Закон предполагает, что в течение трех месяцев все существующие двусторонние межправительственные соглашения должны быть представлены в Еврокомиссию. Она за 9 месяцев проверит их и выдаст заключение, есть ли противоречия законодательству ЕС о конкуренции и энергетическом рынке. Если в течение четырех недель ответ из Еврокомиссии не пришел, это означает, что претензий нет. Если еврокомиссары обнаружат несоответствие закону, то европейские страны должны будут устранить несоответствие в договоре с третьими странами.
Механизм обмена информацией должен включать все межправительственные соглашения, которые оказывают влияние на поставки газа
«Надлежащее функционирование внутреннего рынка энергии требует, чтобы импорт энергии в Союз полностью регулировался правилами создания внутреннего энергетического рынка», – говорится в сообщении Европарламента. В противном случае ЕС оказывается в «уязвимом и неблагоприятном положении в части энергетической безопасности», подрываются «его потенциальные преимущества для европейских потребителей и промышленности», передает «Интерфакс».
Закон также регулирует переговоры по новым соглашениям. Страна ЕС может попросить Еврокомиссию вмешаться, если возникают сомнения, соответствуют ли нормы договора европейскому законодательству. Еврокомиссия может выступить в качестве наблюдателя и дать рекомендации. Европейские страны должны будут передавать новые соглашения в Еврокомиссию для их проверки.
Механизм обмена информацией должен включать все межправительственные соглашения, которые оказывают влияние на поставки газа, нефти или электроэнергии через фиксированную инфраструктуру или которые оказывают влияние на количество энергии, импортируемой Союзом.
Оговаривая исключения из этого правила, закон устанавливает, что они «не должны применяться к межправительственным соглашениям, которые оказывают влияние на развитие и использование газовой инфраструктуры и поставок газа».
Этот закон завершает процедуру, начатую в прошлом году, когда с подачи Еврокомиссии европейский совет на уровне глав государств и правительств предложил членам ЕС с 1 января 2012 года информировать Брюссель «обо всех своих новых и существующих двусторонних соглашениях с третьими странами в области энергетики».
Принятие закона совпало с газовым конфликтом ЕС и России. Недавно Еврокомиссия начала расследование по деятельности Газпрома. ЕК называет три возможных антиконкурентных практики, в которых подозревают российскую компанию. Во-первых, Газпром, возможно, разделял газовые рынки, препятствуя свободному потоку газа через территорию государств – членов ЕС. Во-вторых, Газпром, возможно, препятствовал диверсификации поставок газа. Наконец, Газпром мог устанавливать несправедливые цены для своих клиентов, подозревает ЕК. Если российский холдинг будет признан виновным, ему грозят крупные штрафы и пересмотр контрактов на поставки газа европейским потребителям.
Власти Польши и Литвы, недовольные ценами на российский газ, сразу выразили радость по поводу начатого антимонопольного расследования ЕК против Газпрома. В ответ на эти претензии президент Владимир Путин подписал указ, который обязывает стратегические госкомпании согласовывать действия с федеральным органом власти, если к ним есть претензии иностранных властей.
В четверг постоянный представитель России при Евросоюзе Владимир Чижов в ходе встречи с зампредом Еврокомиссии (ЕК) по вопросам конкуренции Хоакином Алмунией обсудил перспективы официального расследования деятельности Газпрома в ЕС в связи с подозрениями в нарушении российской компанией антимонопольных правил.
Хоакин Алмуния заверил российскую сторону, что контраргументы Газпрома будут восприняты с должной объективностью и непредвзятостью, сообщил Владимир Чижов. Он отметил, что начатое официальное расследование в отношении холдинга не стало громом среди ясного неба. «Это шаг в той цепочке событий, которые начались около года назад прошлой осенью изъятиями документов в дочерних компаниях Газпрома, зарегистрированных в Европе, и в компаниях, аффилированных с Газпромом», – подчеркнул дипломат.
По его мнению, межправительственные соглашения не могут стать «предметом разбирательства, хотя, судя по заявлениям, именно правительство Литвы инициировало это расследование». Владимир Чижов также указал, что это произошло в тот момент, «когда спор между Газпромом и литовским регулятором, если называть вещи своими именами, о принудительной национализации трубопровода в Литве приобрел форму иска Газпрома в Стокгольмском арбитражном суде».
«Это совпадение не может не наводить на мысль, что наши уважаемые литовские коллеги пытаются использовать Еврокомиссию для того, чтобы повлиять на ход этого судебного разбирательства, итоги которого могут вполне оказаться не в пользу литовской стороны», – предположил постпред РФ при ЕС.
Владимир Чижов не усмотрел тенденции ухудшения отношения Евросоюза к России и не считает показателем ситуацию вокруг Газпрома. «Такие раздражители возникали и раньше. Были довольно острые моменты», – заявил дипломат.«На фоне финансового кризиса возник вопрос о будущем ЕС и Еврокомиссии как регулятора. Кризис – это шанс для Брюсселя замкнуть на себя все рычаги управления энергоресурсами. Сейчас речь идет о том, что ЕС хочет оспорить все заключенные Газпромом контракты», – рассуждает гендиректор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов.
Он считает, что, возможно, ЕС попытается аннулировать контракты или склонить Газпром к снижению цен путем шантажа. «Но главная опасность заключается не в этом. Главный вопрос – что будет с отношениями России и ЕС? Пока европейские чиновники не предпринимают попыток посмотреть за горизонт. Они делают неверные долгосрочные прогнозы, не учитывая того, что ситуация может поменяться гораздо радикальнее», – сказал он газете ВЗГЛЯД.
«Для меня гораздо важнее, не развалит ли эта история всю систему долгосрочных контрактов, – добавляет эксперт. – Эта история с проверкой контрактов Газпрома может стать началом кризиса в отношениях России и ЕС. Здесь все зависит от европейских компаний. Ведь европейская сторона может предложить Газпрому заключать контракты не с отдельными компаниями, а с Европейской комиссией на короткий период времени и с привязкой к спотовому рынку. Поэтому возникает вопрос к газовым компаниям: нужен ли им такой регулятор, согласны ли они на то, что теперь все полномочия попадут в руки Брюсселя? Кроме того, встанет вопрос, готов ли Евросоюз создать полноценное министерство энергетики, которое будет решать двусторонние вопросы между странами?»