привести этот контракт в соответствие с энергетическим и антимонопольным законодательством Украины и Евросоюза, отменив или переписав ряд положений.
Замена Нафтогаза на Укртрансгаз не должна менять главного – ответственности Украины по контрактам. «Если вы заменяете Нафтогаз на другую компанию, ради бога. Это же не означает, что Украина не несет обязательства по газовым контрактам с Газпромом. Такое жульничество не пройдет», – говорит Симонов.
А вот требование переписать транзитный контракт в соответствии с антимонопольным законодательством Украины не обосновано. «С чего вдруг мы должны это делать? Какое отношение внутренние законы Украины имеют к международному соглашению между двумя коммерческими компаниями, одна из которых вообще не украинская? Что за ерунда? Давайте тогда перепишем в соответствии с российским законодательством. Мы писали контракт в соответствии с международным правом. Поэтому и арбитраж проходит не в Киеве, а в Стокгольме», – поражается Симонов.
Владимир Омельченко из украинского центра Разумкова также отмечает, что газовые контракты между Россией и Украиной писались в соответствии со шведским контрактным правом.
Таким образом, шансы Украины на победу в Стокгольмском суде по транзитному иску крайне малы при объективном судопроизводстве. Так же, как и по первому иску о якобы несправедливой цене на газ в контракте на поставку топлива. «В этом иске вообще удивляет тот факт, что Украина, не оплатив долги за уже потребленный газ, хочет оспорить в суде цену на него. Так вы сначала хотя бы заплатили за газ, а потом уже доказывайте в суде, завышена цена за газ или нет», – говорит Константин Симонов.
В любом случае, быстрыми разбирательства в Стокгольме вряд ли будут, хотя Киев постоянно называет сроки вынесения судом решения – то в конце 2014 года, то в середине 2015 года. Осенью Нафтогаз уверял, что решения суда стоит ждать в конце 2015 года. Но практика показывает, что арбитражи затягиваются минимум на два года.