Украина продолжает терять свою промышленность, которая сосредоточена в основном на Востоке страны. Война рискует окончательно добить некогда кормящий Украину регион (даже получая большие субсидии из госбюджета, Донбасс имел на них право, потому что сам же и зарабатывал для казны на эти субсидии, и не только для себя).
Несколько снарядов попали в технологические цеха основного производства предприятия. Повреждены линии электропередачи, питающие завод
Между тем промышленность на Востоке еще до начала военных действий столкнулась с необходимостью выживать. За двадцать три года независимости Украины единицы среди собственников модернизировали заводы и шли в ногу со временем. Государство же занималось подковерной борьбой и политикой больше, чем промышленностью. А новые украинские власти пошли еще дальше: вместо возрождения былой мощи промышленного Востока завели газовые и торговые отношения со своим главным партнером – Россией – в тупик. А именно Россия до сих пор оставалась главным рынком сбыта для промышленности Донбасса.
Европе от Украины нужно в основном сырье, и соглашение об ассоциации с ЕС вряд ли что-то изменит кардинально. Логично, что спрос на продукцию украинской промышленности со стороны России упал. А создание Украиной свободной торговой зоны с ЕС вообще закроет российский рынок для нее.
Отказ платить за российский газ властей Украины привел к повышению цены на газ, а потом и к необходимости жесткой экономии летом и осенью, чтобы как можно больше осталось газа в украинских подземных хранилищах для прохода зимнего периода. Дорогой газ и его дефицит делает многие производства (химические, например) просто нерентабельными. Уже в апреле, как писала газета ВЗГЛЯД, начали закрываться химические заводы в стране, следом проблемы начались на угольных шахтах и т.д.
К примеру, Кременчугский сталелитейный завод в Полтавской области не работал с 24 февраля по 1 июля. Не успев проработать даже месяц, он снова вынужден закрыться с 23 июля. За первые полгода Кременчугский стальзавод сократил производство сразу на 35%, или 6 833 тонн, по сравнению с тем же периодом прошлого года – до 12 692 тонн литья. При этом продано фактически ничего и не было: почти вся продукции была отправлена на склад. Проблемы возникли из-за трудностей со сбытом продукции в России, а больше продавать-то, как оказалось, некому.
Завод изготавливает стальное литье для грузовых вагонов и большегрузных автомобилей, а также широкий ассортимент стального и чугунного литья различных конфигураций по чертежам заказчиков.
Теперь все эти искусственно созданные беды на фоне непредсказуемости разрушений от войны, которую развязал Киев, выглядят даже не так катастрофично. В конце концов при желании украинскому руководству можно было и по газу договориться, и по сбыту с Россией. А как теперь (вернее с кем) договариваться, чтобы прекратилась бомбежка хотя бы по живым людям?Между тем снаряды в последнее время все чаще и чаще попадают в промышленные объекты. Так, в ночь на 22 июля несколько снарядов попали в одно из крупнейших в Европе предприятий – Авдеевский коксохимический завод, входящий в международную вертикально интегрированную горно-металлургическую группу «Метинвест».
«Несколько снарядов попали в технологические цеха основного производства предприятия. Частично разрушено хранилище смолы, используемой для производства пека, повреждены линии электропередачи, питающие завод», – подчеркивается в сообщении. Пожар на заводе удалось потушить, но выпуск кокса сокращается наполовину, до полного восстановления электроснабжения. Под угрозой оказалась работа использующих продукцию АКХЗ – Енакиевский метзавод и Мариупольский металлургический комбинат имени Ильича.
Во вторник в Горловке в результате попадания артиллерийских снарядов были разрушены два технических сооружения на территории концерна «Стирол». Это крупнейший производитель минеральных удобрений, который входит в состав химического холдинга Ostchem Group, подконтрольного Group DF бизнесмена Дмитрия Фирташа.
Завод относится к потенциально опасным производствам. Однако, как сообщают местные СМИ, концерн предусмотрительно в целях безопасности заранее приостановил работу всех крупнотоннажных производств. Так, был приостановлен выпуск аммиака и его производных: карбамида, селитры и КАС, также было полностью освобождено аммиакохранилище. Поэтому химического загрязнения, по крайней мере, как уверяют на заводе, не произошло.
В середине июля был остановлен также Углегорский экспериментальный комбикормовый завод агрохолдинга «Авангард» в Донецкой области. Домой отправили 3 тыс. человек, которые трудились на этом производстве. «Такая ситуация может привести к серьезным производственным проблемам на других предприятиях холдинга», – беспокоятся в агрохолдинге. Этот завод поставлял комбикорм для птицефабрик в Донецкой, Луганской и Харьковской областях.
В начале июля компания Cargill сообщила о вынужденной остановке перерабатывающего завода в Донецкой области на неопределенный срок из-за усиления напряженности в регионе. На донецком заводе производили 630 тыс. тонн подсолнечника в год (всего компания производит 1 млн тонн).
#{ussr}«Такие остановки в работе заводов в регионе сказываются не только на самих предприятиях, но и на потребителях выпускаемой ими продукции. Если ситуация в регионе будет усугубляться, то помимо прямой угрозы физического уничтожения предприятий существует также риск для их исторических партнеров – сложность замещения продукции этих предприятий конкурентоспособными и схожими по стоимости аналогами», – говорит газете ВЗГЛЯД глава комитета по ТЭК Ассоциации молодых предпринимателей России Роман Тарабарин.
В целом в Донецкой области разрушаются не только заводы, но и городская инфраструктура. Так, сейчас наблюдается сложная ситуация с электроснабжением, без которого промышленность не может нормально работать. Самая сложная ситуация с энергоснабжением в Артемовском, Авдеевском, Горловском, Ясиноватском и Марьинском районах, сообщает во вторник Unian. Скоро могут начаться проблемы и с водой. Ее в Донецкой области осталось на 5 дней. Связано это с повреждением канала «Северский Донец – Донбасс», сообщила пресс-служба ДТЭК.
К слову, Луганск до сих пор остается без электричества, водоснабжения и мобильной связи из-за артобстрела. Магазины и рынки закрыты на 80%, а в работающих магазинах нет ни воды, ни хлеба. Все это уже становится ближайшим настоящим и для Донецкой области.
Только в Донецкой области за первые полгода промпроизводство упало на 12,3%. Отдельные сектора сокращают производство минимум на 9–10%, серьезно пострадало производство строительных материалов и другой неметаллической минеральной продукции (падение на 19,5%). А вот машиностроение, химическая и легкая промышленность показали просто катастрофическое падение – на 33–42%. К слову, такое сильное падение промышленности (на 40–50%) пережила, например, Германия после войны.
Остается надеяться, что мир воцарится до того момента, когда спасать будет нечего. Хотя, конечно, разбомбив заводы, Киев сможет легко отчитаться о выполнении плана по сокращению потребления газа. Но откуда потом возьмутся деньги у государства на восстановление всей разрушенной инфраструктуры и заводов? А мировая практика ведения войн показывает, что на послевоенное восстановление инфраструктуры и промышленности уходит в разы больше денег и времени, чем на ведение самой войны. Поэтому даже если предприятия в Донецкой и Луганской области выживут после бомбежек, им никто не сможет гарантировать возрождения из пепла.
«Сегодня достаточно сложно точно подсчитать экономические потери Украины из-за боевых действий, но речь идет о миллиардах долларов. Учитывая, что экономика страны находится на грани дефолта, что ресурсов в стране на восстановление инфраструктуры и промышленности практически нет, а на Востоке страны сосредоточены основные производственные мощности, то очевидно, что если ситуация будет усугубляться, то для украинской промышленности последствия могут быть крайне тяжелыми», – говорит Роман Тарабарин.
Более того, если промышленности Луганска и Донецка придется потом выполнять соглашение об ассоциации с ЕС, ее, возможно, будет уже невыгодно восстанавливать от повреждений. Этого будет мало. Сбыта на российском рынке это не вернет, а другого еще нет. Россия должна будет закрыть свой рынок от Украины для защиты своей промышленности от товаров третьих стран. Кроме того, в свете последних событий в России активно обсуждается вопрос импортозамещения продукции для таких секторов, как топливно-энергетический комплекс, оборонно-промышленный комплекс, гражданское авиастроение и другие. Россия разрабатывает планы, подсчитывает сроки и стоимость создания аналогичных производств у себя в стране.При этом, чтобы хотя бы попытаться выйти на рынок ЕС, украинской промышленности потребуются еще миллиарды на модернизацию и переход на технические стандарты ЕС. А этот переход сложен и займет 7–10 лет, считает президент Киевской торгово-промышленной палаты Николай Засульский. «Выстраивание всей технологии по требованиям Европы – это колоссальная работа», – говорил он ранее.
«Необходимость переходить на европейские стандарты, в том числе и производственные, ставит под большой вопрос перспективу дальнейшего развития промышленного и высокотехнологичного производства на Украине и сохранения существующих мощностей», – соглашается Тарабарин.
ЕС помогать промышленности не может, да и вряд ли захочет. В Европе своя промышленность простаивает. «Всеобъемлющую поддержку украинской промышленности Европейский союз оказать не сможет, поскольку общеевропейский бюджет распределен между членами ЕС, экономика которых не менее Украины нуждается в поддержке крупного бизнеса и доступных кредитах», – добавляет собеседник газеты ВЗГЛЯД.