По словам Андрюса Кубилюса, Европа является одним из крупнейших потребителей газа Газпрома, и если Газпром не найдет способов «разумно отреагировать на совершенно ясный юридический сигнал», то он поступит не слишком мудро.
От него требуется одно – чтобы он незамедлительно взялся за изменение своей ценовой политики и, возможно, вел переговоры о возмещении хотя бы части убытков
«От него требуется одно – чтобы он незамедлительно взялся за изменение своей ценовой политики и, возможно, как и с другими странами, вел переговоры о возмещении хотя бы части убытков, понесенных в прошлом по причине применявшейся Газпромом такой ценовой политики», – заявил Кубилюс в четверг в интервью литовской радиостанции Ziniu radijas.
Сумму убытков, о которых он говорит, премьер не назвал, отмечает «Интерфакс».
«Хочется надеяться, что у Газпрома хватит здравого ума и понимания, что это уже не спор с Литвой, не премьером Кубилюсом и министром Сякмокасом (министром энергетики Литвы Ардвидасом Сякмокасом – прим. ВЗГЛЯД), а это уже спор со всем Евросоюзом, который считает необходимым защитить одну из своих основополагающих установок – реализацию так называемого третьего пакета, либерализацию газового рынка, его прозрачности, и поэтому спор станет самым серьезным», – подчеркнул премьер.
Кубилюс отметил, что в Европе уже были прецеденты, когда предприятия за подобные нарушения должны были заплатить большие штрафы, припомнив историю Microsoft и Intel. «В конце концов, компании должны были согласиться с ЕС и действовать согласно правилам конкуренции», – сказал он.
Партнер юридической компании «Налоговик» Дмитрий Липатов отмечает, что несмотря на формальную самостоятельность Газпрома, при заключении международных контрактов почти всегда имеет место индивидуальный политический аспект, влияющий на условия этих договоров, в том числе и на цены.
«Но это влияние вряд ли может быть выражено каким-то специальным коэффициентом и закреплено в договоре. К тому же, не предоставленные скидки сами по себе не могут быть убытками, поэтому заявленные требования, скорее всего, лишь эскалация конфликта», – поясняет эксперт.
Конфликт Литвы и Газпрома тянется уже несколько лет, объектом спора стали имущественные объекты (трубопроводы), проходящие по литовской земле и принадлежащие пока Газпрому.
«Вот теперь проблема ценообразования в Газпроме стала предметом исследования Еврокомиссии: если будут найдены доказательства ценового давления и будет доказана вина Газпрома, то Литва как пострадавшая сторона может получить какие-то компенсации причиненного ей ущерба, если таковой обнаружится в действительности», – продолжает Липатов.
По общим мировым принципам частного права любой ущерб необходимо подтверждать и оценивать – для этого необходимо точно знать факторы, используемые Газпромом в своей ценовой политике, добавляет он.
Однако конечная цель указанных действий Литвы – национализация компании Lietuvos Dujos, местной «дочки» Газпрома, поэтому конфликт одними «евроразбирательствами» точно не закончится, уверен эксперт.
Как ранее писала газета ВЗГЛЯД, 5 сентября – через год после проведения обысков в офисах Газпрома – Еврокомиссия начала расследование в отношении компании. Концерн подозревают в монопольном положении в Центральной и Восточной Европе и несправедливой ценовой политике для европейских клиентов компании.
#{smallinfographicleft=266262}К слову, именно Литва в 2011 году обратилась в совет по вопросам конкурентоспособности Еврокомиссии (ЕК) с требованием провести расследование возможных нарушений Газпрома. Страна является одним из наиболее проблемных клиентов Газпрома, она постоянно поднимает вопрос о несправедливых ценах на российский газ.
ЕК называет три возможных антиконкурентных практики, в которых подозревают российскую компанию: «Во-первых, Газпром, возможно, разделял газовые рынки, препятствуя свободному потоку газа через территорию государств-членов. Во-вторых, Газпром, возможно, препятствовал диверсификации поставок газа. Наконец, Газпром мог устанавливать несправедливые цены для своих клиентов, привязывая цены на газ к ценам нефти».
Газета Lietuvos rytas в четверг писала, что официальные претензии должны быть рассмотрены за четыре месяца.
Если обвинения подтвердятся, Газпрому грозит большой штраф – до 10% годовых доходов. Доходы российского концерна от продажи газа за границей в прошлом году составили примерно 57 млрд долларов, и если будет назначен максимальный штраф, он может достигать 5,7 млрд долларов.
Газпром в ответ на расследование резко дал понять Брюсселю, что находится за пределами его юрисдикции: он является стратегической российской госкомпанией и работает по российским законам.
«Мы рассчитываем на то, что в рамках расследования будут надлежащим образом соблюдены наши права и законные интересы, вытекающие как из права ЕС, так и из международного права, а также будет принято во внимание, что ОАО «Газпром», учрежденное за пределами юрисдикции ЕС, является компанией, наделенной в соответствии с российским законодательством публично значимыми функциями и статусом стратегической организации, контролируемой государством», – говорится в официальном заявлении российской компании.
По мнению главы комитета Госдумы по энергетике Павла Завального, все то, что хочет добиться Еврокомиссия своими действиями, направлено на снижение цены на российский газ.
«Я думаю, что действия Еврокомиссии направлены на то, чтобы просто снизить цену на российский газ», – сказал он на встрече российских депутатов с делегацией Европарламента в Госдуме в четверг.
Депутат отметил, что российский газ занимает всего 26% европейского рынка, и Европа получает его не только от России, но и от других стран. «Поэтому говорить о каком-то монопольном положении Газпрома на европейском рынке просто глупо», – считает Завальный.
О монопольном положении можно говорить лишь на отдельных рынках в силу специфики развития газовой промышленности. «Но там, где есть монопольное положение, там все регулируется государством. Государство всегда учитывает интересы потребителей и производителей – как в России, так и в Европе», – подчеркнул депутат.
По его словам, сегодня у Европы есть возможность получать дополнительные объемы сжиженного газа за счет реэкспорта из Америки. «Это дало возможность немного поторговаться», – добавил Завальный.